Around
Шрифт:
Внутри участка было максимум человек сто, при учете, что это был чуть ли не центр города. На входе его никто не стал задерживать, значит прибытие и вправду было кем-то спровоцировано.
Кабинет начальника полиции был открыт, а внутри, несколько знакомых ему агента о чём-то беседовали с тем, кому принадлежал кабинет.
– …Разумеется, как что-то будет известно, мы вас оповестим! – говорил человек лет сорока, с еле просматриваемыми азиатскими чертами, в выглаженном, и будто с иголочки, костюме тёмно-синего цвета с нашивкой, говорящей
Заметив только прибывшего детектива, стоящего на пороге, он, почти подпрыгнув, встал на ноги.
– Детектив Кантер? – обратился он к нему, выйдя в коридор.
– Верно.
– Давно не виделись, даже не привычно, что ты никак не поменялся.
– А ты до сих пор цветёшь и пахнешь, Кийоши.
– Надеюсь, у тебя сейчас нет завала в агентстве?
– Ничего серьёзного.
– Слава богу, а то у нас тут буря намечается!
– В каком смысле?
– Готов поспорить, что об недавнем убийстве двоих, кстати, недалеко от твоего дома, ты узнал и без моего приложения к письму.
– Неужели там всё насколько плохо?
– Ну, ты то надеюсь нам и скажешь, настолько мы влипли. – он собрался с духом, взяв побольше воздуха в грудь. – Значит так, СОФи напела нам о том, что у тех двоих остановилось сердце, в следствии обширного кровотечения, т.е. лишения головы, а на камерах кибер-девчонка, в не отслеживаемом теле с кучей незарегистрированных улучшений. Покромсала она их знатно, хоть в закрытом гробу хорони теперь. Парней пробили, никаких задолженностей, в городе менее недели, приехали на заработки, а репутация у них была довольно сносной.
– Поехавшая?
– Так же подумали, но вот загвоздка… – они вошли в комнату, по другую сторону от зеркальной поверхности стекла.
Там сидела девушка, лет двадцати пяти, с серыми длинными волосами под чёрной шапкой. На ней был расстёгнутый желтый дождевик с разрезами и отверстиями, под которым виднелась фиолетовая футболка. Левая нога, оголённая от того, что на ней были обрезанные джинсы и виднеющаяся под столом, была искривлена, лишена части внешней оболочки и подёргивалась при малейшем её движении. Лицо с шеей и областью до ключицы, было сделано из искусственной кожи, что делало её не отличимой от обыкновенного человека при подборе закрытой одежды. Вид портила царапина, проходящая на месте ярёмной артерии, которой разумеется там не было. Остальное же тело не старалось быть похожим на настоящее, за исключением формы.
Она была прикована несколькими парами наручников к столу перед ней. Следов беспокойства на её лице не виднелось, она только с волнением всматривалась в зеркальную для неё поверхность. На удивление, её взгляд и вправду выцепил зашедших. Взгляд робо-девушки сосредоточился на Делайне.
– Какого… – Тихо сказал Кантер. – Какого чёрта она меня видит?
– Кхм, позволь продолжить? – окликнул его Кийоши. – Мы поймали её только потому, что она сдалась.
– Серьёзно?.. – недоумевая, он посмотрел
– Верно. Пока в новостях обходимся без конкретики, как ты мог заметить.
– В новостях вообще ни слова о том, что она девушка.
– Кстати об этом… Мы даже не выяснили, андроид она, или же киборг.
– Это шутка какая-то?..
– Вовсе нет. Её тело собрано из запчастей с серого, и предположительно, чёрного рынка. Мы не смогли получить доступ к её портам, потому что он может быть одобрен только ею, а вся её аппаратная часть… – полицейский посмотрел на планшет, который взял со стола рядом. – «…Имеет узлы и комплектующие, не опознаваемые штатными специалистами…»
– Я слыхал о таком…
– Да. Некоторые так делают, чтобы затруднить их определение и то, какие законы на них распространяются, а какие нет. Поверь, это тот ещё геморрой, как говорили когда-то.
– Даже в моей молодости, никто так не говорил.
– Такс, меня интересует, то, на кой чёрт я вам здесь?
– Это ты уже у неё спроси. Она отказывалась с нами говорить. Сказала, что будет говорить только с «Кентербери».
– Господи. Я-то надеялся, что это прозвище никто не вспомнит. – Кантер занёс руку к своему лицу.
– А откуда оно пошло, кстати? Ты мне так и не рассказывал.
– Был случай, когда я ещё в академии выступал. Я тогда был ещё человеком и был пьян, не помню, как, но вышло, что я пьяный с песней, которой полтора столетия, выступил лучше, чем все остальные парни. Я вроде спел её, коверкая одно слово и после этого кто-то стал меня так называть. Это прозвище приклеилось ко мне как девчонка на своего кумира, и так не отлипает спустя почти шестьдесят лет.
– Даже догадываюсь, что это за песня была. Зная тебя, выбор не столь велик.
– А, ну, цыц! – пригрозил он ему кулаком.
– Ну, раз она знает твоё прозвище, мы решили, что у неё с тобой какие-то связи, возможно, что вы даже уже встречались раньше, но…
– Дохлый номер.
– Надо было попытаться. – повесив нос, начальник опустил плечи. – Помимо того, что она тебя вызвала, у нас нет людей, способных с ней потягаться. У нас на весь штат двенадцать киборгов, и те не носят оружия при себе и имеют тела, по силе не многим превышающим человеческую.
– Знаю и без тебя. Первую волну делали на совесть, как демонстрацию возможностей кибертел, да так и оставили, решили вводить лимиты только после случая со второй.
– Про того поехавшего после операции?
– Именно.
– Мне самому неприятно думать о том, что у кого-то, кто может сжать мою шею одной левой, шарики за ролики покатятся. – подумав над сказанным, он посмотрел на своего товарища. – Без обид…
– Не волнуйся, у нас всех есть пункт на счёт еженедельной проверки психоэмоционального состояния.
– Точно-точно, вылетело из головы. А теперь, касательно нашей гостьи… Нам, поручили то, чтобы мы передали её тебе.
– В каком смысле?