Артания
Шрифт:
Утром Черево явился радостно возбужденный, белые ручки терлись одна о другую, только что не мурлыкали.
– Итания вернулась? – вырвалось у Придона. Брови Черева взлетели на лоб.
– При чем тут Итания? Я уже поднял на ноги магов всего города! Ломают головы, где может быть рукоять меча.
– А Итания? – спросил Придон настойчиво.
– Итания еще не вернулась, – ответил Черево с раздражением. – Ты можешь о чем-то другом говорить?
– Нет, – ответил Придон честно.
– А думать?
– Тоже нет, – ответил Придон.
Черево посмотрел
– Да, тебя уже ничего не спасет. Ладно, Итанию ждем сегодня вместе с тцаром. Так идем или не идем к магам?
Придон вздохнул, тоже развел руками. Мир от слов Черева сразу потускнел, а краски поблекли. Уже тяжелым голосом ответил:
– Если Итании все еще нет, тогда что ж… Пойдем хоть к магам, хоть к…
Черево сказал неодобрительно:
– Что-то не горишь жаждой добыть меч! Я думал, артане все помешаны на славе. А есть, оказывается, помешательство еще опаснее…
Придон вспомнил богиню, бегущую по гребешкам волн.
– Есть, – ответил он со вздохом. – Есть.
– Ты уже позавтракал? – поинтересовался Черево.
– Что? – переспросил Придон. Черево покачал головой:
– Ну, артанин… Ты – пропащий человек. Ладно, пойдем поедим… Или лучше подать сюда?.. Нет, все-таки пойдем поедим как люди.
– А как это?
– Вволю! Всласть. Чтобы дышать было тяжело, чтоб пояс распустить…
Придон поморщился.
– Это не как люди, а как куявы… Ладно, мы в Куявии! Пойдем.
Стол, что называется, накрыли в отдельной малой комнате. Слуги, пугливо поглядывая на грозного артанина, поспешно застелили стол скатертью, быстро натаскали всевозможной еды. Через раскрытые двери Придон заметил стражей с той стороны. Когда слуги поспешно убрались, двери плотно закрылись.
Черево отмахнулся.
– Это чтоб не мешались. Ты ешь, ешь!.. Никакой свинятины. Даже я не ем, чтобы твои религиозные ндравы не ущеблять непотребством.
– Ценю, – сказал Придон сухо. – Исхудаешь, бедолага.
– Ничё, – ответил Черево бодро, – я наверстаю вот этим молодым гусем… Если ты не против.
– Ешь, – разрешил Придон. – Мне хватит этого зайца.
Нежное мясо таяло во рту, а горькие травы разжигали аппетит. Придон ел быстро, молодые кости трещали под крепкими зубами. Даже не кости, а еще хрящи, все сочное, нежнейшее, будто и зайцу не давали побегать, нарастить мышцы и укрепить жилы.
Черево ел капризно, выковыривал самое лакомое, отшвыривал кости с огромными лохмотьями мяса, что не позволил бы себе ни один уважающий себя и богов артанин. Поморщился, когда в дверь неслышно проскользнул слуга, тот пробежал на цыпочках, тонкий и грациозный, как девушка-подросток, почтительно склонился к уху Черева. Придон видел, как шевелились губы, но слов не расслышал. Это бы Тур услышал все… Печаль стиснула сердце. Он вздрогнул, обнаружил, что Черево обращается уже к нему:
– Доблестный артанин!.. Там в большом зале замечены верховный маг и также правитель города и дворца…
– Верховный? – спросил Придон испытующе. – Это кто?
Черево
– Артанин, твои хитрости у тебя написаны на лице. Ты слишком… простодушен.
– А что, – пробормотал Придон, – какие хитрости… Он смешался, умолк. Черево с удовольствием понаблюдал, как жаркая краска всползла и на уши варвара, засмеялся:
– Ты хотел услышать, кого я назову верховным?.. Без всяких хитростей скажу, что это Барвник. А Горасвильд… пока еще ему в подметки не годится, хотя распространяет слухи о чудесах, которые он творил в тех странах, откуда прибыл.
Придон пробормотал, не поднимая глаз от столешницы:
– Я ничего не имею против, если благородный Щажард и маг Барвник присоединятся к нашему столу.
– Правильное решение, – одобрил Черево покровительственно. – Тем более, что у них есть кое-какие соображения…
Он сделал многозначительную паузу. У Придона вырвалось:
– Об Итании? Черево поморщился.
– Не смеши.
Слуга по его кивку отступил, Придон хмуро тянул из кубка прекрасный охлажденный напиток из давленых ягод. Черево молча дожирал отвратительных жареных червей, наконец в комнату вошел однорукий старый маг, все в том же синем халате до полу, хвостатые звезды спереди, сзади и на боках, за ним с достоинством двигался Щажард, медленный, величавый, с задранной кверху головой, что давало ему возможность на всех поглядывать как бы свысока.
Черево повел рукой на стулья напротив, сели так же медленно и с достоинством. Слуга мигом поставил перед ними блюда, кубки, но оба даже не посмотрели в их сторону. Взгляды были на Придоне, и он, чувствуя их на своей коже, стал пить шумно, кубок опустил на стол с грохотом, захохотал, оглядел их наглыми глазами.
– Ну что, куявы?.. Узнали, где остальные части меча? Старый маг ответил спокойно:
– Никто не думал, что ты… вернешься так быстро. Иначе мы, конечно же, поторопились бы. Но кое-что уже знаем.
Черево в удивлении вскинул бровь, а Придон спросил жадно:
– Что?
– Знаем, – ответил маг замедленным голосом, – где искать не надо… Уже это – знание.
– И немалое, – добавил Щажард строго, ибо Придон морщился все сильнее. – Мы сузили район поисков! Но, правда, осталась почти треть Куявии… Плохо то, что меч был сломан в очень уж давние времена. Не осталось ни записей, ни даже достоверных слухов. Даже боги поменялись дважды или трижды…
Старый маг отодвинул кубок, глаза смотрят в пространство.
– Кстати… а что, если спросить у старого бога? Черево икнул и едва не выронил из пасти горсть недожеванных червяков. Щажард зябко передернул плечами.
– Неизреченного?
– Да, – ответил маг. – Неизреченного.
По тому, как на него посмотрели, Придон ощутил дуновение ледяного воздуха. Подобрался, спросил как можно небрежнее, хотя внутри предостерегающе задергались жилки:
– Что за старый?
Щажард посмотрел на мага. Тот постучал кончиками пальцев по столу, звук был сухой и четкий, зачем-то оглянулся на открытое окно. Голос его разом упал до свистящего шепота: