Ассасин

Гоблин (MeXXanik)

– Давай быстрее!
– крикнул я в рацию.

– Тороплюсь как могу, - огрызнулся сквозь треск и помехи напарник.

Я несколько раз выстрелил в начавшее оседать облако дыма на лестнице, и оттолкнул труп, укрывшись в квартире. Довольно усмехнулся, услышав снаружи крики и мат.

Остальные противники рисковать не стали.

– Эй, убогие, - раздался с улицы крик одного из бойцов.
– Вы знаете, чей это склад? Знаете, куда влезли? Вы понимаете, что теперь вам конец? Вы уже покойники…

Он ещё долго разорялся, со

знанием дела заколачивая понты и описывая способы самых ужасных расправ, которые нам теперь грозят. Закончилась эта тирада предложением перемирия:

– Выходите и проваливайте на все четыре стороны.

Очевидно, говоривший простил бы нам смерть товарищей и самовольное вторжение на склад.

– То есть если мы выйдем из дома, оставив все на месте, то вы нас не тронете?
– уточнил я, сделав вид, что вступил в переговоры.

Каждый из нас видел в этой беседе свою выгоду: охранник "Цитадели" тянул время до прибытия подкрепления, чтобы не лезть под пули и не рисковать жизнями ребят, я же пытался выиграть чуточку времени до того, пока Шустрый не набьет рюкзаки.

– Именно так, - подтвердил голос из-за двери.
– Зачем нам рисковать своими жизнями за какой-то склад? Проваливайте на все четыре стороны!

– А если мы прихватим чуточку вашего барахла?
– не унимался я, обыскивая один из трупов, оставленных в квартире, которую мы зачищали первой.

Найденный пистолет мигом поменял хозяина, только достижения в этот раз не дали. Паршиво. Видать, чтобы получить ачивку, надо обыскать десяток мертвяков.

– Ты что совсем обалдел?
– вспылил было мой собеседник, но быстро взял себя в руки и продолжил более спокойным голосом:

– Ты это… не борзей в общем. Уйдете пустыми.

– Хм…

Я сделал вид, что задумался, обшаривая очередной труп:

"Получено достижение: "Лишним не будет".

Навык Чистильщик улучшен".

Есть. Я так обрадовался прокачке, что едва не пропустил очередного визитера. Воспользовавшись моей заминкой, собеседник направил к нам посла доброй воли. С оружием в руках. Я увидел его, когда он уже почти поднялся по лестнице. Высунулся из квартиры и выстрелил навскидку.

Бах! Бах!

Тело осело на пол. Прикрывающий его замешкался, дав мне секунду, чтобы спрятаться в квартире. Выстрелов я не услышал, а когда выглянул на лестничную клетку, охранника и след простыл.

– Твой парламентер помер!
– крикнул я, перезаряжая пистолет.
– Не знаю, как уж вышло. Только вот теперь у тебя людей с гулькин нос.

– И мы возвращаемся к предыдущему предложению. Выходите из дома и валите на все четыре стороны.

– Заманчиво, - протянул я, заметив Шустрого. Он махнул мне рукой, чтобы я шел к нему.

Я удивлённо присвистнул. Шустрый не терял времени даром. Пока я развлекал штурмующих, он набил под завязку два туристических рюкзака. И ту самую спортивную сумку,

в которой эти самые рюкзаки лежали.

– Валим, - одними губами прошипел он, уходя вглубь квартиры.

Я последовал за ним, прихватив оставленный мне рюкзак. И охнул, почувствовав вес на плечах.

– Ну, так что ты решил?
– крикнул с улицы охранник.

– Я думаю, ну тебя. И твои предложения туда же!
– проорал я, скрываясь за Шустрым.

– Ах ты паскудный ублюдок!

По лестнице затопали ботинки штурмующих.

– Смотри!

Шустрый указал на окно. Оно было не заколочено. Или здоровяк уже постарался и выбил доски, или...

Мой напарник уже скинул рюкзак вниз. Я передал ему свою ношу, и через секунду и мой багаж приземлился в густую траву.

– Прыгать собрался?

– Видишь другие варианты?
– вопросом на вопрос ответил напарник, выглянув в окно.

Шаги преследователей слышались уже в квартире. Старые доски жалобно скрипели под подошвами армейских ботинок. И Шустрый не стал дожидаться, пока охрана нас найдет. Оперся руками на прогнивший подоконник и сиганул вниз.

– Вот блядь!

Пробиваться с боем к дверям я не хотел. Слишком уж ничтожны были шансы добраться даже до лестницы. Поэтому я маханул следом. Секунда полета - и я приземлился в густую траву, перекатившись, чтобы погасить энергию прыжка. Тело отозвалось болью от жёсткого приземления.

– Жив?

Шустрый навис надо мной, протягивая руку.

– Вроде, - ответил я, хватаясь за крепкую ладонь и вставая на ноги. И тут же зашипел: ногу пронзила резкая боль.

– Тогда валим.

Он протянул мне рюкзак. Нацепил свой, сгреб в руки сумку, и пригнувшись побежал вдоль стены дома. Я едва за ним поспевал.

У дверей дежурил всего один охранник. С которым разобрался Шустрый, несколькими выстрелами повалив того на землю. Наша конспирация была похерена на корню, но следовало поторапливаться: где-то в отдалении уже ревели двигатели машин: к охранникам прибыла подмога.

– Валим! Бегом!

С необычной для него прытью Шустрый бросился к оврагу. Миг - и зашелестели кусты, скрывая здоровяка. Забыв о боли в ноге, я поспешил следом. Сорвавшись с крутого склона и покатившись вниз, едва не сбив Шустрого. Ветки пребольно хлестали по лицу, раздирая кожу и оставляя длинные кровоточащие царапины.

Единственное, что я успел сделать - закрыть рукой глаза, чтобы они не повисли на кустах.

– Жив?

Надо мной снова навис Шустрый. Я лежал на дне оврага, боясь пошевелиться. Казалось, во всем теле нет ни одного живого места.

– Вставай! Чего разлегся.

Я поднялся на ноги. Где-то наверху уже слышались крики. Нас искали и искали тщательно. Кто-то уже бежал к оврагу. И если нас найдут - нам конец.

– Бегом!

Наперегонки мы рванули по тропке, по которой ещё совсем недавно спускались в овраг. За спиной послышался треск веток: