Артефакт
Шрифт:
– Там все было не так, - молодая хранительница поджала губы, не желая выглядеть беспомощной.
– И вообще...
Оба молодых мужчины одновременно поняли, с женщиной, разговаривающей с ними, что-то творится. Красивое лицо вдруг подернулось пеленой, пошло судорогой, исказилось, мгновенно утратив четкие линии. Хранительница вскинула руки с мгновенно удлинившимися перламутровыми ногтями к своему лицу, точно желала содрать с него кожу живьем. Соран, сообразивший намного быстрее, чем это может грозить, сумел молниеносно вскочить на ноги, покинув тронное кресло, и отскочив подальше, мгновенно выстроил перед собой прозрачный гибкий щит, который легко можно убрать, едва опасность пройдет. Фадор же наоборот, шагнул вперед, в попытке помочь. Он тоже выпустил
А в это время хранительница закатила глаза и вся выгнулась дугой, точно ее тело не состояло из костей, а являлось монолитным и крайне гибким. Из ее груди вырвался дикий низкий, больше утробный крик-стон, постепенно перешедший в высокий, режущий ухо, визг. Вслед за этим пошла ударная волна такой силы, что Фадора отбросило на приличное расстояние, хорошенько приложив спиной и головой о крошащиеся на ходу камни колонн, облицовку стен, рушащиеся баррикады. Мужчина еще успел зажмурить глаза и закрыться руками от пришедшей вслед за ударной волной, ослепительной вспышки и то на несколько долгих секунд, ослеп, оглох, полностью дезориентировавшись в пространстве. Он еще успел активизировать собственную защиту на полную мощность, предвидя нечто подобное, но и он даже предположить не мог, насколько окажется сильна в магическом плане Варга.
Уже придя в себя, принц вдруг осознал, что вокруг него образовался полный звуковой вакуум. С трудом разлепив запорошенные крошкой глаза, мужчина взглянул вперед и только потом, сообразил, что не оглох, а просто выплеснувшаяся магия перешла в иную ипостась, за ходом которой могут уследить и то с трудом, только магически одаренные люди. Все остальные просто замерли в разных позах, для них время остановилось.
Вокруг стояло ослепительное сияние, в эпицентре которого угадывались две условно женские фигуры, с одним основанием, в одной из которых, Фадор узнал Варгу, вернее ее физическую оболочку. А вот вторая лишь отдаленно напоминала женскую. Вернее, головка в ореоле густых волос, тоненькие плечи, выглядели как женские, остальное терялось в ослепительном белом свете, обтекающем фигуру до самого пола. Именно от этой размытой фигуры и шло основное магическое поле такой силы, что делало практически невозможным любые проявления силы со стороны.
Фадора не уничтожило впервые мгновения только то, что его сила несколько иного плана и мало напоминала боевые эманации. Простым людям проявления подобных способностей грозило лишь физическим ущербом от ударной волны, да возможность ослепнуть. Однако, все участники, не наделенные способностями, как раз находились в отдалении от эпицентра, а потому сильно не пострадали. Начавший, наконец, слышать, принц краем уха уловил их стоны, да ругань. Конечно, в малых количествах, магия не особо видна простому обывателю, потому, мало кто из них, подготовлен к такому выбросу, могущему напугать даже хорошо обученного мага, понимающего последствия подобного выброса энергии.
А колоссальный взрыв до сих пор сдерживал магически одаренных людей, находящихся в окончательно разгромленном помещении. Фадор, с тревогой следивший, за развитием событий, даже не пытался включить свои способности. Он с трудом сумел сесть, усиленно размышляя, чем можно помочь Варге.
Мужчина хорошо понимал, в какой ситуации оказалась девушка, восставшая против собственной матери. Она сумела разорвать связь с Фаэтиной, но оказалась вне своего физического тела. Обе женщины, и физическая оболочка, в которой до сих пор обреталась Фаэтина, и духовная ипостась, в которой находилась Варга, стояли друг напротив друга не до конца разорвавшие свою связь, объединенные неожиданно странным предметом. Длинная цепочка, которого тянулась к обеим из них, а посередине висел достаточно крупный, плохо ограненный камень, темного почти черно-кровавого цвета, вытянутой неправильной формы. Его наспех сколотые грани, разного размера, ловили отсветы и преломляли
Фадор с изумлением сообразил, что этот артефакт и есть пресловутый камень жизни, который когда-то Фаэтина насильно растворила в теле маленькой дочери. Видимо камушек признал своей носительницей не только саму Варгу, но и ее мать.
В установившейся звенящей тишине вдруг раздался тихий, натужный, полный боли, надтреснутый голос Варги:
– Отпусти.
– Отпустить?
– Фаэтина говорила не в пример легче, язвительнее, эмоциональнее, резче.
– Может еще, и уйти из твоего тела? Нет уж. Не для того я столько времени провела в твоей оболочке, чтобы вот так, за здорово живешь, уйти.
– Чего ты от меня хочешь?
– Прохрипела Варга. Выброс энергии дался ей явно нелегко, и она держалась из последних сил.
– В первую очередь, молодое красивое тело.
– Заметив удивленный взгляд девушки, Фаэтина злорадно улыбнулась.
– Ты считала, что тело нужно твоей ведьме? Та давно переступила грань и существует только как приведение, ни на что не годное в физическом плане. Как же легко было всех вас обмануть, обвести вокруг пальца, всего лишь кое-что, переставив в данной истории.
– Ты получила тело, чего еще ты жаждешь?
– У Варги не хватало сил на полноценное удивление пронырливости собственной матери.
– Чего я жажду? Власти, к которой я шла долгие столетия.
– В глазах женщины отразилось плохо сдерживаемое безумие.
– Ты думала, я мечтаю о сохранении камня жизни для потомков? Отнюдь. Это я украла камень. Твой легковерный отец попался мне неспроста. Как же его, оказалось, легко провести и влюбить в себя. Я изначально знала, каким образом скрыть камень до лучших времен и где его будут искать меньше всего. Небольшое отдаленное княжество только способствовало моим далеко идущим планам. Конечно, камня хватились, и за мной шла полномасштабная погоня, а перед этим человечишкой так легко было разыграть слабую, раненую, нуждающуюся в помощи, девушку. Он сумел скрыто провести меня в свой гарем, не раскрывая моего имени, хотя я сама не стала чересчур таиться. Он же в положенный срок и поспособствовал проведению обряда. Без его помощи мне пришлось бы весьма трудно, это я признаю. Этот простак безоговорочно поверил во все, рассказанные мною сказки о хранительнице, артефакте, погоне, обряде, тайне. Во все. Он на добровольных началах помогал мне без огласки исчезнуть и клятвенно обещал следить за тобой на протяжении всей жизни.
– Для чего мое участие во всем этом фарсе?
– Голос Варги неожиданно стал слабым, безжизненным, лишенным всяческих эмоций.
– Ты самое лучшее вместилище для артефакта. Женское тело, а вернее детское - это кладезь молодости.
– Женщина презрительно скривилась, в ее глазах читалось превосходство.
– Проведение обряда уже подразумевает психические отклонения, так как он не рассчитан на адекватное поведение его носителя. Удивительно, что ты не просто выжила, я все ждала, когда придет известие от любовника о твоей мумификации, но и осталась вменяемой, не считая нескольких приступов. Я и сама сделала привязку на твое тело, все же обряд не столь безобиден для совершающего, как кажется. Пришлось частицу души оставить при тебе, зато я знала об основных изменениях в твоей жизни. И надо же было твоему чересчур амбициозному братцу замутить свои далеко идущие планы на корону папеньки. Наплодил на свою голову бастардов.
– Отчего же ты не узаконила свои отношения, был бы готовый плацдарм для последующего возвеличивания.
– Варга, даже находясь в не совсем вменяемом состоянии, все равно осталась верна себе.
– Не до того было, - лениво отмахнулась Фаэтина, оценивающе взглянув на девушку.
– Да и не совсем подходящее время. Артефакт невозможно активировать быстро и меня могли в любой момент поймать с поличным. Я не настолько алчна, умею ждать, если это необходимо. К тому для смены тело не подходило, не становиться же мне слюнявым младенцем.