Assистент с причудами
Шрифт:
Черт.
Ведь на месте Виктора должен быть я.
Черт, это определенно должен быть я.
Это я должен предлагать Ане устроиться поудобнее на кушетке, как это только что сделал Виктор.
Я видел только их головы. Иногда руки. Например, если Виктор дотрагивался до волос Ани.
Он напоминал хищника. Причем хитрого. Своим «выканием» и «я не стал вас беспокоить» создавал видимость, что держит дистанцию. При этом постоянно вторгался в личное пространство девушки. Как с волосами, например.
И что-то эти двое такие хохотуны? Аня, конечно, классная, но я не замечал в ней таланта рассказывать анекдоты. Чтобы уже двадцать минут так мило смеяться.
Или это Виктор — шутник фигов?
Случайно сломал карандаш в руке.
Я был близок к тому, чтобы просто взять и свалить из офиса, потому что перед глазами уже возникала кроваво-красная пелена.
Отвлечься на работу не получалось. Пытался. Честно пытался. Но бесполезно.
Сначала перед глазами снова пронесся этот гигантский букет долбаных роз, который Аня, оказывается, попросила поставить на ресепшен. Типа украсить пространство и поднять настроение вообще всем.
Мне, видимо, особенно. Будут весь день вонять и служить огромной светящейся вывеской: «Смотрите, какой мужик теперь есть у начальницы. И ты, Андрюша, смотри, как надо ухаживать».
Следом начал отвлекать смех Анюты, который доносился из ее кабинета. Вот серьезно — я пытаюсь прочесть письмо, она смеется. Я хочу окунуться в работу с головой. А Анюта опять смеется. И игриво толкает Виктора в плечо.
Как меня на кухне. Вот буквально только что.
Предательница.
У меня других мыслей нет. Просто нет.
Может быть, разум должен был подсказать, что я перегибаю. Что мне надо остановиться, выдохнуть и взять себя в руки.
У нас с Аней уже давно ничего нет.
«И, видимо, не планируется», — подумал грустно.
Она мне точно ничего не должна.
Как и я ей.
В конце концов, какого черта я должен сидеть тут молча, смотреть на все это безобразие и заниматься самоедством? Меня же никто к стулу не приклеивал? В глаза спички не ставил. Так что пошла Марьяновна со своим Виктором… Вернее, я пошел.
У нас вон — целый офис одиноких дам, которые сегодня утром воспевали оды моему героизму.
Самое время пожинать плоды своих страданий.
— Жанночка, привет, — улыбнулся девушке, которая как раз делала селфи на фоне цветов. Будь они неладны.
А «Жанночка» — это Анюте за «Андрюшу». Глупо. Она меня даже не слышит. Но мне от этой маленькой гадости только легче на душе.
— Нет желания пропустить со мной чашечку кофе, пока все активно работают?
— С удовольствием. — Девушка скользнула рукой по моему галстуку. — Ты совсем не отвечал на мои сообщения…
— Прости, — состроил виноватую моську, — ты не представляешь,
— Да? — Жанна заволновалась. Она начала суетиться на общей кухне, заваривая мне кофе.
Я люблю кофе. А у Анюты в квартире не было ни грамма. Только дурацкий зеленый чай.
Я был готов пристраститься к этой экзотике (нет, ну серьезно?! Кто пьет чай по утрам? Мы же не англичане какие-нибудь. Кофе. Черный, крепкий, терпкий кофе). Но моя экзотика оказалась, во-первых, не моей. Во-вторых — уплывает в руки антиквариата-цветника.
Чтоб ему словить букет Венеры.
— А я так волновалась, — прощебетала девушка, ставя возле меня чашку с кофе.
— Не стоило, детка, — улыбнулся. — Я поправился и готов к новым подвигам.
Наклонился к Жанне и произнес шепотом:
— Милая, забирайся на столешницу.
Да, я романтик, черт возьми.
— З-зачем? — с заиканием спросила Жанна. И все равно — страстно облизала губы. Ведь ей определенно нравится, что я рядом.
Не то что некоторым.
Тут девочка моментально реагирует. Ее сердце колотится с такой силой, что я чувствую эту взволнованную вибрацию.
— Хочу шикарный страстный жест. Но мне нельзя поднимать…
«Тяжести».
— Никого.
Провел пальцами по скуле. А у Анюты есть крохотные щечки, которые так нравятся. Жанна сухая, словно тростинка. И на руках осталась пудра. Анюта же красилась аккуратно, без излишеств.
Жанна послушно уселась на столешницу. Так что можно было закрыть глаза и представить, что это не она вовсе.
А Анечка, которая сидит на своей крошечной кухне. А мы в полумраке. И я смогу ее поцеловать.
Только реальность та еще тварь.
Аня развлекается с Виктором, я… зачем-то собираюсь поцеловать другую женщину.
Хотя… я на что угодно пойду, лишь бы выбросить начальницу из своих мыслей. Так что впился в Жанну не хуже голодной пиявки.
Мне просто нужно переключиться. Я слишком зациклился на Ане, вот и схожу с ума от ревности. Но почти уверен: мой язык в чужом рту сильно исправит ситуацию. Немного страсти, немного адреналина — смогу ли я развести Жанну на большее, чем просто поцелуй?
В конце концов, у меня не так много способов отвлечься от всего.
А Аня…
Черт!
Я целуюсь с Жанной, вдыхаю резкий и слишком сладкий запах ее духов, чувствую жирный вкус ее помады… И все равно думаю об Ане.
Аня, Аня, Аня, Аня…
— Андрей?
Я почти отпрыгнул от Жанны и увидел, что Анюта открыла дверь и заглянула в чайную.
И сразу пожалел о том, что сделал.
Глупо, импульсивно… бессмысленно.
— Ты… ты мне нужен. На рабочем месте, — сухо сообщила начальница. Она выглядела бледной. — Будь добр. Если здесь закончил, не задерживайся.