Армаген
Шрифт:
Сегодня собрались самые лучшие жемчужины Фахрима — красивейшие и опытнейшие жрицы любви. Когда до развлечений дойдет очередь простых солдат, от всего великолепия не останется и следа. Рядовые вояки бедны и вряд ли могут рассчитывать на нечто большее, нежели выдохшееся пиво и карлицы с небритыми ногами.
С трудом протиснувшись сквозь толпу потных полуголых тел, Армаген вошел в кабинет хозяина. Фахрим покуривал трубку и сортировал на столе монеты — сплошь золото, никакого серебра и уж тем более медяков.
— О, добрый друг пожаловал! Сперва
— Обстоятельства, — холодно ответил эльф. — Ты знаешь, зачем я пришел.
— За Аней?
Целитель вздрогнул. Так вот как зовут его таинственную бестию.
— Да. Где она?
— Извини, дорогой. Комендант забрал ее себе, — будничным тоном ответил Фахрим, не отводя взгляда от блестящих целковых.
Пудовые кулаки эльфа обрушились на стол. Сложенные в аккуратные башенки монетки звякнули и раскатились по лакированному дереву.
— Ты обещал!
— Извини, — сутенер пожал плечами. — Если б я отказал, лорд Растэн прогнал бы меня прочь. Я не могу терять клиентов и деньги!
Целитель скрипнул зубами. Ему пришлось приложить все усилия, дабы они не превратились в клыки.
— Если девушку хоть пальцем тронули — молись, чтобы наши пути никогда не пересекались.
— Боюсь, трогали ее не только пальцем, — будто невзначай буркнул Фахрим.
Едва покинув шатер, Армаген вернулся к гномам и тщательно вымыл левую руку. Куски мяса и кожи плотно въелись под ногти, пришлось использовать магию гигиены, дабы вычистить грязь. Крики пьяных солдат и стоны блудниц заглушили звук разрываемой плоти и хруст позвонков. Целитель одним ударом оторвал ублюдку голову и был сим деянием категорически доволен. В любом случае, путь в Эленор вампиру заказан, так что можно не сдерживать гнев зверя. Главное, чтобы обошлось без свидетелей.
Армаген понимал, что действовать придется очень быстро. Когда труп обнаружат — поднимут тревогу по всему Харласку. К тому времени эльф и девушка должны уйти как можно глубже в Пустоши.
Ни подкупы, ни убеждения не помогли преодолеть первый же кордон — в форт целителя пускать отказались наотрез. Мол, не положено, не по уставу. Плюнув на стражников у ворот, Армаген обогнул крепость и взобрался на западную стену.
Действовать в едва зачинавшихся сумерках было крайне рискованно, однако ждать волшебник не мог. Сама мысль о том, что его прекрасное творение лапает зажравшийся военачальник пробуждала такой гнев, что затмевала жажду мести за дроу.
К счастью, вампир попал на пересмену — дневной дозор уже покинул стену, а ночной еще не успел выйти на дежурство.
С высоты сторожевой башни форт открылся как на ладони. В центре стояло, окруженное солдатскими бараками, трехэтажное здание с красной крышей. Из окон первого этажа доносились приглушенные разговоры и бряцанье посуды — там располагалась столовая. На втором ярусе царила тишина, свет нигде не горел. Там, скорее всего, жили офицеры, в настоящий момент отдыхающие в борделе.
Вычислить покои коменданта оказалось
Царапая толстые каменные блоки, Армаген подобно пауку пополз к цели. Сумерки сгустились, скоро ночь вступит в полноценные права. Заметить серую тень на сером же камне — дело крайне сложное. Да и во внутреннем дворе никто не бродил, за исключением троих патрульных. Но эти ребята и в жизнь не догадаются искать врага на уровне третьего этажа.
Вампир заглянул в покои. Комендант — толстый мужчина средних лет в роскошной мантии с меховым воротником, сидел к окну спиной. Иначе бы он точно получил инфаркт, узрев злобную морду чудовища с растрепанными волосами, пылающими яростью глазками и огромными рогами.
А вот Аня, танцевавшая нагишом перед этой заплывшей жиром свиньей, увидела. Нет, она не испугалась — ночной облик Армагена был ей знаком. Просто замерла, уставившись за спину зрителя.
Пока толстяк поворачивал бычью шею, эльф успел метнуть в него заклинание усыпления. Фиолетовое облачко сорвалось с кончика скипетра и окутало голову военного. Тот моментально обмяк, выронив из рук золотой кубок и куриную ножку.
Армаген указал когтистым пальцем на раму. Девушка понимающе кивнула и открыла настежь окно. Вампир перекинулся через подоконник и рухнул на мягкий ворсистый ковер. Рыжая отступила на шаг, прикрыв тонкими ручонками свои прелести.
— Привет, — испуганно произнесла она. — Рад тебя смотреть. Ты хорошо?
Похоже, за время странствия в караване Аня подучила язык. Говорила с дичайшим акцентом, путая падежи и ударения, но теперь, по крайней мере, Армаген понимал, о чем идет речь.
— Плохо. Собирайся, нужно бежать отсюда.
— Одежда нет. Платья забрать, белье отнять, — девушка говорила очень медленно, постоянно морща лобик и устремляя взор в потолок. Она с трудом запоминала незнакомую речь, приходилось напрягать память, дабы отыскать нужные слова.
Вампир заметил большой сундук, стоящий рядом с тлеющим камином. Внутри валялся целый ворох каких-то тряпок, под которыми покоились доспехи — давно нечищеные и явно не подходящие коменданту по размеру.
Вытащив одежки, Армаген разложил их на полу и осмотрел. В тот момент раздался стук в дверь и приглушенный голос:
— Господин, я принес вино и теплое масло, как вы и просили.
Короткий взмах скипетра, и за дверью слышится грохот и звон посуды.
— Черт, здесь нет ничего подходящего, — прошипел вампир.
Единственное, что хоть как-то подходило девушке, было исподнее. Да то, если Аню замотать в него дважды, иначе будет великовато. Но не облачать же красавицу в трусы этой потной свиньи?
Осмотревшись, Армаген заметил роскошный красный плащ, висящий на гвоздике у двери. Укутав в него спутницу и подпоясав найденным в сундуке кушаком, вампир схватил невесомое тельце и шагнул к окну.