Ассистентка для некроманта
Шрифт:
Я кивнула, едва сдерживая дрожь во всем теле.
– Повтори, что я сказал.
– Господин Уфир… не надо шутить такими вещами…
– Даяна! Упырь тебя забери! Прекрати истерику! Сама же рассказывала, как на той неделе к нашей местной звезде балета вломилась какая-то поклонница, что-то доказывала, что-то требовала! Ребенка напугала. Ты думаешь, мои фанаты адекватные? Все сплошь милые кладбищенские зайки?
– Неупокоенные разве что… – пробормотала я, вспомнив пару случаев, когда в дом пытались проникнуть восторженные поклонницы творчества автора
Я моргнула, приходя в себя. Рассел вдруг ни с того ни с сего сунул мне в руки свою недопитую кружку с кофе и поднялся из-за стола.
– Сиди здесь, допивай кофе. Я пошел собираться. И поедем к Рафику. И не смотри ты на меня глазами жертвенного ягненка! Ты же знаешь, я этого не люблю!
Некромант двинулся в сторону выхода из кухни, но на пороге остановился. Я так и сидела, крепко зажав в ладонях кружку, стенки которой еще хранили тепло его ладоней. Хотя, наверное, это все-таки моя фантазия, а керамику подогревал остывающий кофе.
– Рики сейчас с няней?
– Д-да… – кивнула я.
– Значит, едем сейчас к твоей няне и забираем мальчишку, покатается с нами.
В голосе шефа звучало неудовольствие, и я разволновалась. Зачем предлагать такое странное решение, которое нарушает всякий баланс в наших с ним деловых отношениях и выходит за рамки субординации, если оно тебя не устраивает. Идея, конечно, очень разумная, но как-то мне не по себе от нее.
– Господин Уфир, не нужно… Я уже позвонила няне, и она…
– И она слегла как минимум с мигренью… – ворчливо объявил шеф.
Я покраснела, конечно же, после моих дурацких вопросов и глупых объяснений, что все в порядке и волноваться не надо, старенькая нянечка как минимум переволновалась и сейчас пьет успокоительный взвар. Но… но я не имею права втягивать его в свои проблемы. Ведь это же мои проблемы, верно? Или все-таки имею? Это же… это же ему угрожали через мою семью?
– Кофе допила?
– Что? – не поняла я вопроса.
– Кофе допивай и бегом собираться, времени у нас мало!
«Ну, вот и чем он теперь недоволен? – вздохнула я, выбираясь из-за стола с кружкой. – Собственным благородством?»
– Вот когда мне отчеты писать по трупам? А? Еще и роман не дописан! А издатель ждет! Вот сегодня сама Рафику будешь объяснять, почему он не получит новую рукопись вовремя! – раздался грозный рык из коридора.
Но впервые за весь год, который я провела на службе у Высшего некроманта в качестве ассистентки, мне было совершенно наплевать на трупы, отчеты и недописанные рукописи!
Звонок по магофону словно вернул меня в те времена, когда верные и преданные слуги вынуждены были прятать меня и Рики у себя в доме. Это было страшное время. Мне было шестнадцать, когда погибли родители. Целый год я успешно справлялась сама с нашим небольшим родовым поместьем и воспитанием маленького брата. Кухарка, нянька, воин и сторож в одном лице, конюх, садовник, и мы с братом – последние представители некогда великого рода,
Мой мир столько лет дарил только радость и любовь, и даже моя запретная магия не доставляла неудобств. Мама была сильным магом и сумела поставить нерушимые печати, которое приглушило Серое пламя, спрятав его от инквизиции. О том, что я родилась не такая как все, знали только несколько близких людей, которые входили в Первый круг семьи.
Именно поэтому я отказывалась называть некроманта по имени. В моем роду такое не принято. Если ты обращаешься к человеку по имени, значит, вводишь его в свой Первый круг, принимаешь в семью, берешь за него ответственность. Своему шефу я не желала объяснять традиции своего старинного рода. Пусть продолжает думать, что это суровые монашки из Приюта для одаренных благородных девиц вбили в мою голову кучу запретов и правил, усложняющих жизнь.
После гибели родителей наша с Рики жизнь более-менее устаканилась, когда я попала на работу к господину Уфиру.
С трех лет мама обучала меня медитациям, и я в совершенстве владела всеми методиками сохранения спокойствия и внутреннего баланса. Несчастный случай, когда я, раскапризничавшись, лишила жизни любимого пони, обратив его в прах, разложил все спички по коробкам. Я крепко-накрепко запомнила: мне нельзя выходить из себя, нервничать, бояться, гневаться, вести себя мало-мальски неуравновешенно.
Когда родители погибли, у меня было много свободного времени по ночам в Приюте, чтобы проанализировать, как это могло случиться. И я пришла к выводу, что именно убийство лошадки послужило отправной точкой для кома проблем, который я сама и столкнула с горы благополучия.
Кто-то узнал запретную магию. И этим кем-то скорей всего оказался маг в возрасте, живущий по соседству. Иначе почему он так жаждал взять меня в жены? Ни с того ни с сего зачастил к нам в гости, стал оказывать мне знаки внимания. А потом я случайно подслушала разговор, который состоялся между моими родителями и соседом. Последнему было отказано не только в моей руке, но и в ухаживаниях.
Мама много рассказывала о Сером пламени. Оказалось, это мой наследственный дар, который просыпается в крови одной из девочек рода раз в столетие, иногда меньше. Все потому, что когда-то, на заре времен, одна из моих много раз прабабушек влюбилась в выходца из Бездны и они поженились.
Связанные Гранью рано или поздно находят друг друга, и никогда не расстаются. Муж прабабушки оказался демоном Первой линии власти, его магия отличалась от имперской. В результате смешения крови демона с Высшей одаренной, магия нашего рода получилось особенной. В какой момент и почему она оказалась настолько ужасающей, что оказалась под запретом, я не знаю.
Мама не рассказывала подробности, но уверяла, что Серое пламя умеет быть щедрым, а не только убийственным. Тем не менее, детство мое прошло в медитациях, изучениях особенностей собственной психики, подборке ментальных защит и, конечно, меня учили в совершенстве управлять моим жутким даром.