Assassin's Creed. Черный флаг
Шрифт:
– А что, если мы с тобой, как настоящие дельцы, заключим сделку?
Я сделал большой глоток, не спуская глаз со своего собеседника, который тоже смотрел на меня в упор.
– И какую же сделку желает предложить мне мой тесть?
Лицо Эмметта посуровело.
– Ты бросаешь Кэролайн. Можешь выгнать ее из дому. Придумай все, что захочешь. Ты ее освобождаешь и отправляешь ко мне.
– А если я соглашусь?
– Я сделаю тебя богатым.
Я залпом допил остатки эля. Эмметт вопросительно посмотрел на пустую кружку. Я кивнул. Он велел
– Сказать, куда вы можете засунуть свое предложение? – спросил я.
– Эдвард, – ответил Эмметт, подаваясь вперед, – мы оба знаем, что ты не в состоянии обеспечить мою дочь. И еще мы оба знаем: потому-то ты сейчас и сидишь здесь в полном отчаянии, что не можешь ее обеспечить и даже не знаешь, как это сделать. Да, ты ее любишь. В этом я не сомневаюсь, поскольку когда-то и я был таким же, как ты, – ни на что не годным.
– Ни на что не годным? – стиснув зубы, переспросил я.
– О да, – усмехнулся Эмметт, отодвигаясь от меня. – Сам знаешь, что это правда. Парень, ты ведь всего-навсего фермер, разводящий овец.
– А куда подевался Эдвард? Я-то думал, вы говорите со мной как с равным.
– С равным? Тебе никогда не стать равным мне, и ты это знаешь.
– Ошибаетесь. У меня есть план.
– Слыхал я про твои планы. Каперство. Мечтаешь отправиться в далекие моря и сколотить себе состояние. Нет этого в тебе, Эдвард Кенуэй.
– Есть.
– Ты не обладаешь моральной устойчивостью. Пойми, парень: я предлагаю тебе выход из ямы, в которую ты сам себя закопал. И советую очень серьезно подумать над моим предложением.
Я допил остатки эля и сказал:
– Как насчет того, чтобы обдумать ваше предложение еще за одной кружкой?
– Пожалуйста.
Передо мной, как по волшебству, появилась новая кружка. Я начал переливать ее содержимое в себя, лихорадочно обдумывая предложение своего тестя. Он был прав. Самое жуткое, что я чувствовал за время нашего разговора, – это сознание его правоты. Черт бы побрал этого Эмметта Скотта, но он был прав. Я любил Кэролайн, однако не мог обеспечить ей не то что богатую, а даже мало-мальски сносную жизнь. И если я всерьез думал о счастье Кэролайн, мне стоило согласиться на предложение ее отца.
– Она не хочет, чтобы я уплывал, – после нескольких минут молчания признался я.
– А ты-то сам хочешь?
– Я хочу, чтобы она поддержала мои планы.
– Этого она никогда не сделает.
– Я не теряю надежды.
– Если слова Кэролайн о любви к тебе соответствуют действительности, она никогда не отпустит тебя.
Я был уже сильно пьян, но даже в таком состоянии понимал всю логичность рассуждений Эмметта. Я знал, что он прав. И он это знал.
– У тебя, Эдвард Кенуэй, есть враги. Много врагов. Некоторые из них весьма могущественные. Как ты думаешь, почему они до сих пор не отомстили тебе?
– Никак испугались? – с пьяной ухмылкой спросил я.
Эмметт Скотт нахмурился:
– Они
– Если я приму ваше предложение, что им помешает разом напасть на меня?
– Ничего, кроме моего покровительства.
В этом я сомневался.
Я становился все пьянее. Мой тесть делался все подавленнее, но уходить пока не собирался. Его присутствие напомнило мне, каким скудным стал мой выбор.
Я попытался встать и уйти, однако ноги меня не держали. Боясь упасть, я уцепился за край стола. Отец Кэролайн подхватил меня и брезгливо поморщился. Я и глазом не успел моргнуть, как он повез меня домой. Им двигала отнюдь не забота о моей безопасности. Ему хотелось увидеть лицо дочери, когда взглянет на своего пьяного вдрызг муженька. Я нервно похихикивал, что было только на руку Эмметту Скотту.
– Пойми, Кэролайн, этот пьянчуга – конченый человек. Он и к жизни на суше не приспособлен, не говоря уже про море. Если он отправится в Вест-Индию, то страдать будешь ты.
– Отец… отец, – только и могла прошептать Кэролайн.
Не справившись с отчаянием, она разрыдалась. Я уже лежал на кровати и мог только беспомощно наблюдать за тем, как сапоги Эмметта развернулись и вышли за дверь.
– Старый навозный червяк, – заплетающимся языком произнес я. – Он ошибается на мой счет.
– Надеюсь, – ответила Кэролайн.
Хмель подстегнул мое воображение.
– Главное, что ты веришь в меня. А теперь представь корабль. Он медленно входит в гавань. Я стою на палубе. Человек, сделавший себе имя… Золотые дублоны дождем сыплются у меня из карманов. Я настолько богат, что даже не нагибаюсь за ними. Я вижу это. А ты?
Когда я отважился взглянуть на нее, Кэролайн качала головой. Нет, она не видела того же, что и я.
На следующий день, протрезвев, я тоже не видел палубы, усыпанной дублонами.
Я чувствовал, что развязка неминуема. Отсутствие перспектив становилось все осязаемее. Снова и снова я перебирал свои возможности. Их было всего две. Эмметт Скотт предлагал мне деньги за то, чтобы я вернул ему дочь. Я мог согласиться на его предложение. Или записаться в каперы.
То и другое в одинаковой степени разбивало сердце Кэролайн.
11
На следующий день я отправился к Эмметту Скотту. Я постучался в дверь особняка на Хокинс-лейн. Стоило ли удивляться, что мне открыла именно Роуз?
– Мистер Кенуэй, – пробормотала удивленная служанка, слегка покраснев.
Я спросил, могу ли видеть хозяина. Несколько секунд Роуз ошеломленно смотрела на меня, затем впустила, попросив обождать. Ожидание было недолгим. Меня провели в кабинет Эмметта Скотта. Посредине стоял внушительный письменный стол. Стены были обшиты деревянными панелями, что создавало мрачноватую и предельно серьезную атмосферу. Мой тесть стоял рядом со столом. Темные волосы и впалые щеки вместе с сумраком комнаты делали его похожим на ворона.