Асканио
Шрифт:
– Ну, а если он благополучно проедет через все мое королевство? – спросил Франциск.
– О! Тогда я торжественно обещаю стереть его имя и заменить другим.
– Каким же, любопытно?
– Вашим, сир. Потому что, допустив это, вы окажетесь еще глупее, чем он.
Король расхохотался, придворные последовали его примеру. Только несчастная Элеонора побледнела при этой шутке.
– Ну что ж! – сказал Франциск. – Можешь сейчас же заменить имя Карла моим: я дал императору честное слово дворянина и сдержу его. А посвящение твое принимаю, и вот тебе плата за первый экземпляр.
И, вынув из кармана
К королеве приблизился парижский прево с Коломбой.
– Ваше величество, – сказал он, – дозвольте мне в этот радостный день представить вам мою дочь Коломбу, которую ваше величество изволили принять в число своих придворных дам.
Королева, у которой было доброе сердце, обласкала и ободрила смущенную девушку, между тем как король не спускал с Коломбы восхищенного взора.
– Честное слово дворянина, мессер прево! – с улыбкой вскричал Франциск I. – Да вы просто государственный преступник – до сих пор утаивали от нас такую жемчужину! Ведь ваша дочь может украсить венок из прекраснейших дам, окружающих ее величество! И если я прощаю ваше вероломство, сударь, то лишь благодаря немому заступничеству этих мило потупленных глаз.
Король изящным жестом приветствовал очаровательную девушку и в сопровождении всего двора направился к часовне.
– Сударыня, – сказал герцог де Медина-Сидониа, предлагая руку герцогине д'Этамп, – давайте пропустим вперед всех этих придворных. Мне надо сказать вам нечто весьма важное и секретное, и, я думаю, здесь это сделать всего удобней.
– Я к вашим услугам, господин посол, – ответила герцогиня. – Нет, нет, д'Орбек, останьтесь!.. Господин де Медина, вы смело можете говорить в присутствии моего старинного друга, я доверяю ему, как самой себе. А этот юный итальянец ни слова не понимает по-французски.
– Хорошо, сударыня, но помните: вам не менее важно, чем мне, сохранить этот разговор в тайне. Итак, мы теперь одни, и я буду говорить прямо, без околичностей. Вы знаете, что его священное величество император Карл Пятый решил проехать через Францию и, быть может, уже находится на ее земле. Император знает, что едет во вражеский стан, но по вашему совету рассчитывает на рыцарские чувства короля. Говоря откровенно, сударыня, ваше влияние на Франциска Первого сильнее, чем любого из его министров. Вот почему от вас одной зависит, будет ли этот совет дурным или хорошим, окажется ли он ловушкой для императора или сослужит ему службу. Но к чему вам, герцогиня, идти против нас? Ведь это ничего не даст ни вам самой, ни французскому государству.
– Продолжайте, монсеньор, продолжайте! Говорите все до конца.
– Хорошо, сударыня. Карл Пятый является достойным преемником Карла Великого, и потому весьма возможно, что он преподнесет в дар Франции то, что вероломный союзник мог бы потребовать от него в виде выкупа. Мало того, император сумеет щедро вознаградить и за гостеприимство и за совет.
– Прекрасно! Сделав это, он поступит великодушно и благоразумно.
– Король Франциск Первый давно мечтает о герцогстве Миланском, не правда ли? Так вот, Карл Пятый согласен уступить ему эту провинцию, испокон веков служившую причиной раздоров между Испанией и Францией, но, конечно,
– Понимаю, понимаю! – перебила герцогиня. – Как известно, финансы императора находятся в плачевном состоянии, а герцогство Миланское разорено беспрерывными войнами. Вот его святейшее величество и не прочь переложить часть своих долгов на более состоятельного должника. Нет, господин де Медина, я отказываюсь от этого предложения! Вы же сами понимаете, что оно неприемлемо.
– Но, сударыня, переговоры уже начались, и, как я слышал, король в восторге от сделанного предложения.
– Пусть так, но я от него отказываюсь! И если вы можете обойтись в этом деле без меня, тем лучше для вас.
– Поверьте, сударыня, император бесконечно дорожит вашим содействием! И все, чего бы вы ни пожелали…
– Я не торгую своим влиянием на короля, господин посол.
– О сударыня! Никто не осмелится даже подумать об этом.
– Послушайте, вы уверяете, будто ваш повелитель желает заручиться моей поддержкой, и, между нами говоря, он прав. Я окажу ему поддержку и прошу за это значительно меньше, чем он предлагает. Но вот что он должен сделать, слушайте внимательно: он обещает Франциску дарственную на герцогство Миланское, однако, едва покинув Францию, вспомнит о нарушении Мадридского договора и забудет о своем обещании.
– Но ведь это повлечет за собой войну, сударыня.
– Терпение, господин де Медина. Действительно, его величество разгневается, пригрозит императору войной. Тогда Карл Пятый согласится сделать герцогство Миланское независимым и отдаст его, но только свободным от всяких долговых обязательств, Карлу Орлеанскому, второму сыну Франциска Первого. Таким образом, император и обещание выполнит, и не увеличит мощи своего соперника. Думаю, мой совет чего-нибудь стоит, и, надеюсь, господин посол, вам нечего возразить против него. Что же касается моих личных пожеланий, о которых вы только что упоминали, то, если его святейшему величеству понравится мой план, пусть он обронит при первой нашей встрече какой-нибудь блестящий камешек. И, если камешек окажется достойным моего внимания, я подниму его и сохраню на память о своем славном союзе с наследником римских цезарей, великим королем Испании и Индии.
При этих словах герцогиня д'Этамп склонилась к Асканио, не меньше напуганному этими таинственными и мрачными планами, чем герцог де Медина был ими обеспокоен, а граф д'Орбек восхищен.
– Все это ради тебя, Асканио! – прошептала она. – Чтобы завоевать твою любовь, я готова погубить Францию! – И уже громко добавила: – Ну как, господин посол?
– Решать такие важные вопросы может только сам император; но я почти уверен, он примет ваше предложение; выгоды его для нас столь очевидны, что меня это просто пугает.
– Поверьте, господин посол, что, берясь воздействовать на короля, я соблюдаю и собственную выгоду. Ведь у нас, женщин, есть своя дипломатия, подчас более тонкая, чем у политиков! Но, клянусь, в моих планах не таится для вас ни малейшей опасности, да и подумайте, какая тут может быть опасность? Впрочем, в ожидании решения Карла Пятого я постараюсь вооружить против него короля Франции и буду всячески убеждать его величество захватить своего гостя в плен.
– Как, сударыня, и вы считаете это достойным началом союза?