Ассистентка. Женить ректора
Шрифт:
Мужская рука обвила талию, не давая пошатнуться. А ректор наклонился, явно намереваясь прошипеть что-то прямо мне в губы.
Именно в этот момент… слова, наконец, прорвались наружу.
— Я думала, что Николас будет ревновать. Если решит, что мы с вами… ну, это… Но после помолвки… — кидалась фразами наотмашь, лишь бы отвлечь.
Лицо Фердинанда исказила ухмылка, и он наконец остановился.
Даже руку убрал и отступил на шаг, перестав смотреть на меня как хищник на добычу.
ХУХ!
— Хм, так вот, значит, к чему была попытка напроситься на поцелуй, — ректор потёр подбородок, вздохнул, мельком осмотрел меня, а затем, столь же безразлично, оглядел комнату.
Что?!
Юлианна правда была такой дурой, что пыталась соблазнить не просто друга бывшего жениха, но еще и своего начальника? Не просто сделать вид, а реально соблазнить?
Вначале я мысленно обругала глупую девчонку, а потом и себя. Я ведь собиралась сделать примерно то же самое. Пусть только видимость… но это не намного умнее.
И только сейчас, когда на лице Фердинанда мелькнуло разочарование, я поняла — план изначально был гиблый.
Начни я виснуть на нем при Николасе — это бы быстро пресекли, а потом, глядишь, ещё и публично высекли.
Ну, по крайней мере, сейчас отчитывать меня не собирались.
— В этот раз я правда перепутала. Но не понимаю, что именно. Я вводила всё так, как вы сказали, — водила пальцем над символами, и взгляд ректора отвлекся от изучения комнаты.
Молча он следил за движением моей руки, а потом остановил её своей.
— Этот символ не используют. В этом ошибка. Вам нужен тот, что рядом, — спокойно объяснил он.
— Спасибо, — искренне выдохнула и попыталась его обойти, но путь тут же преградили. — Я больше не буду. Да и символы вряд ли запомню надолго, — тут же выпалила, поймав на себе пристальный взгляд.
Фердинанд криво улыбнулся.
Ну да, это маловероятно, но я не знала, что ещё сказать, чтобы он меня отпустил.
Находиться в чужой спальне было некомфортно, а отпускать меня, судя по всему, никто не спешил.
Будто я узнала что-то запретное. Настолько личное, что это почти преступление.
Но сказал начальник совсем не это.
— Во время отбора. Вы помогаете мне – а я помогу вам пощекотать ему нервы, — предложил ректор тем же безразличным тоном.
От такой неожиданно опасной щедрости я даже опешила.
— Но вы же друзья?! — напомнила чудищу столь незначительную деталь.
Как-то мало верилось, что ради мести малознакомой девушке он будет рушить отношения с давним другом.
Но Фердинанд имел ответ и на это.
— Это не значит, что я с ним во всём согласен. Ваш роман – несусветная глупость. Помолвка изначально была мезальянсом и была обречена. То, что вы попали ко мне, – ошибка, но он настоял. Николасу пора
Конечно. Его расплата с другом за то, что тот подсунул ему в помощницы свою любовницу.
Благодарность к чудищу мигом улетучилась. А внутри все заныло, отозвалось тем самым щемящим ощущением, когда тебя вроде бы не обидели напрямую, но стало обидно.
Я молча кивнула, прикусив губу, и, затолкав внезапно подступающие слёзы, протянула артефакт.
— Вот эти символы, — указала пальцем на набор знаков. — Верно? — шепотом спросила.
Фердинанд кивнул, прищурился, но молча отступил от двери.
Всего на мгновение мне показалось, что он не такой уж монстр.
Что за ледяной оболочкой есть кто-то настоящий.
Но нет.
Всего лишь показалось.
Глава 7. Лабиринт
С артефактом исполнять обязанности помощницы чудища оказалось куда проще и быстрее.
Несколько раз я даже заглядывала к Монике, настоятельно рекомендуя вспомнить, чем еще могла пользоваться Юлианна, чтобы не попасть в очередной просак.
Спокойных дней выдалось всего ничего и они закончились, когда вечером начальство объявило:
— Завтра прибудет секретарь Императора. Утром я жду вас в кабинете. И будьте готовы, Юлианна. Передышка закончилась.
Услышав свой приговор, я отказалась выпить с ведьмой и отправилась спать.
Не отключилась от усталости, а просто уснула с кулоном.
Теперь я засыпала только с ним. Стоило прошептать заклинание и темнота обнимала мягко, почти ласково.
Сны приходили туманные, будто чужими глазами, и всё чаще — одни и те же. Рыжая ведьма. Молодая, красивая. Она чем-то напоминала Монику, только… более юную.
Сидит в саду, читает, тихо улыбается. Иногда поднимает глаза, но не на меня. Просто в небо.
Я смотрела со стороны, будто прилипла к стеклу, и всегда засыпала под сладкий аромат, напоминающий жасмин.
Утром просыпалась со странным ощущением покоя, как от маминых ладоней или бабушкиного пледа.
Но с каждым днём всё больше подозревала, что это не мой сон.
Кажется, это то, что успокаивало прежнего владельца.
Кулон хранил чью-то память. И, похоже, впустил в нее меня.
Спросить у ректора, кому принадлежал кулон, времени не было.
Пока я открывала рот, на стол ложились листки с заданиями, за которыми следовали указания. А под вечер я забывала и про сон, и про девушку, и как меня зовут.