Арпонис
Шрифт:
Надо действовать! Немедленно и решительно! Дрожащими руками Сашка развернул сверток, достал Арпонис и поразился, как в прошлый раз ему удалось разобрать что-то в этом сложном орнаменте, составленном из множества разных фигур. Он постарался успокоиться и спустя несколько минут обнаружил чашу с обвившей ее змеей. Но не был уверен, что разглядит ее еще раз, если отведет взгляд пусть на мгновение.
Он потратил много времени, приучая себя мысленно убирать лишнее, более-менее быстро находя все четыре фигурки, размером не превосходящие отпечаток
Он ожидал, что металл прогнется или еще как-то изменится, но ничего не произошло. Ровным счетом ничего — Арпонис как был, так и остался куском металла. Сашка быстро перенес палец на «снежинку» и надавил на нее — тоже ничего. Он вытер со лба выступивший пот и нащупал «треугольник». Опять ничего. Теряя надежду, Сашка проделал то же самое с «чашей». Глухо!
Сашка повертел Арпонис в руках, разыскивая какие-нибудь скрытые кнопки, но не нашел. Арпонис выглядел изящно выполненным жезлом с отверстием на срезе — только и всего. Никаких кнопок на нем не было. Чего же ему надо, растерянно думал Сашка, предприняв еще одну попытку, не ограничиваясь уже известными фигурками. Однако это тоже ни к чему не привело.
На Сашку навалилось оцепенение, чувство полнейшей беспомощности. Глядя на бесполезный Арпонис, он прошептал: «Как же так?.. Этого не должно быть!.. Почему?». Но в таком состоянии он пребывал недолго. Где-то в стороне раздались голоса, народ уже густо шел в школу. Расслышав их, Сашка пришел в себя.
Пора было идти, не было времени рассиживаться. Он не мог больше торчать здесь, прячась от других и от себя. Пусть он сам не в состоянии ничего сделать, но оставался еще человек, который мог помочь. Следовало немедленно рассказать ему всё, что бы за этим ни последовало.
Сашка сунул Арпонис в рюкзак и выбрался из зарослей. Склонив голову, чтобы не встретиться с кем-нибудь взглядом, он как можно незаметней проскользнул в школу и побежал в учительскую.
— Здравствуйте, Федор Степаныч! — заскочив туда, поприветствовал он Батона. — Пал Палыч уже пришел?
— Здравствуй, Александр, — жизнерадостно поздоровался с ним учитель. — Нет, Пал Палыч еще не приходил. — Батон бросил на Сашку внимательный взгляд, заметил смятение в глазах и прилипшие к одежде кусочки земли, но ничего по этому поводу не сказал. — Ему что-нибудь передать? — спросил он.
Сашка кивнул решительно:
— Да, пожалуйста! Передайте ему, что мне нужно с ним поговорить. И это срочно! — дрогнувшим голосом добавил он.
— А где тебя найти? — деловито спросил учитель.
— Я… — начал Сашка и на мгновение растерялся. — Я буду в классе, — сказал он, закрывая за собой дверь.
Сашка еле заставил себя зайти в класс. Он боялся, что не сдержится и прямо там разревется, увидев пустые места, которые обычно занимали Андрей с Машей. Но первое, что он заметил, была улыбка Игоря, в которой появилось что-то такое, от чего у Сашки в животе возникло нехорошее
— А, Петров! — сощурил Игорь глаза. — Вернулся? А чего один?
Класс напряженно ждал, что ответит Сашка. Видно, Игорь до его прихода успел что-то натрепать.
— Что ты хочешь сказать? — не дойдя до своего ряда, Сашка замер у доски.
— Будто сам не понимаешь, — ухмыльнулся Игорь. — Думаешь, никто не знает, что вы сегодня собирались в некую пещеру?
— Кто «мы»? — без выражения переспросил Сашка.
— Вы втроем. Ты, Стрельцова и Орлов. Кстати, где они? Собачка сожрала?
— Что ты мелешь! — вспыхнул Сашка.
— А, не нравится! — скверно улыбнулся Игорь. — Еще дружок твой идти не хотел… но ты его уговорил. Скажешь, нет?
— Какая собака? — обалдел Сашка.
— Да твоя собака, кто же еще. Та самая, что чуть не сожрала нас, когда мы хотели поиграть вашей моделью, помнишь? Осенью. Я ту зверюгу хорошо запомнил, да и Костик тоже. Скажи, Костик?
Возвышающийся над партой Костик согласно кивнул.
— А то! Как сейчас вижу — стоим мы, мирно беседуем, и вдруг раздался такой свист, что аж скрючило. Видимо, Петров свою собаку позвал.
— Он и позвал! — Игорь, казалось, был страшно доволен собой, вспоминая ту историю. — Кому еще? Испугался, поди. Мы только хотели поиграть, а им жалко стало. А сами отнять побоялись, хоть и двое на двое!
— Вас же трое было, — беспокойно заметил Сашка, упустив из виду, что ни Игорь, ни Костик не поняли тогда, что произошло.
— Двое, двое! — бросил Костик с заднего ряда. — Андрея тоже скрючило от этого свиста, один ты остался на ногах.
— Да не свистел я, откуда ты взял? — возмутился Сашка. — И собака та была не моя!
— То-то ты с нетерпением ждал, когда она к нам подбежит! Все в страхе попадали, один ты стоял!
Не столько Сашке, сколько обратившемуся в слух классу Игорь сказал:
— Народ, не поверите — она ростом с меня!
Сашка растеряно переводил глаза с одного на другого, не зная, что ответить.
— Чистеньким хочешь остаться, — заметил Костик. — И где же твои друзья? В пещере оставил? Урок вот-вот начнется, а их всё нет.
Сашка хотел спросить, с чего им взбрело в голову называть башню пещерой, как вспомнил: тогда, в библиотеке, Андрей произнес «Cave canem». Игорь, видимо, толком не расслышал и подумал, что они говорят о пещере.
— Да засыпало их, поди, — сказал Игорь. — Или на самом деле собака покусала, а этот, — кивнул он на Сашку, — бросил их там.
При этих словах у Сашки сами собой сжались кулаки.
— Не мели чушь, — глухо произнес он. — Не знаешь — не говори.
— А чего ж ты один сюда пришел? — ядовито спросил его Игорь. — Весь измазанный. Выглядишь, будто под обвалом побывал. А где твои друзья — молчишь. Некрасиво, Петров! — Игорь не отрывал взгляд от пламеневшего Сашкиного лица, сгорая от любопытства. — Или ты их на самом деле бросил? — проникновенно спросил он.