Асмодей
Шрифт:
— Ни одна из этих книг не покинет моих покоев, ясно? — прошипел он, бросив на девушку такой взгляд, что от страха у нее задрожали поджилки. От хорошего настроения в мгновение не осталось и следа. Ну что ж, сама виновата: не стоило забывать о том, где находишься.
— Садись, — проговорил демон, направляясь к выходу.
Задавать лишние вопросы, когда Повелитель пребывал в плохом настроении, было чревато для здоровья, а потому Аврора молча опустилась в кресло, пододвигая к себе увесистую книгу. На переплете красовалась печать Абаддон, что уже не сулило ничего хорошего. Остановившись взглядом на пометках,
Как она и предполагала, сама схема оказалась достаточно простой. Ей даже не нужно было расспрашивать Асмодея, чтобы понять его затею. Трудность состояла в том, что собрать всю эту головоломку воедино, не обладая всеми книгами учета, было невозможно. Несколько часов у нее ушло на то, чтобы составить некое представление о том, с какого края стоит начать собирать мозаику, чтобы дать Владыке достаточно полное представление о том, какие тайны хоронятся в закромах его врагов, а дальше дело пошло по отработанному сценарию. На миг ей даже представилось, что она и не в Аду вовсе, а в своей лавке, пытается разобраться в своих финансовых книгах. Ощущение оказалось на редкость приятным. Она даже осмелилась представить былые времена. В разум проник голос отца, разговаривающего с очередным заемщиком, смех Шарлотты, совершившей какую-то шалость. Поразительно, какими ценными могут оказаться воспоминания, которым вначале не придавал никакого значения.
Звук хлопнувшей двери вернул ей ощущение реальности. Аврора открыла глаза, встретившись взглядом с Асмодеем.
— Есть что-то? — проговорил он, наклоняясь через стол. В нос сразу ударил окружавший его аромат сандала, но вот глаза застыли на иссиня-черных волосах повелителя. Тайны этих метаморфоз она не понимала, впрочем, как и остальные обитатели резиденции, но свое любопытство унять никак не могла, каждый раз борясь с желанием поинтересоваться причинами исчезновения серебряной пряди.
— Пока нет, Владыка! Но я…я стараюсь… — запинаясь, пролепетала она.
— Если к утру ты мне дашь такой же ответ — шкуру спущу, — коротко проговорил он, сбрасывая на ходу шелковый халат. Да так и повалился на кровать, забываясь спокойным сном.
Часы тянулись быстро, а целостной картины по-прежнему не было. То ли она упускала из виду какие-то детали, то ли и упускать было нечего. И все было так, как она сказала изначально: не получив учетных книг всех демонов Преисподней, что было невыполнимо, невозможно было уличить их во лжи.
Ворвавшаяся в комнату светящаяся сфера, закружившаяся над кроватью Асмодея, заставила девушку подскочить от страха. Чтобы не закричать, она даже прикрыла рукой рот. Иначе демон выполнит свое обещание, причем дважды. А процесс сдирания кожи хоть и стал для нее привычным наказанием, был одной из самых страшных мук.
На цыпочках подойдя к ложу Асмодея, Аврора стала свидетельницей удивительного действа: она видела, как этот шар теплого света слился с его грудью, заставив все тело светиться изнутри, видела, как на черных волосах, будто луна на ночном небе, расцвела сияющая прядь, которая постепенно угасала, погружая комнату в привычный полумрак. В это мгновение ее словно озарило.
— Не все, что лежит на поверхности, является истиной, — прошептала она, метнувшись к столу. Все это время
Положив перед собой сразу несколько книг, Аврора стала сверять данные, выписывая их на листок бумаги со скрупулезностью швейцарского банкира. К утру в ее распоряжении была частично доказанная теория с несколькими наглядными примерами. Едва ли это было тем, что желал увидеть Асмодей, но это было лучше, чем ничего.
Постепенно начинало светать. То ли Венера решила занять свое место на небесах непривычно рано, то ли девушка начисто утратила ощущение времени, погрузившись в свои расчеты. Как бы то ни было, но только сейчас несчастная рабыня позволила себе немного расслабиться, против воли проваливаясь в полудрему. Несмотря на сильную усталость, сон не смог затянуть ее в свои сети окончательно, девушка слышала и чувствовала все, что происходило вокруг нее, но не могла вырваться из этого потустороннего мира. Лишь легкое, почти невесомое прикосновение к плечу, вернуло в реальность. Страх от осознания произошедшего, будто облил ее ледяной водой.
— Повелитель, простите, — почти взвизгнула она, едва не падая к нему в ноги, но Асмодей удержал ее за плечи, слегка встряхнув. Сейчас его больше интересовал результат, а не показные почести.
— Нашла что-нибудь? — демон присел на край стола, держа в руках халат.
— Кое-что есть, Владыка, но совсем не то, что мы искали… — прошептала Аврора, среди горы бумаг пытаясь найти нужные записи.
— Ты хочешь сказать, что кражи не было? — холодно проговорил он, меняясь в лице.
— Нет, факт воровства был, причем доказанный, только воровали не из Чистилища, — пролепетала девушка, стараясь не смотреть на демона, по напрягшейся кисти которого, она угадывала нарастающее раздражение.
— Поясни, — прохрипел Асмодей, забирая из ее рук расчеты.
— Итоговые суммы сходятся с данными из книги учета Люцифера. Я почти уверена в том, что здесь никакой загадки нет. Они начинаются после, во внутренних сделках между демонами. Взгляните, — Аврора пододвинула к нему две рукописи. — На эту дату Абаддон совершил лишь одну сделку с Левиафаном — обменял четыре души третьей категории грешников, на одну душу второй категории.
— Да, — нетерпеливо произнес Асмодей, — и что?
— А теперь посмотрите на записи Левиафана. Видите: эта же дата и опять же, лишь одна сделка с Абаддон. Здесь указано, что им была выменяна одна «чистая» душа в обмен на две души третьей категории. По сути, это воровство. И такая картина наблюдается у всех рыцарей, чьи книги я видела.
Закончить она не успела, ибо показавшаяся на пороге Дэлеб, нарушила ход ее мысли. Храня на лице невозмутимое выражение, демоница метала глазами гневные молнии, заставившие Аврору похолодеть изнутри. Если эта злобная смотрительница подвергала прислужниц зверским истязаниям за несколько часов единения с Асмодеем, то что она сделает с той, кто осмелилась провести в покоях Владыки всю ночь? Все тело начало сотрясаться мелкой дрожью от осознания того, через что ей придется пройти. Не сможет же она вечно отсиживаться в этих покоях!