Ашер Блэк
Шрифт:
— У нас не будет машины, чтобы вернуться, когда мы уедем. — Нахмурившись, я показываю на знак с надписью "Зона эвакуации".
Ксавье кивает в сторону номерного знака на передней панели.
— Они не будут эвакуировать эту машину или штрафовать ее.
Я смотрю на него. Мои глаза выпучиваются, когда я понимаю, что это дипломатические номера. Серьезно? Как можно получить дипломатические номера, не будучи дипломатом? Влияние Ашера просто поражает. Возможно, мне придется украсть у него машину, когда все закончится. В Нью-Йорке я могу привыкнуть парковаться,
Carmen's — это семейный бар, основными клиентами которого являются студенты. Я вижу как их много, когда захожу в бар. Большинство из них сидят за барной стойкой и смотрят какой-то спортивный матч. Парни следят за игрой, а девушки — за парнями. Зрелище настолько знакомое, что успокаивает.
Я полностью прохожу мимо бара и сажусь за одну из кабинок в дальнем углу. Ксавье, к счастью, садится за другой столик, пока я жду Эйми. Он достаточно далеко, чтобы я могла уединиться, но достаточно близко, чтобы он мог быстро добраться до меня, если что-то пойдет не так.
— Я ненавижу тебя. Ты пропустила… не знаю… около четырех наших запланированных еженедельных обедов и ужинов, ты, сука. — Эйми садится напротив меня, скрестив руки, явно ожидая, что я буду унижаться.
— Можешь винить в этом Ашера. Меня держали в заложниках. — Я переворачиваю стол. — И ты не подумала прийти и спасти меня? — На моих губах появляется мимолетная улыбка, и я насмешливо отвечаю: — Ты сука.
Эйми закатывает глаза и протягивает телефон.
— Я даже не получила сообщение SOS. Ни одного.
Она права. Я не хотела, чтобы она вызывала кого-то. Через несколько дней после помолвки я подписала официальный контракт, в котором были прописаны детали моей договоренности с Ашером. Я получаю от этой сделки очень многое. Помимо бесплатного жилья, еды, рекомендаций по работе и одежды, он готов подарить мне квартиру в этом районе и 2,5 миллиона долларов на развод после нашего расставания.
Мы тихо поженимся в здании суда в течение следующего года и разведемся через год после этого. В общем, я потрачу два года на эту уловку, но буду финансово обеспечена до конца жизни. Это щедрое предложение, которое Ашер, конечно, не должен был мне делать.
Но я начинаю понимать, почему он это сделал.
Это приманка, и я на нее клюнула.
Я ни за что не испорчу себе жизнь, даже если мне придется прятаться в его пентхаусе, пока я буду ждать, пока сошьют какую-нибудь чертову одежду. Не дай Бог, если я совершу модный промах и опозорю Ашера.
Я вздыхаю и приношу ей извинения, которых она заслуживает.
— Прости. Я действительно скучала по тебе.
И я скучала. Когда она была моей соседкой по комнате, я часто чувствовала, что мне нужно пространство от нее. Но теперь, когда ее нет, я чувствую, что скучаю по ней. Я и раньше слышала поговорку "не знаешь, что имеешь, пока не потеряешь", но никогда не знала, что она применима и к дружбе.
Как и все уроки жизни, я усвоила их с трудом.
Ее глаза блестят, когда она говорит:
—
Я рада, что так думаю не только я. Мое сердце разрывается от ее слов, хотя я стараюсь увести наш разговор от тяжелых тем. У меня никогда не получалось говорить о чувствах.
— Я не исчезла! Ты могла бы навестить меня.
— Я пыталась.
— Что?! — Теперь я злюсь. — И они не пустили тебя?
— Нет. — По ее лицу расплывается слабый румянец.
Я никогда раньше не видела, чтобы она краснела, и это заставляет меня сесть прямо.
Она признается:
— Я не могла заставить себя подняться. Я уже была снаружи здания. Я просто увидела всех этих охранников, и это было довольно пугающе.
Шок — это еще не все, что я чувствую сейчас. Эйми — самая бесстрашная из нас двоих, а я живу в здании, в которое она боится войти. Когда в нашей дружбе произошел перелом? Как мы здесь оказались?
— Все не так страшно, как ты себе представляешь. На самом деле это очень милое место.
Она с опаской бросает взгляд на стол Ксавье. Она спрашивает шепотом:
— Ты в опасности, Люси? Ты ведь скажешь мне, если это так? Я обещаю, что отнесусь к этому серьезно.
Мое сердце теплеет: непривычно, что о тебе заботятся, но, тем не менее, мне это нравится.
— Я в безопасности, Эйми. Я бы не стала этого делать, если бы не чувствовала себя в порядке. Существуют контракты и соглашения, которые защитят меня, если что-то пойдет не так. Единственный вариант, при котором все пойдет не так, — это если я нарушу контракт, а для этого у меня нет причин. Со мной хорошо обращаются, и я многого добьюсь, когда все закончится. Это разумное решение для меня.
— Если ты так говоришь. Я тебе доверяю. — И тут возвращается моя лучшая подруга, ухмылка и все такое. — Ты уже трахалась с ним?
Я нахмурилась.
— Нет, извращенка! Может, не будем зацикливаться на моей несуществующей сексуальной жизни и поговорим о чем-нибудь другом?
— Ты живешь с Ашером Блэком уже месяц, и у тебя до сих пор нет секса?! Теперь я уверена, что ты лесбиянка.
— Я не лесбиянка, — говорю я, как раз когда к нам подходит официант. Я узнаю его по одной из моих геномных лабораторий.
— Что плохого в лесбиянках? — спрашивает он с очаровательной ухмылкой на лице, вероятно, от того, что застал двух симпатичных девушек за разговором о лесбиянстве.
— Нет ничего плохого в том, чтобы быть лесбиянкой. — Я пытаюсь сдержать румянец на лице. — Просто я не такая. — В доказательство я поднимаю левую руку.
Мы все смотрим на кольцо на моем безымянном пальце. Это прекрасный 5-каратный бриллиант, стоимость которого оценивается в шестизначную сумму. На самом деле Моника была той, кто подарила его мне. Ашер был на встрече в Лос-Анджелесе, когда она ворвалась в спальню и бросила бархатную коробочку с кольцом на кровать. Она одарила меня злобной усмешкой и ушла, ничего не сказав. Все это вызвало у меня жалость к ней.