Армада Вторжения
Шрифт:
Адмирал Крайтон вошел в ближний круг президента Рутковски совсем недавно, и до последнего времени он не вполне понимал причину этого неожиданного приближения к вершине власти. Однако после того, как он получил доступ к материалам проекта «Озирис», ему многое стало ясно.
Президент заранее готовил для себя и правящей верхушки Федерации путь спасения на случай поражения в войне с Роем. Готовил давно. Собственно, начали этот проект ещё его предшественники, но в те времена противник вел себя сравнительно пассивно, и никаких признаков близкой катастрофы не наблюдалось. Поэтому работы по проекту
И вот совсем недавно Крайтон узнал, что вместе с семьей включен в список избранных. Генерал Хаген, сообщивший ему эту новость, пытался залить адмиралу в уши много пафосных слов из серии «лучших представителей человечества» и «людей, которые возродят погибшую цивилизацию», а также кучу прочего высокопарного бреда, придуманного исключительно для оправдания собственного трусливого бегства.
Всё это Крайтон отлично понимал, но возражать и, тем более, отказываться от полученного предложения не стал. Он элементарно хотел сохранить свою жизнь и жизни близких, а остальное имело для него второстепенное значение. Понял Крайтон и то, зачем президенту понадобился адмирал, далеко не самого высокого происхождения. Рутковски всегда был реалистом. Достроенное за последний год убежище находилось очень далеко. Лететь туда предстояло долго, да и обстоятельства, в которых кораблям «избранных» придется покидать центральные миры Федерации, могли оказаться очень непростыми. Президенту требовался опытный командующий, который найдет выход из любой сложной ситуации и сможет провести эскадру к их новому дому.
И вот теперь адмирал получил срочный вызов на закрытое совещание в антарктическую резиденцию главы Федерации. В рабочем кабинете Рутковски собралось всего восемь человек, из которых Крайтон лично знал только главнокомандующего наземными силами маршала Шагр и на, главу СБ генерала Хагена и самого президента. Лица и имена остальных участников встречи тоже были ему хорошо известны, но личной встречи с ними он удостоился впервые. А вот главнокомандующего флотом Федерации на совещании не оказалось, и это Крайтона несколько удивило. Впрочем, он почти сразу пришел к выводу, что, судя по всему, недавно назначенный на эту должность адмирал Соколов в круг «избранных» не попал. В ином случае вместо Крайтона в этом кабинете сейчас находился бы он.
— Итак, господа, — перешел к главному вопросу Рутковски. — Я собрал вас, чтобы принять окончательное решение по проекту «Озирис». Ситуацию вы знаете. Практически весь наш флот стянут в Солнечную систему. Линкор Роя сейчас проводит короткие рейдовые операции, больше всего напоминающие акции устрашения, но на генеральное сражение пока не решается. Скорее всего он ждет подхода остальных кораблей своего флота. Я хочу услышать ваше мнение, сможем ли мы отстоять Землю. Адмирал Крайтон, вам слово.
Крайтон знал, что этот вопрос будет ему задан, и готовил ответ заранее.
— По моим данным, которые могут быть
— И насколько велик этот шанс? — от сверлящего мозг взгляда Рутковски Крайтону стало изрядно не по себе.
— Около сорока процентов, господин президент, — честно ответил адмирал. — И это при условии, что текущее соотношение сил не изменится.
— Ваше мнение, маршал, — потребовал президент, переведя взгляд на Шагрина.
— Согласен с адмиралом, — коротко кивнул главнокомандующий наземными силами. — От себя могу добавить, что при такой численности и огневой мощи атакующих, противоорбитальная оборона Земли и других планет Солнечной системы не сможет оказать нашим кораблям существенную поддержку. Если флот потерпит поражение в космосе, Рой подавит её менее чем за сутки.
— У атакованных Роем планет не было на орбитах сети ракетно-артиллерийских мониторов, — возразил министр военной промышленности, чье министерство в свое время пролоббировало этот сомнительный, на взгляд Крайтона, проект.
— Мониторы ни разу не бывали в реальном бою, и их эффективность вызывает вопросы, — жестко ответил Шагрин. — Я бы не рассчитывал, что этот фактор может существенно изменить ход сражения. Подарить нам несколько дополнительных часов жизни — возможно. А остановить корабли Роя — однозначно нет.
— Мне кажется, мы обсуждаем не совсем то, что следовало бы, — негромко произнес генерал Хаген. — Поражение флота — это в любом случае смерть для всех нас. Даже если Рой не сможет преодолеть противоорбитальную оборону сразу, он сделает это через неделю или через месяц. Если враг построил один линкор, он построит и второй, а вот мы восстановить потерянный флот будем уже не в состоянии. Адмирал Крайтон, вы ведь сказали, что наши шансы сорок из ста, да и то если к Рою в ближайшее время не подойдет подкрепление, не так ли?
— Да, господин генерал. Вы всё правильно поняли.
— Скажите, адмирал, сколько и каких кораблей Роя в среднем прибывает в пространство Федерации каждые сутки?
— Настолько точными данными разведка флота не располагает, но примерно два-три легких крейсера и пять-семь эсминцев.
— То есть наши шансы на победу существенно снижаются каждый день?
— Именно так, подтвердил Крайтон.
— А еще с каждым днем нам будет всё труднее покинуть пространство Федерации, — добавил Шагрин. — Нужно либо решаться прямо сейчас, либо за нас всё решит Рой.
В кабинете установилась вязкая напряженная тишина. Все участники совещания прекрасно понимали, за кем будет последнее слово, и их взгляды скрестились на главе Федерации.
— Адмирал Крайтон, принимайте командование эскадрой проекта «Озирис», — поставил точку в обсуждении Рутковски. — Мы вылетаем ровно через сутки. Для Штаба флота и всех остальных служб наша эскадра — особый отряд, действующий под эгидой СБ. Официальная цель рейда — восстановление сети стационарных сканеров и доразведка противостоящих нам сил противника. Генерал Хаген, сколько созданная вами система прикрытия сможет поддерживать иллюзию, что мы всё еще находимся на Земле?