Аркан
Шрифт:
– А как же Светка? – осуждающе буркнул Виктор Петрович.
– Тут, я думаю, особый случай, – рассуждал Аркадий Михалыч. – Она им чем-то мешала. Не водку паленую продавать, конечно… Но интерес явный.
– Покопал я в эту сторону, – вмешался в разговор Арик. – И нашел, что наш Эдуард – ярый поклонник воднолыжного спорта, причем не столько в нашей стране, сколько в Европе. Хотя, и в Дубну наведывается. Он вице-президент спортивного клуба в Римини и устроитель многих показательных выступлений и турниров воднолыжников.
– Зачем ему это? – удивился этнограф.
– Думаю, так он отмывает деньги, –
– Да, я помню фото в Интернете с подобных выступлений, – поддакнул Михалыч. – Тысячи машин на стоянках у водных стадионов. Как на футбольных матчах…
– Так чем же не угодила наша Светлана? – негодовал голос Виктора Петровича. – Выступала бы тоже.
– Смотреть выступления дворовой команды придут только родственники, – грустно ответил Арик. – Чтобы продать дорогие билеты, нужны громкие имена. Чемпионские титулы. Думаю, Эдуард работает по одной схеме и со спортсменами, и с алкоголем. Только в России ему никто не мешает продавать паленый Чинзано или Кьянти, а в Европе за подделку сразу посадят за решетку.
– Ну, и… – недоумевал этнограф.
– Конечно, ему хотелось бы соблазнить восходящую звезду, чтобы она выступала в его шоу, но Светка была очень близка со своим тренером, они были просто фанатами. Очевидно, договориться с Галиной Георгиевной продать талантливую девочку, чтобы выжать из нее все соки на показательных, а потом выбросить, Эдуарду не удалось. Не думаю, что он способен, как Галина, брать девчонок из садика и десять лет вести к чемпионскому титулу… У нас в спортивных комитетах это понимают, и просто так заслуженных тренеров никому не дают.
– И этот гад убрал конкурентку, – закончил мысль Петрович. – У второй Светланы ведь свой клуб в Италии… Хотя, вполне заслуженно – она стала чемпионкой мира.
– Ты не учитываешь один важный момент, – возразил Аркадий.
– Какой? – настороженный голос Аркадия Михалыча зазвенел от напряжения.
– Дельфинчик стала на голову выше своей титулованной соперницы еще в семнадцать лет. За последний год своей короткой жизни Светланка побила столько рекордов во взрослой лиге, что большинство обозревателей воднолыжного спорта пророчили ей самые высокие титулы. Игорь Володин это не только понимал, но и боялся. Победа Дельфинчика на том чемпионате стала бы началом триумфа Володиной и всех ее девочек. Последующие лет десять они никому не дали ли бы шанса. В то время Володины уже развелись, и Галина показала бы всем, кто лучший тренер. Это означало бы, что и деньги, и слава, и поездки, и титулы – все перешло бы к ней. Кстати, тогда у Светланки уже был очень богатый спонсор. Некий австриец по фамилии Вайс на свои средства построил воднолыжную базу в Москве и пригласил Светланку и Володину, как ее тренера,
– Теперь у тебя весь пазл сложился? – осторожно спросил голос Михалыча.
– Да, все сходится, – грустно вздохнул Аркадий. – Володин был единственным, кто мог пойти на убийство. Соперники всегда есть и всегда завидуют, но забрать жизнь семнадцатилетней девчонки мог только тот, кто потерял бы все в случае ее победы. Очевидно, он сговорился с Милославским, что, если убрать с пути Дельфинчика, вторая Светлана становится чемпионкой и будет работать на Эдуарда. Последние четыре года так все и происходит.
– Но был же убийца, – осторожно вставил свое слово этнограф.
– Был, – со злобой прошептал Аркан. – Только сам-то он никогда бы не смог руку поднять на Светланку. Я ж его видел! Не в себе он тогда был. Не в себе. Он же мне и указал на те серые глаза в толпе. На того, кто его заставил и держал на расстоянии. Не знаю, как он это делал, но это был именно он. Я эти глаза видел.
– А как же следствие? – не сдавался голос Виктора Петровича.
– Вывод следака был тривиальным, – хлопнул себя по коленке Аркан. – Убийца был ревнивым любовником Петровой… Каково, а? Да она девственницей была! Любовник… Могли бы вскрытие сделать, но не захотели. Им и так все было ясно.
– Значит, три мужика убили семнадцатилетнюю девчонку? – не выдержал голос Михалыча.
– Да, – печально согласился Аркан. – Володин был заказчиком, Рязанов нашел внушаемого исполнителя и руководил им, а Милославский финансировал.
– Опять все из-за денег? – переспросил этнограф.
– Эдуард построил машину, – подытожил Арик. – В одной стране грязные рубли на подделке, в другой чистые евро на развлечении. Такой насос… Все, кто мешает каким-либо образом, поручаются Рязанову. Кстати, у этого психолога еще есть магический салон.
– Латает дыры в ауре и отрубает энергетические хвосты пациентам? – хихикнул голос Аркадия Петровича.
– Не только, – вдруг жестко ответил Аркан. – Я нашел в служебной карточке Рязанова номер его личного телефона. С точки зрения технаря, наш психолог просто лох. У него безлимитный тариф, так что он не замечает, что я пишу все его разговоры, читаю сообщения и знаю наизусть контакты. Кстати, один номерок с кодом подмосковной Дубны, и принадлежит он руководителю воднолыжного клуба Володину. О чем они говорят, не знаю, нужно время, чтобы писать все разговоры.
Еще мне удалось незаметно от психолога поснимать камерой его сотового телефона. Хакерская программа позволяет это делать абсолютно незаметно для хозяина – без всяких сопровождающих эффектов, когда он снимает сам. Любопытный тип, доложу вам, коллеги. Похоже, «бадяжит» с благовониями, подмешивая туда какой-то наркотик, и пациенты рассказывают ему всю подноготную без магии и колдовства.
– Сейчас ты скажешь, – усмехнулся голос Аркадия Петровича, – что пациенты у него непростые.
– В точку! – Арик положил в пепельницу окурок. – По именам, фотографиям и номерам телефонов из контактов психолога я нашел в Интернете его клиентов. В основном, это жены богатых бизнесменов, за которыми охотятся папарацци и о которых пишут в желтой прессе. На сеансах у популярного целителя в магическом салоне они очень разговорчивы.