Ассимиляция

Радин Сергей

– Слушай меня внимательно. После Бриса я самый сильный здесь. Но не потому, что я сильнее физически. Потому что я чувствительней. Как и ты. Только ты не знаешь, как пустить в ход свою чувствительность. Кое-что у тебя уже получается, но чисто инстинктивно. А тебе нужно - осознанно, но на уровне автомата. Такое вот противоречие. Если поймёшь - получится всё. К сожалению, я не Брис. Он бы лучше объяснил... Начнём. Прочувствуй свою спину. Шея. Расслабился. Плечи - опусти, расслабь. Лопатки... Пояс. Спина расслаблена?

– Да, - буркнул я.

– Слушай пространство.

Я хмыкнул, но попробовал. Одновременно с пробой меня потянуло

в то самое состояние организма, которое Мартин вчера показал. Меня слегка покачало в нём - и внезапно что-то буквально бросило меня в сторону, какой-то неслышный, но тревожный внутренний вопль: "Опасность!" Кувырком метра на два - и прыжком взлетел на ноги.

Мальчишка, оказывается, уже не сидит позади меня, а стоит - с поднятой ногой. Мои руки - в блок. Нога Мартина опустилась.

– Прекрасно, - непроницаемо сказал он.
– Ты почувствовал, как я хочу тебя ударить. Теперь работаем так...

Он подошёл ко мне - я больше не пытался блокировать его удары, поскольку почему-то знал, что мальчишка подходит ко мне не затем. Он снял мой пояс с кимоно и завязал мне глаза.

– Я буду просто двигаться, а ты - ловить меня. Поиграем в жмурки. Слушай пространство, слушай меня.

Сомнения были. Но пропали быстро. Я чувствовал стены. Я чувствовал движение небольшой фигурки мальчишки - и бросался именно туда, куда надо. Потом - бегал. Он ускользал из рук - но в самый последний момент. Под конец странной игры я его даже чуть не поймал. Потом мне вдруг показалось, что мальчишка раздвоился. Он то пробегал мимо меня, то резко кидался мне в ноги - и всё это почти одновременно. Голова всё-таки закружилась, я растерялся: что происходит? Кажется, только раз задел...

Хлопок в ладоши.

– Хватит. Снимай повязку.

Открыл глаза. Рядом с Мартином - Кэвин. Глаза - изумлённые. Сначала я решил, что он удивлён, как я здорово бегаю с закрытыми глазами. Но он скосился на Мартина.

– Ну ты его и...

Мм... Посмотреть бы в зеркало.

– Твоя очередь. Берёте капюшоны - и на улицу. Да, Брис, сначала умойся.

Заботливый ты мой...

Но умылся, высушился, Кэвин обработал все порезы и кровоподтёки. После чего мы оба надели куртки, он натянул маску, а я опустил на лицо широкий капюшон, стянув его шнурком по всей окружности чуть не у подбородка. Снова лестница. Спустились, Кэвин прошёл чуть сбоку от лестницы, сел прямо на землю. Я послушно опустился рядом.

– Слушай землю.

Скептически скривив рот, благо под капюшоном не видно, я вздохнул - и снова попытался расслабиться. Сначала подставил тело напору ветра, который явно старался свалить меня, потом вдруг начал слышать, точнее - чувствовать совершенно невероятные вещи: как будто лёгкая вода струями поднималась вокруг меня. Из земли кверху. Она ласково и приветливо обвевала меня. Уловив этот момент, я будто запустил какую-то странную установку, которая выпустила ещё несколько струек. Чем больше я вслушивался в происходящее вокруг меня, тем больше "воды" начинало вздыматься, обвивая меня мягкими змеями. Ощущения непростые: невидимые змеи ласкались и наполняли меня, и это наполнение отзывалось во мне странным эхом. С меня будто содрали всю кожу - я всё чувствовал и впитывал. Но боли нет. Даже той, которой свербило тело после ударов Мартина... И... Чёрт... Мне понравились эти ощущения!..

– Всё. Хватит. Капюшона не снимай. Слышишь лестницу? Иди к ней и поднимись.

Сначала я пытался прикинуть, где эта лестница - на платформу.

Но что-то будто само надвинулось на меня, едва я представил её перед внутренним взглядом. И это что-то и было лестницей. Я медленно приблизился к ней и уверенно поднялся. Без рук. Не опираясь на перила.

– Сможешь дойти до душевой?

Не отвечая, я прошёл сначала просторное помещение, потом тесное, когда с обеих сторон на меня давило, а сверху было открытое пространство. Остановился раз - перед странной преградой - шёл свободно, не шаркая, но что-то насторожило, и на этот раз ногу поднял выше - перешагнуть. И только перешагнув, вспомнил, что порог из коридора-туннеля в коридор общий и в самом деле высокий. Прошёл мимо своей камеры - впечатление дырчатого пространства. Остановился перед дверью в душевую - приоткрыта, пространство тесного помещения выливается в узкую вертикальную прорезь. Потянулся открыть. Голос Кэвина:

– Войдёшь - попробуй подойти к зеркалу и не снимать капюшона ещё пару минут.

Ну, попробовать мне нетрудно. Я же помнил, где зеркальная стена. Так что подошёл к ней и замер. Что дальше?

– Ты. Твоё отражение. Представь, что смотришь на него. Глаз не открывай.

Глупо. Подумалось - а потом стало стыдно: пока ничего глупого не было в командах мальчишки. Сам себе приказал не злиться. И сосредоточиться на задании. И, когда точка сосредоточения стала наивысшей, меня затошнило от ощущения присутствия. От потери ориентира: мне вдруг показалось, что я стою уже не перед зеркалом - перед человеком. Я чувствовал его наполненность той силой, которую чувствовал сам, когда бегал с завязанными глазами за Мартином... С минуту я выдержал, а потом рванул завязки капюшона. Там человек! Он стоит передо мной! Пацаны решили поиграть со мной и кого-то заранее ввели! Голову морочат!

Чуть лицо не ободрал, поспешно стаскивая капюшон. И - ошарашенно уставился в зеркало. На самого себя. Которого чувствовал так же, как живого человека.

– Мощь, - прошептали рядом.

Чуть повернув голову, я увидел Кэвина. Он смотрел на моё отражение с какой-то горечью. Потом взглянул на меня.

– У меня так никогда не получалось.

– Что - не получалось?

– Наполнить энергией собственное отражение.

– А это важно?

– Очень. Но об этом чуть позже. Ты лучше посмотри на своё лицо.

– И что я должен увидеть?

– Вообще-то - ничего.

Немного удивлённый суховатым ответом, я снова взглянул на собственное отражение - и понял Кэвина: пропали все синяки, кровоподтёки, которые меня щедро наградил Мартин. Рассеченная кожа словно сомкнулась и излечила саму себя, затянувшись. Более того - пропали глубокие надрезы, которыми я, будучи в состоянии берсеркизма, пытался восстановить тату. Последнему, честно говоря, не знал - то ли радоваться, то ли злиться.

– Лучше, чем бой, у Бриса получалась целительская практика, - сказал мальчишка.
– Многие его приёмы мы знаем, но он был настолько чувствительным, что ему самому достаточно посидеть на земле Сциллы. Запомнил? Тебе тоже этого достаточно. Всё. Перерыв. Тебе бы неплохо поспать. Потом тобой снова займётся Мартин.

Поспать? Он смеётся? Да у меня всё тело после таких тренировок бурлит энергией, а он - поспать!.. Кэвин как будто услышал, усмехнулся неохотно.

– Никогда не поддавайся запросам тела. Командуй им сам. Спать надо. Значит, сделай так, чтобы уснуть. Прикажи самому себе. Войди в нужное состояние - и прикажи.