Арпонис
Шрифт:
Но все его достижения в спорте, учебе, моделизме перечеркивало то, что никто, никогда, ни разу не поверил в него с самого начала. Никто и никогда не верил ему просто так. Никто, никогда, ни разу не сказал — да, это так, потому что я верю тебе, и мне не нужны доказательства. Его переполняло отчаяние и он замолчал и отвернулся, борясь со стремительно нарастающим ощущением теперь уже окончательного одиночества.
Андрей с силой пнул очередной камушек и, ничего не сказав, ушел
— 12 —
Заходящее солнце еще освещало сторожевые башни, когда, прогрохотав подковами коней по обшитым медью деревянным плахам, конница рысью влетела на мост. Три десятка запыленных всадников рассыпались по двору замка и спешились.
Командир хрипло пролаял приказ, и два солдата бросились к тяжелому вороту, спеша поднять мост, отгораживая замок от внешнего мира. Остальные развернулись в цепь, оттесняя скопище торговцев, крестьян и цирковых артистов, чей караван незадолго до полудня втянулся в крепостные ворота. Выжимаемая с площади толпа зароптала, но разом утихла, распознав на белом плаще одного из всадников горевший золотом герб.
Люди столпились у повозок, с любопытством наблюдая, как его обладатель, крепкий невысокий мужчина, передал поводья подбежавшему солдату и, одернув перевязь, направился к парадному входу. Повинуясь его жесту, командир что-то коротко бросил, и солдаты тут же разомкнули цепь, пропуская человека в плаще под прохладные своды замка.
Дождавшись, пока он скроется за массивными дверями, командир разрешил солдатам расседлать и напоить коней. Сам же каменным изваянием застыл у входа, положив ладонь на рукоять меча.
— Итак, он здесь, — без приветствия, властно произнес человек в плаще, входя в обширную залу, где его уже ожидали. — Мастер, я приказал оцепить замок!
— Императорскому Ментору здравствовать, — склоняясь в поклоне, произнес молодой человек, одетый в легкие штаны и рубаху с открытым воротом. В его глазах, устремленных на гостя, светилась искренняя симпатия.
— Оставьте ваши реверансы для балов, — поморщился вошедший. — В замке мои солдаты, — он вытер пот с изуродованного шрамом морщинистого лица, — еще сотня охраняет стены снаружи…
Гость закашлялся, схватившись рукой за грудь. На безымянном пальце блеснул серебром перстень.
— Проклятая пыль! — прохрипел он. — Сумасшедший год, сумасшедшая жара!
— Год действительно выдался на редкость жарким, — многозначительно произнес молодой человек, сделав знак, чтобы принесли воду и вино. Пока гость умывался с дороги, он налил рубиновую жидкость в два глубоких бокала и пригубил свой.
— Так что именно привело вас сюда? — спокойно спросил он. — Неужели кто-то всерьез полагает, что убийца заинтересуется моей персоной?
— Уже
Хозяин замка устремил на него внимательный взгляд, щеки его порозовели.
— Он здесь, совсем рядом, — подтвердил гость невысказанную мысль. — Вчера подвергся нападению Ментор Эрке.
— Эрке? — хозяин растерялся. — Он жив? — воскликнул он, темнея лицом.
— Старик оказался шустр не по годам, — удовлетворенно кивнул гость. — Он успел нырнуть в оружейную и захлопнуть за собой дверь.
Лицо молодого человека разгладилось.
— Ну, если даже древний Эрке оказался способен противостоять злодею, — лукаво улыбнулся он. — Кстати, кто это — он не разглядел?
— Скорее, что же это, — нервно дернув лицом, произнес гость. — И потому я здесь.
Они обменялись долгим взглядом, без слов понимая друг друга.
— Вот как, — проговорил хозяин. — Тогда это меняет дело!
Поставив бокал на стол, он позвонил в колокольчик.
— Нижний этаж отдайте солдатам Ментора, — приказал он явившемуся на зов дворецкому. — И сообщите на кухню.
— Спасибо, — отказался гость от предложения, — но мои солдаты лучше выполняют служебные обязанности, если им не мешают наслаждаться походными условиями.
— А вы? — спросил его разочарованный хозяин. — Вы-то, надеюсь, принимаете приглашение?
Гость отрицательно качнул головой.
— Такова моя должность, — просто ответил он.
— Черт вас подери, Вайларк! — возмутился молодой человек. — Вы настолько редкий гость, что не можете отказать мне в возможности проявить гостеприимство.
Гость еще раз отрицательно покачал головой.
— После охоты, мой друг. — Он впервые с момента своего появления улыбнулся, и шрам на его лице превратил эту улыбку в жуткую гримасу. — После охоты!
— Что ж, — стараясь скрыть огорчение, произнес хозяин, — такова ваша воля.
Спустя некоторое время он стоял на балконе, наблюдая, как темнота наступающей ночи сгущается внизу, покрывая собой землю, скапливаясь между холмами, скрывая от глаз густой лес. Отсюда, с высоты, не были слышны шаги часовых. Только слабо мерцали высыпавшие на небе первые звезды да играло далеко внизу пламя дежурных костров.
Когда же на востоке зажглась та, которую он ждал, он спустился по лестнице к широкому коридору и мимо выставленного Ментором часового, отдавшего честь, прошел к толстым массивным дверям. Вложив ключ в замок, он с усилием потянул их на себя. Потом снял со стены факел и ступил в открывшийся проем.
Мимо стола, заваленного книгами вперемешку со свитками, он прошагал к большому ларцу и другим ключом, бывшим у него на поясе, открыл его. Внутри лежала книга, в свете факела казавшаяся черной.