Ассистентка у дракона

Карская Карина

— Чего же? — король улыбнулся уголком рта.

— Точно не хочу быть казненной, попасть в тюрьму или плен, не хочу разлучаться со своими котами, не хочу запрета на магию, не хочу….

Я хотела добавить, не хочу замуж за вашего сына, но решила, что это будет слишком. Поэтому предусмотрительно замолчала.

— Ну, дальше, — подбодрил меня король. — Вы не договорили.

— Не хочу, чтобы вы на меня орали и ругались, — произнесла я, задрав нос кверху.

Король рассмеялся. Все-таки его надо лучше кормить, это чудесным образом работает.

— Ладно, — он примирительно поднял

руки вверх. — Я постараюсь сдерживать свой норов.

В этом я сомневалась, но пусть старается. Посмотрим, что из этого выйдет.

— А я кстати знаю, где Оливер, — зачем-то произнесла я, когда молчание затянулось.

Король подался вперед.

— Он у Альмы. Я вчера звонила ему, и она ответила.

— Ясно, — Его Величество помрачнел. — Отправлю к ним стражу.

— Только не говорите, что я сказала, — испугалась я. — И вы ведь Альму в тюрьму не посадите?

— Посмотрим, — неопределенно ответил король. — Насколько хорошо эта ведьмочка будет вести себя впредь.

Однако отправлять стражу не понадобилось. Потому что наш разговор был нарушен стуком в дверь, вслед за которым вошедший слуга сообщил, что фея Матильда доставила принца во дворец. И мне бы выдохнуть с облегчением от этого известия: ведь это значит, что папаша уедет, но почему-то мне стало грустно.

Несколько следующих недель я не видела драконов: ни старшего, ни младшего. По словам всезнающей Доры, отец и сын отбыли в основную королевскую резиденцию, где охотились, устраивали приемы, решали государственные проблемы и принимали послов. Мне на этом празднике жизни места не нашлось, но зато я смогла попрактиковаться в магии. Среди прочего я продолжила совершенствоваться в волшебной кулинарии, освоила производство домашней птицы, которая в положенный срок сама перерезала себе шеи и укладывалась штабелями на разделочные столы.

Научилась я ради баловства делать снежинки среди лета, насылать дождь на засыхающий сад, чинить отлетающие куски каменных горгулий на верхушках колонн у входа во дворец, и мастерски справляться с мелкими бытовыми неприятностями вроде протечек сантехники и порванных кружевных рукавов.

Никто меня не беспокоил, все было чудесно. Я подружилась почти со всеми слугами во дворце, и они даже стали обращаться ко мне за простенькими услугами по магической части. Я поняла, что даже если меня уволят из дворца за не профнепригодность, я смогу найти свое место в этом мире. Стану зарабатывать колдовством, ведь как оказалось, эти сакральные знания здесь востребованы и довольно редки.

В один прекрасный вечер после отлично проведенного дня я уже укладывалась спать, как вдруг хрустальный шар, стоявший у меня на тумбочке, озарился сиянием. Полагая, что это Матильда, больше некому, я немедленно ответила.

Но это оказалась не фея. В шаре возникло лицо короля Уильяма, и я чуть не завизжала от неожиданности. Особенно меня смущал тот факт, что я лежала в полупрозрачной ночной рубашке из тонкого шелка, которая мало что скрывала.

— Хм… — король отвел взгляд от моей груди, и я моментально натянула одеяло почти по уши. — Алиса, вы всегда отвечаете даже не спросив, кто это?

— Я думала, это Матильда, — пропищала я загробным голосом, учитывая, что говорила из-под

одеяла. — Мне больше не звонит никто…

— Хм… — снова неопределенно хмыкнул драконий владыка, но ругаться по шару не стал. — На будущее настоятельно советую все-таки спрашивать, мало ли что.

— Хорошо, — согласилась я, лишь бы он отстал. — Вы что-то хотели?

Я собиралась добавить, что вообще-то почти сплю, но тут король заговорил. Причем начал нести такое, что мой сон пропал надолго.

— Алиса, у меня к вам предложение, — как-то слишком торжественно произнес он, что меня сразу же насторожило. — Деловое.

Ну еще бы, не предложение же руки и сердца! Ха!

— И какое же? — осторожно спросила я, показав нос из-под своего укрытия.

С королем надо было держать ухо востро. И все его предложения пропускать через мелкое сито. Такой обманет и глазом не моргнет.

Король Уильям Стоун

Ну какая же это драконица? — первая мысль, которая пришла мне в голову, едва я видел ассистентку своего сына. Фея обещала девицу благородного происхождения с драконьей кровью, и я ожидал увидеть… Сам не знаю что ожидал, ведь прирожденных драконниц я и сам никогда в глаза не видел. Даже Оливер появился на свет не от брака с драконницей, а от случайной моей связи в молодости с хорошенькой трактирщицей.

Узнав, что трактирщица умерла, когда сыну было пять лет, я забрал его к себе и воспитал в драконьем духе. Конечно, я не оставляю мысли женить Оливера на драконнице — тогда бы их дети имели все шансы стать настоящими драконами, ведь половина моей королевской крови у Оливера все же имеется.

Но, но… Как говорится, мы полагаем, а кто-то там на небе или в аду располагает. Вышло так, что Оливер влюбился в ведьму — паршивый вкус достался ему от матери. И все, теперь парень знать ничего не хочет о том, чтобы жениться на драконнице. Которой его новая ассистентка по имени Алиса все же, кажется, является.

Конечно, Оливер пойдет на мои уговоры, согласится в конце концов, ведь сын воспитан мной лично и понимает государственные интересы. Но как подумаю, что он на всю жизнь станет несчастлив… Причем моими же стараниями.

Хоть самому женись на Алисе!

Едва я подумал об этом, как стал искать положительные стороны этого решения. Пусть по людским меркам я не молод, но ведь шестьдесят драконьих лет это все равно что тридцать обычных. Самое время, можно сказать… вить гнездо.

К тому же за время моего недолгого пребывания рядом с Алисой, я успел понять, что эта девушка отличается от прочих. И даже если бы он не была драконницей, заслуживала бы внимания все равно.

Попала в новый мир, не растерялась, начала изучать магию, вот даже кошкодраконов делает, а на это способна только прирожденная драконница, так пишут в древних книгах. Похожих забавных домашних животных делала моя бабушка — прирожденная драконница, когда я был маленький. После ее смерти они все куда-то разлетелись.

Но об Алисе… Больше всего меня занимает в последнее время один вопрос, от которого я не могу отделаться ни во время нравоучительных бесед с сыном, ни во время государственных переговоров. Вопрос простой, но в то же время ужасно интересный: какова она в постели?