Артистка, блин!
Шрифт:
— Ну, это ваши женские тонкости, я в них не разбираюсь. Настораживает, что она живет в другой стране, что там у нее сынишка… Она же будет туда рваться, а Стасу это будет больно. К тому же он хочет своего ребенка… А ей карьеру строить надо, не до младенцев…
— Ничего, успеет еще, ей только двадцать девять. Года через четыре уже сможет себе позволить…
— Ишь чего захотела! Разве продержатся они четыре года?
— Ну, если не продержатся, так и говорить не о чем! А если бы сейчас она родила,
— Тоже верно! Одно хорошо, свадьбу устраивать не будут. А то в четвертый раз это было бы просто смешно!
У Стаса по плану было три съемочных дня. Он отработал их без сучка и задоринки. И улетел в Крым на съемки другого фильма.
— Стас, как я без тебя буду?
— Отоспишься! — засмеялся он. — Ты мать в известность поставила?
— Нет пока… Мне кажется, лучше мы с тобой вместе приедем к ним.
— Так сказать, явочным порядком? — засмеялся Стас. — Вот не думал, что ты трусиха…
— Понимаешь, маме можно было бы сказать, а вот Никита… Когда он тебя увидит, ты ему понравишься, я знаю, а заранее он настроится против тебя…
— Может, ты и права. А у тебя там, наверное, кто‑то был?
— Ну так ведь в прошлом уже!
— Все равно я его ненавижу!
— Да, кстати, а что там было с Верой?
Стас расхохотался.
— Я тебя обожаю! Значит, думаешь, я понравлюсь Никите?
— А разве ты можешь не нравиться?
— Еще как!
— Стас, я вот что еще хотела сказать… У меня есть в Москве однокомнатная квартира, она, правда, пока сдана, но в принципе ее можно было бы продать…
— Зачем?
— Ну, ты же собираешься покупать квартиру, я внесла бы свою лепту…
— Забудь!
— Почему?
— Потому что это квартира для твоего сына! А я уж как‑нибудь справлюсь сам. И вообще, жить мы будем на мои деньги, а твои трать на сына, на маму, на себя… То есть я, конечно, тоже буду в этом участвовать…
— Нет, Стас, я так не согласна! Это нечестно! Я, конечно, пока еще немного получаю, но все равно!
— А может, пока тут поживем, спешить с новой квартирой не будем? А подзаработаем и купим домик за городом? Может, еще потерпим?
— Господи, Стас! Конечно, потерпим! Да и что терпеть‑то? Здесь хорошо… Мне вообще никогда в жизни так хорошо не было…
— Слушай, а ты машину водишь?
— Я классно вожу машину!
— Так уж и классно? — ласково улыбнулся он.
— Пустишь за руль, покажу!
— Ладно, как‑нибудь устроим показательные выступления! А хочешь, я тебе ключи от машины оставлю?
— Да нет, когда мне ездить?
— И вот еще что я хотел бы обсудить… Нехорошо, наверное, что мы распишемся, не пригласив на это мероприятие твою маму, а? Некрасиво как‑то?
— Но мы
— Понимаешь, совсем ничего не устраивать не выйдет! Но мы устроим, как в старых романах, свадебный завтрак. Позовем только моих, Шилевичей, ну и, наверное, твою маму с сыном.
— Свадебный завтрак… Это здорово! Мне нравится! Но мама не приедет в любом случае!
— Почему? Из‑за меня?
— Нет, из‑за моей сестры.
— У тебя есть сестра, я не знал…
Варя все ему рассказала.
— Она, похоже, круглая дура, твоя сестра… Но все‑таки… Может, теперь, когда ты выйдешь за знаменитого артиста, она успокоится?
— А мне как‑то уже все равно.
— Ладно, там видно будет. Но на наш завтрак мы ее приглашать не станем?
— Да ни за что!
— И еще мне знаешь чего ужасно хочется?
— Чего?
— Чтобы на тебе была шляпка…
— Какая шляпка? — удивилась Варя.
— Такая маленькая шляпка, знаешь, как в заграничном старом кино, некоторые дамы на свадьбу вместо фаты надевают шляпку… Я дурак, да?
— Дурак, но такой любимый, что я поищу для тебя шляпку. Но тогда я надену костюм.
— Вот‑вот! Именно костюм! Значит, ты согласна на шляпку?
— Конечно!
— Тогда погоди минутку!
Стас встал на табуретку и снял с антресолей большую круглую коробку.
— Стас, это что, неужели шляпка? — расхохоталась Варя.
— Ага, я ее увидал в одном бутике, сразу представил тебя в ней и купил… Примерь!
— А костюм ты тоже купил?
— Нет, я еще твоих мерок не знаю…
Шляпка оказалась очаровательная, из шелка цвета топленого молока, с такими же кружевами.
— Какая красотища! Прелесть!
— Ну надень же!
Варя покрутилась перед зеркалом, прилаживая так и эдак изящное творение современных модисток.
— О! Как тебе идет! — Стас сжал ее в объятиях так, что у нее кости захрустели.
— Пусти, а то не доживу до свадьбы!
— Доживешь, куда ты денешься! Знаешь, я еще хочу сказать… Тут, в этой квартире, до тебя вообще никого не было…
— В каком смысле?
— Во всех! Я домой девок не вожу, это у меня принцип. И вообще, дом — это крепость… Это только наше с тобой…
— А гости? Друзья к тебе не ходят?
— Ну, у меня друзей не много… И я предпочитаю встречаться с ними где‑нибудь в кафе…
— То есть это нора, куда ты просто заползаешь?
— В общем, да. Это мое личное пространство, и, кроме тебя, тут нечего делать другим.
— А твоя мама? Отец?
— Ну, мама здесь была… Но в целом… Кстати, у тебя тоже должно быть твое личное пространство. Вторая комната твоя.
— А спать мы как будем, каждый на своем личном пространстве?