Ашер
Шрифт:
Когда его ноги коснулись земли, он сделал несколько поклонов, а затем об-нял меня.
Это был весёлый близнец. Всё на своих местах. Брей был действительно рад видеть меня, но Брент был по-настоящему взволнован. Он полопал меня по спине и сделал шаг назад.
— Мама будет самой счастливой женщиной в Мэлрое, — сказал Брент.
— Нет, самая счастливая женщина в Мэлрое — это Дженни Уилсон. Мы прошлой ночью провели вместе полчаса с моей головой между её ног, — протянул Брей.
—
только покачал головой и усмехнулся. Я скучал по этому. Находиться да-леко от своей семьи невероятно сложно. Не в силах сдержаться, я поднял взгляд, чтобы взглянуть на поле около белого частокола, который окружал дом за холмом. Мне интересно, живёт ли она всё ещё в доме с родителями. Выглядит ли она стар-ше… Я покачал головой. Чёрт. Я облажался. Только здесь эти мысли вернулись. Я не могу возвращаться в те моменты.
— Мама дома консервирует клубничный джем. Она не упускает ни одну ягодку, поэтому занимается этим уже два дня. Мы будем есть прекрасный клуб-ничный джем с бисквитами весь год, — сказал Брент со своей улыбкой с ямочками.
8
vk.com/fallen_too_far ЭББИ ГЛАЙНС / Сделай Последний Шаг
— Раз уж ты дома, мы можем попросить её испечь пирог с этими ягодами. Как же я хочу его съесть, — пропел Брей.
хотел поговорить с мамой наедине. То, что она не хотела принимать ле-карства, серьёзно, и мне нужно исправить это. Тогда я покину это место. Смотаюсь отсюда к чёрту потому, что сейчас всё, чего я хотел, это смотреть на богом забы-тый белый частокол.
— Где Стил и Даллас? — спросил я Брента, пока он был в шаге от меня, на-правляясь к крыльцу.
— Э-э, — ответил он и оглянулся на Брея прежде, чем ответить. Я знаю этот взгляд. Что-то странное происходит. Чёрт. Я был далеко слишком долго. Что ещё мне нужно исправить, прежде чем можно будет уехать? — Э-э, наверное, в магази-не корма. Он заканчивается. Стил сказал, что поедет и купит немного. Конечно же, Даллас поехал с ним. Белого грузовика нет, — ответил Брент.
Он лгал. Его выдал тон.
— Ублюдок, ты плох в этом, — сказал Брей, качая головой и проходя мимо
нас.
Он сделал один шаг размером с два в направлении входной двери, будто по-скорее хотел уйти.
— Чего я не знаю? Потому что я уверен на все сто, что что-то упускаю, — сказал я, останавливаясь у лестницы и глядя то на гримасу Брента, напоминающую оленя в свете фар, то на крепкую спину Брея.
— Просто скажи ему, — сказал Брей, не оборачиваясь.
Брент ничего не говорил, и мы все стояли там некоторое время. Тишина бы-ла оглушительной.
— Если с кем-то из них что-то случилось, я должен знать, чёрт возьми, — сердитый рёв вышел из меня с выдохом.
Брей убрал свою руку с двери и посмотрел на меня. Смятения, которое я ви-дел на лице Брента, не было на лице его близнеца. Только раздражённый свирепый взгляд.
—
видел, что он пытался контролировать себя. Ещё одна вещь, которая отли-чала его от Брента. Брент не терял контроль так быстро. Чёрт, да ты счастливчик, если смог вывести его. Но Брей… он был заряженной пушкой. Он бы мог легко вы-звериться на любого. Я вытаскивал его задницу из неприятностей больше раз, чем можно представить.
— Где они? — повторил я, глядя на Брея.
9
Эффи Вон Ашер
Брей даже не смотрел на меня. Мышцы его челюсти дёргались, когда он смотрел на пустой двор. Он обдумывал это, чем бы оно ни было. Я не хотел дальше ждать, но и не хотел, приехав домой, ввязаться в драку с братом, ещё даже не об-няв маму.
— Стил уже почти год встречается с Дикси, — сказал Брей спокойно, но предупреждение, которое я услышал в его голосе, не осталось без внимания.
Он защищает младшего брата. Но он был без понятия, от чего именно защи-щает его.
Казалось, что мой мир только что закружился, и я схватил перила рядом с собой, чтобы не упасть. Это неправда. Мне нужно хранить секрет, чтобы… защи-тить Дикси. Но это… блять.
не могу уничтожить её, но я не мог… это неправда, чёрт возьми. Я потерял всё. Я прошёл через ад и продолжаю делать это ежедневно. Каждый сон, в котором она появляется, напоминает мне, что никого другого не будет достаточно. Обман разрушил мою жизнь. Я не позволю ему разрушить жизнь Дикси, и я уверен, чёрт возьми, что не дам ему разрушить жизнь моего младшего брата.
— Не облажайся ради него. Он поклоняется тебе. Он сделает для тебя всё. Но он любит её. Не порти это ради него, — сказал Брей, глядя на меня.
Он не знал, о чём говорит. Никто из них не знал. Только я. Я не собирался сходить с ума из-за ревности. Я научился жить с ревностью, которая съедала меня заживо каждый раз, когда я думал о том, что кто-то прикасается к ней.
— Они уже… — я даже не мог выговорить это.
молчал, но хотел закричать от жестокости этого мира. Напряжённость в моей груди и бушующий пульс — это те эмоции, которые были хорошо мне знако-мы. Эмоции, которые мне не следовало испытывать. Мысль о том, что Дикси спит
кем-то ещё, рвала меня на части, но в то же время я проживал этот грёбаный кошмар на протяжении трёх долгих лет. Факт, что я не должен ревновать, неспра-ведлив и жесток. Меня должно тошнить. Меня должно пугать, что моё молчание привело к этому. Есть много чёртовых вещей, о которых я должен подумать, но всё, что витало в моей голове, — это Стил, прикасающийся к моей Дикси.
— Блядь! — прорычал я прежде, чем уйти во двор. Мне нужно отстраниться ото всех. Моё сердце так бешено билось, будто собиралось вырваться из груди. Ряд эмоций, проходящих через меня, отбивался в голове. — Твою мать!!! — закричал я, бросая сумку с мамиными лекарствами на землю и хватаясь за голову, дабы она не взорвалась.