Ассенизаторы

Хохряков Константин

— Да ну! Не надо. Сам-то как без них?

— Другие имеются, а эти трофейные, так что бери, не стесняйся.

— Ну спасибо тебе большое!

— Не за что!

Наблюдая, как старлей с удовольствием пристраивает на запястье подарок, уточняю:

— А Женьки-то чего не видно?

— А, ты же не в курсе! Его вместе с группой часов в пять утра подкинули. Бэха [27] за ними пришла. Ничего, пока здесь торчишь, еще не раз приедет. Они обычно через наш блок в поиск уходят.

27

Бэха (воен.

жарг.) — БМД (боевая машина десанта), в других частях БМП (боевая машина пехоты).

— Ты хочешь сказать, что я тут зависну надолго?

— Пока погостишь. Я тут с «пауками» [28] поговорил, простимулировал, обещали ухитрожопиться и твоим сегодня сообщить, что жив-здоров пропадущий — сидит в тепле, уюте и тушняк лопает! А ты, как я и обещал, позвонишь сегодня домой и в отряд. Денег, я так понимаю, у тебя нет. Ну да что я, обеднею, что ли? Отдам за тебя. Ты бы, думаю, так же сделал.

— Подожди, Витек! Бабки у меня имеются, только не знаю сколько, — вспомнил я о наличных, конфискованных у торговца оружием. — Посчитать надо. Так что с этим не парься. А если доллары будут, а не рубли? Тут же, как я понимаю, обменников нет?

28

«Пауки» (воен. жарг.) — связисты.

— Они тут даже шекели [29] возьмут. Главное, что это деньги. А сдачу получишь в деревянных.

— И когда ты мне звонок организуешь?

— Нас обычно вечерком подключают. Я уже с местными связистами состыковался, сказали, что часов в шесть врубят. Здесь, в принципе, нормально. Обстреливают редко, но бывает. Если не знаешь, чем заняться, можешь мне помочь. С моими раздолбаями занятия какие-нибудь проведешь. А то я уже ума не приложу, чему их еще научить можно. Женька говорил, что наш пост в два счета выхлопать можно. Ему, конечно, виднее. А не хотелось бы. Поможешь?

29

Шекели — денежная единица Израиля.

— Да не вопрос! Все равно без дела сидеть не приучен. А сколько они уже отслужили?

— Почти по году. Только толку от этого? Учебку закончили. Сам знаешь, чему там пороху не нюхавшие научить могут. Остальное время здесь. А учить-то мне их толком некогда, в хозяйственника да в разводящего превратился.

— Подожди! А старослужащие? Они-то на что? Только харю на подушке морщить? Свой опыт могли бы и передать, не все только «дедовать».

— Какие на хрен старослужащие? Ты, наверно, не в курсе? Давно из армии уволился?

— Лет семь уже. А что? Сильно что-то поменялось? Тогда я не в курсе. Просвети.

— Экспериментаторы хреновы! Правозащитники долбаные, да матери балбесов, которые служить не хотят, хай подняли, дескать, дедовщина в армии, убивают там наших деточек…

— Так и что? Этой говорильней я уже сыт по горло! Наплевать на них, да и все.

— Это и надо было сделать! А придурки из Минобороны взяли, да и не нашли ничего лучше, как части формировать только одним и тем же призывом. Откуда тут «дедам» взяться?

— Во дебилы! Совсем, видать, мозги и совесть там пропили, козлы! А то, что осталось, во взятки завернули, и глубоко

заныкали?

— Похоже на то!

— Стрелять-то хоть твои умеют?

— Стрелять умеют, попадать — через раз.

— Ну что я тебе могу сказать? Короче, если выразиться прямо, то ни хрена твои бойцы не могут! Прав был Женька, пост твой даже не в два счета, а на раз вырезать могут. Не обижайся, но при таком раскладе удивляюсь, как до сих пор этого не сделали? Наверно сказывается то, что до «духов» далековато. А им лень сюда переться. Сам-то что-то пытался делать?

— Пытался, конечно, только один везде не успеешь. Пост не бросишь, а чтобы даже пострелять, надо минимум часа на два отлучаться.

— У тебя тут взвод?

— Да.

— А что, прапора какого-нибудь толкового дать не могут?

— Где их взять-то? Про зарплату даже говорить не буду — сам знаешь, а еще и на полгода сюда загоняют. Дома-то он хоть что-то спереть и продать может. А здесь? Вот и поувольнялись. Это мы подневольные, а они хотят — служат, расхотят — уже нет. Так поможешь все-таки или нет? А то, может, раздумал?

— Да не переживай! Сказал же — выручу! Только попотеть им придется. Сам знаешь. Эта наука тяжкая, зато потом только спасибо тебе скажут. Кстати, Витек, а помывку организовать можно? В речке-то я купался, но какое в ледяной воде мытье, думаю, представляешь.

— Гм, не мытье, а растрата мыла… Да не вопрос, для тебя сделаем! Мы тут баньку свою соорудили. Не очень, конечно, но вполне цивильная. Так что скажу бойцам, чтобы истопили сегодня. Дрова есть.

— Вот за это огромная тебе благодарность! Только оружие мне тогда верни, неуютно здесь без него.

— А ты все еще не забрал, что ли? Я Смирнова порву, как Тузик грелку. Вчера еще сказал все вернуть!

— Не трогай ты его. Может, и не виноват парень. Я встал только что, его еще не видел…

* * *

— Быстрее, бойцы! Быстрее! Чего как беременные тараканы ползете?.. Противник справа!.. Ты какого хрена здесь делаешь?

— Товарищ капитан, вы сами же сказали, противник справа.

— Сказал. А ты что сделал?

— Залег, как учили.

— Кто тебя учил? Я? Считай, что тебя уже в цинке отправили, если осталось, что отправлять. Это противник справа, а не самолет. За каким хреном ты здесь развалился? Что, укрытий поблизости нет?

— Есть!

— Ну так бегом, боец!.. Отставить! Всем на исходную из-за этого вот раздолбая! Выполнять!

И так всю оставшуюся часть дня. Что только воины у меня не делали. И бегали, и оборону занимали, чтобы каждый до автоматизма знал, что, когда и как делать, и физическая подготовка была. Что слабый солдат сделать сможет? Ящик с патронами под обстрелом быстро дотащит отбивающимся товарищам, да так, чтобы самому не подставиться под пулю? Хрена с два! Вот эти-то ящики бойцы и таскали, да не в полный рост, а пригнувшись, не выпуская оружия, периодически падая по команде, по ней же резко поднимаясь, бежали снова. Спецназовцев из них за такое короткое время не сделать, но хоть отбиться от «духов», находясь в укрытии, смогут. Стрелять с ними не пошел, перевалив огневую на старлея. В конечном счете, ему с ними оставаться. Надо, чтобы был уверен в личном составе, знал, кто и как стреляет, кого на какое направление в связи' с этим ставить. Да и сам немного популяет, ему не вредно будет. А то, поди, за хозяйственными делами забыл уже, как это делается?