Аркаимский колдун
Шрифт:
– Ничем вас, вижу, не пронять! – кивнул он. – Коли решили накрепко о союзе сем, так уж не обессудьте. Судьбу прежнюю ныне забираю у вас навеки и обратно более не верну. Не будет у вас более своих судеб, а станет одна на двоих. Поднимите руки!
Жених и невеста с готовностью вскинули кулаки с оттопыренными мизинцами, волхв тут же накрепко смотал их тонкой шерстяной ниткой:
– Как нить эта одна на двоих вам даруется, так и судьба отныне одна на двоих будет. И сколь долго нить целой останется, столько и судьбе вашей общей прочною оставаться, столь же долго в любви и согласии вам жить. Ступайте отсель,
Андрей и Катя, уже прочно связанные, в третий раз обошли куст вербы, после чего попали в окружение неоязычников.
– Ай, влипла девка красная! – выкрикнула какая-то из женщин. – Переделают на бабу и «спасибо» не скажут!
– Молодая, не боись! То не железный гвоздь, не проткнет насквозь! – отозвалась другая.
– Лед трещит, вода сочится, девка в бабы не годится!
С такими шутками и прибаутками участники общины проводили молодых обратно на холм, к просторной парусиновой палатке, вокруг которой были разложены полотенца с угощениями. Однако жениху с невестой за столом места не полагалось. Их сразу отправили в палатку, в которой от края и до края, поверх толстого слоя сена, была расстелена большая простыня.
– Снопов, увы, в наше время не особенно и найдешь, – растянулся во весь рост Андрей. – Пришлось косить что есть.
– Осторожно, нитка! – испуганно воскликнула Катя, падая следом.
– Шла уточка по проулочку, налетел сокол, растрепал хохол! – отозвались снаружи. – Держись, Волхв, не ударь лицом! Покажи удаль молодецкую!
– Давай, наливай! – ответили говорившему. – Выпьем за крепость мужскую да сладость девичью! Молодые спать пошли. Богам помолилися, чтобы пуще в одеяле ноги шевелилися!
– Порвешь нитку, – шепотом предупредила девушка. – Плохая примета.
– По примете, она не должна порваться, пока мы брачную ночь не начнем, – так же тихо ответил Андрей. – А мы как бы уже давно… В общем, с этой приметой запоздали.
– А давай не будем рисковать? – предложила Катя. – Мало ли чего?
Андрей пожал плечами:
– Пусть будет.
Девушка вытянулась рядом. Помолчала, с улыбкой глядя на жениха.
– Все время хотела спросить. А что было бы, коли бы ты не меня, а какую-нибудь другую лебедушку во время жмурок поймал?
– Теоретически? Вообще, кого поймал да поцеловал, на той и жениться обязан, – ответил молодой человек. – Но по жизни, коли лоханулся и вместо своей невесты ухитрился другую девку хапнуть, жених договориться пытается. Иногда парень сам от постылой избранницы откупается, иногда невеста его выкупает, иногда… Иногда же и вовсе весело бывает…
Андрей наклонился вперед и поцеловал Катю. Девушка откинулась на спину, чародей поцеловал ее снова.
– Кажись, начались шевеления, наконец-то! – тут же услышали за тонкой стеной палатки. – Давай, Волхв, не посрами корень русский! Докажи, что ты мужик настоящий!
Андрей покачал головой. Потом стиснул зубы и сделал через них несколько резких выдохов.
– Ага, началось! – встрепенулись снаружи. – Наливай, мужики! За Андрюху по полной!
– Скачет соболь за куницей, вереницей, вереницей, как нагнал, как нагнал, разом под себя подмял! – поддержали женские
– Они так и будут все слышать? – шепотом спросила Катя.
– А кто сказал, что будет легко?
Девушка оскалилась и вдруг громко, с пристанываниями, задышала, царапнула пальцами ткань, перешла на истошный протяжный визг – и тут же сорвалась в бесшумный хохот.
– Девку парили, парили, веником ударили! – отозвались снаружи. – Баня, баня пораспарит, женишок тебя наярит!
– Не отпускай ее, Андрюха! Крепче наяривай, крепче! Глубже борозду веди!
– Придется терпеть до темноты, – тихо предупредил Андрей. – Подожди, у меня тут в углу заначка оставлена.
Он попытался отодвинуться, но Катя завела пальцы между его пальцами, крепко сжала, удерживая рядом.
– Ты чего?
– Нитка тонкая. Порвется, – предупредила она. – Я не суеверна, Андрей. Но судьбою нашей рисковать не хочу.
– Суеверные супруги должны были бы провести первую брачную ночь, сохранив нитку целой до самого конца, – придвинулся обратно к избраннице чародей. – И тогда считалось бы, что нить связующая, наложенная у ракитова куста, перешла в связь телесную. Такой вот хитрый обряд.
– А ты бы смог сделать все это… не разорвав? – прошептала в самое лицо девушка.
– Не знаю… Ни разу не пробовал… – ответил самым ее глазам Андрей.
– Ой, недолго в бане парилась девица-красавица, – уже вполне пьяными голосами пели женщины за тонкой капроновой стеной. – Смыла пыль с себя дорожную, пот усталый с себя спарила, да и смыла с добрым молодцем с себя волю всю девичию-ю-ю…
Нитка порвалась незадолго до сумерек – что означало по всем приметам любовь и согласие не только в этой жизни, но еще и на две реинкарнации вперед.
Только после этого чародей наконец-то добрался до угла палатки и вернулся с бутылкой красного вина, пробка из которой уже наполовину торчала из горлышка.
– Из горла? – вскинула брови Катя.
– И так сойдет, – выдернул пробку молодой человек и обильно полил простыню.
– Куда-куда!!! – перехватила бутылку девушка. – Хватит продукт переводить! А то подумают, что ты меня зарезал, а не девственности лишил! – Она посмотрела на этикетку: – Крымское? Тогда за нас, муж мой ракитовый! Вот уж никогда не думала, что венчаться вокруг вербы доведется, да при том еще и самой счастливой в мире себя ощущать! В сети подружкам написать, так ведь не поверят!
Она сделала несколько глотков, протянула вино Андрею.
– За нас, любимая! – Он чуть глотнул и вернул бутылку. – Не спеши. Пусть из новостей о тебе узнают.
– Из каких? Тех, где меня министром образования назначают, али из манифеста о возрождении монархии?
– Как повезет, – пожал плечами колдун.
– Скажи, Андрей, почему у тебя никогда не было девушки? – Катя отпила из горла пару глотков.
– Почему ты так решила?
– Не будь таким наивным, – рассмеялась языческая супруга, протягивая бутылку. – В доме из еды только сосиски и персики, никакой посуды, нигде ни волоска длинного, ни заколки забытой, ни расчески, ни упаковки пластиковой из-под предметов нужных. Так не бывает. Гостьи моего пола хоть какой-то след, но всегда оставят. Не на полке в ванной, так в мусорке. И вспомни, как вся община изумилась, когда прослышала, что ты с девушкой у Матвеича появился.