Артефакт
Шрифт:
— В чем же заключаются ваши принципы? — осведомился Никита, скрестив руки на груди.
— Совершенствование духовного мира каждого человека как отдельно взятой личности. При этом мы всецело опираемся на принципы светской морали. Главными для нас являются понятия мудрости, силы и красоты. Говоря упрощенно, сама наша философия основана на таких человеческих качествах, как правдивость, сила духа, умеренность, благоразумие и чувство справедливости. Помимо всего прочего, мы внушаем нашим воспитанникам стремление к совершенствованию путем обретения знаний. Образование оказалось ключевым моментом нашего выживания.
— Звучит достаточно здраво, — пробормотал Тайяш.
— Смотря
— В этом и состоит кредо Братства? — Никита дернул себя за бороду. — Почему же вы отказываетесь поделиться своими техническими чудесами? Распространение знаний было бы лучшим вкладом в развитие человечества. В его просвещение, как вы сами выразились.
Сол задумчиво смотрел на Никиту.
— В погоне за знаниями мы преуспели превыше самых смелых ожиданий. Еще до революции, которая привела к образованию Конфедерации, мы скопировали содержимое всех библиотек на Земле и продолжаем пополнять свои хранилища. Образование, исследования и технический прогресс так же, как прежде, поглощают львиную долю наших средств, а ведь одни лицензии на добычу торона приносят нам почти триллион кредитов в год.
Тайяш растерянно моргнул:
— Это больше, чем годовой бюджет сектора Ленина!
— И мы вкладываем полученную прибыль в такие проекты, как этот корабль, — продолжал Сол. — Но давайте возвратимся к вопросу, который задал Никита. Представим, что произойдете человечеством, если мы распахнем перед ним сокровищницы наших знаний? Поверьте, этот вариант тщательно изучался. Невзирая на технократический характер нашего общества, мы не забываем также о прикладной антропологии. Прежде чем приобщить тот или иной народ к научным достижениям, необходимо, чтобы он в своем развитии достиг определенного уровня. Вспомним, к примеру, двадцатый век. Северная Америка и Советский Союз боролись за мировое господство, вкладывая огромные деньги в страны «третьего мира». В итоге они обнаружили, что можно подарить нигерийскому крестьянину трактор, но, если тот сломается, нигериец не сумеет его отремонтировать. Он вновь возьмется за соху, оставив машину ржаветь. У него нет денег на приобретение топлива, не говоря уже о запасных частях. Государство не располагает инфраструктурой, которая позволяла бы обслуживать технику. А теперь вернемся к настоящему. Допустим, мы продали «Боз», скажем, родной станции Никиты. Кто устранит неполадки, если выйдет из строя навигационный коммуникатор?
— Мы могли бы научиться, — проворчал Никита.
— Могли бы. И были бы вынуждены учиться — в университете Фронтира. А также приобретать у нас запасные части. Как бы почувствовали себя гордые гулаги, оказавшись в полной зависимости от космоверфей Братства?
— Но они сами могли бы производить детали, — возразил Тайяш.
— Только располагая соответствующей промышленной базой. — Сол нахмурился. — Я приведу еще один пример из двадцатого века. Развивающиеся страны посылали самых способных молодых людей в учебные заведения Америки, Европы и Советского Союза. Сама идея неплоха, но студенту, изучающему физику элементарных частиц, нужны ускорители. Подобные установки имеются только в высокоразвитых странах. Самые лучшие и одаренные остаются там, где они могут продолжать свои исследования, и преподают в тех же институтах, которые закончили. А если говорить о фермерах, то к чему им знать, какое удобрение лучше всего подходит для данной почвы, если у них нет ничего, кроме навоза?
— Неужели мы кажемся вам такими ограниченными? —
Соломон с сожалением кивнул:
— Во многих отношениях — да. Сколько в секторе Гулаг специалистов по физике многомерных пространств? Не надо смотреть на меня с такой укоризной. Задумайтесь лучше о том, какими последствиями грозит все то, о чем я только что говорил. Поверьте, мы потратили немало сил и времени, определяя, каков должен быть поток научных сведений, чтобы народы Конфедерации оказались способны их воспринять. Для этого пришлось прибегнуть к теории сложных систем.
— Это всего лишь слова, — заметил Никита, ничуть не убежденный.
Соломон пожевал губу:
— Так и быть, Никита. При удобном случае я ознакомлю вас с результатами исследований в этой области. Вы получите возможность сравнивать данные, узнаете, как мы внедряли некоторые новинки, например, виртуальные шлемы для коммуникаторов. Нам пришлось действовать исподволь, осторожно, чтобы их появление не вызвало в обществе шок.
— И я увижу все это собственными глазами, — пробормотал Никита.
— И прекратите попытки перехитрить наши защитные системы?
Никита виновато потупился:
— В любом случае я не понимаю, каким образом они действуют.
— Который час? — спросил Никита.
— Половина пятого утра, — сказал Тайяш и, зевнув, оторвал взгляд от монитора.
Никита сердито смотрел на цифры.
— Мне неприятно об этом говорить, но Карраско, похоже, был прав. Если, конечно, он не подтасовал данные.
Тайяш ткнул пальцем в строки текста на своем экране.
— Так много? И в столь короткий срок? Мы изучили отчет объемом в четыреста страниц. Я даже запомнил кое-что. И эти сведения не противоречат известным мне фактам.
Никита опустил лицо в мясистые ладони и потер глаза.
— Именно это пугает меня больше всего. Судя по всему, Крааль знает, что делает. Такие открытия не способствуют хорошему сну.
— Тебя раздражает, что кто-то другой знает ответы на все вопросы?
Никита неторопливо выдохнул:
— Еще как раздражает. — Он откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди. — Но меня пугает и кое-что иное. Насколько я понимаю, Братство располагает чудовищным могуществом. Что, если его обратят против Конфедерации?
Тайяш посмотрел на потолочные панели.
— Да, тут есть о чем подумать. Фронтир внушает остальным мирам все большую неприязнь. Что, если кто-нибудь — например, Арпеджио, — вздумает нанести по нему удар? Как отреагирует Братство?
Никита поскреб подбородок.
— Мне кажется, настала пора всерьез пересмотреть устаревшие взгляды. С другой стороны, если Фронтир столь силен, почему Братство держится в тени? Судя по этому отчету, Крааль мог бы диктовать свою волю всей галактике!
— Поступить таким образом запрещает его философия.
— Верно. — Никита подпер голову ладонью. — А если ему на смену придет человек, не настолько приверженный этическим принципам?
Тайяш задумчиво погладил пальцами свою эспаньолку:
— При одной мысли об этом меня бросает в дрожь.
Экран мигнул, и лицо Крааля исчезло.
— Что бы это значило? — Брайана посмотрела на Арта.
— Если с Карраско что-нибудь случится, мы переходим под командование Архона. — Арт повернул к девушке безучастное лицо. — Во всяком случае, так распорядился Великий Мастер. Иными словами… мы не можем ослушаться его приказов!