Аристотель
Шрифт:
Из естественных тел одни наделены жизнью, другие – нет. Жизнью мы называем всякое питание, рост и упадок тела, имеющие основание в нем самом. Таким образом, всякое естественное тело, причастное жизни, есть сущность, притом сущность составная.
Но хотя оно есть такое тело, то есть наделенное жизнью, оно не может быть душой. Ведь тело не есть нечто принадлежащее субстрату, а скорее само есть субстрат и материя. Таким образом, душа необходимо есть сущность в смысле формы естественного тела, обладающего в возможности жизнью. Сущность же [как форма] есть энтелехия; стало быть, душа есть энтелехия такого тела.
8
Перевод П. Попова.
Что причины существуют и что их столько по числу, сколько мы указали, – это очевидно, ибо такое же число включает вопрос «почему?». А именно: последнее «почему» приводит или к [определению] «что именно есть» в [вещах] неподвижных (например, в математике в последнем итоге дело сводится к определению или прямой, или соизмеримого, или чего-нибудь иного), или к тому, что первое вызвало движение (например: «почему воевали?», «потому что ограбили»), или к «чего ради» («чтобы властвовать»), или к материи, в вещах возникающих.
Итак, что причины именно таковы и их столько – это ясно, и, так как их четыре, физику надлежит знать обо всех, и, сводя вопрос «почему?» к каждой из них: к материи, форме, движущему и к «ради чего», – он ответит как физик [9] .
…Если движение вечно, будет вечен и первый двигатель, если он один; если же их много, будут вечными многие. Но, скорее, следует признавать одного, чем многих, и в ограниченном количестве, чем в безграничном. Ибо если результат получается один и тот же, всегда следует предпочитать ограниченное количество, так как природным [вещам] должно быть присуще скорое ограниченное и лучшее, если это возможно. Но достаточно и одного [двигателя], который, будучи первым среди неподвижных и существуя вечно, будет началом движения для всего прочего.
9
Здесь и далее «Физика» цитируется в переводе В. Карпова.
Аристотель писал и думал столь оригинально о таком количестве разных вещей, что иногда явно был неправ.
У кого края ноздрей толстые – добродушны; это соотносится с волом. У кого края ноздрей тонкие – очень горячи по характеру; это соотносится с собаками. У кого края ноздрей круглые и тупые – велики душой; это можно сравнивать со львами. У кого конец носа худой (у востроносых), те подобны птицам. У кого конец носа толстый – те тупые; это соотносится со свиньей. У кого горбатый нос начинается сразу от лба – те бесстыжи; это соотносится с воронами [10] .
10
Перевод А. Лосева.
Аристотель многое сделал для становления научного исследования и категоризации. Его достижения поразительны,
Говорят, что в Аравии есть разновидность гиены, которая вводит свою жертву в оцепенение одним только своим присутствием. Если эта гиена войдет в тень человека, он не только встанет как вкопанный, но и совершенно онемеет… На Эвбее есть две реки. Скот, который пьет из первой, что зовется Керба, становится белым, а тот, что пьет из второй, чье название – Нелея, становится черным… Река Рейн течет не в ту сторону, что и все реки, а на север, где живут германцы. Летом ее воды судоходны, но зимой они покрываются льдом, и люди могут ходить по ней как по суше.
Столетиями многие из философских идей Аристотеля считались священными. Его истины признавались вечными, и никто не мог их оспорить. Однако развитие современной философии постепенно привело к отказу от аристотелизма. Самое важное создание Стагирита – логика – казалось бессмертным. Но явился Ницше, и даже логика была поставлена под сомнение.
Мы не можем одно и то же и утверждать и отрицать: это субъективный, опытный факт, в нем выражается не «необходимость», но лишь наша неспособность.
Если, по Аристотелю, закон противоречия есть несомненнейший из законов, если он последнее и глубочайшее положение, к которому сводятся все доказательства, если в нем кроется принцип всех других аксиом – тем строже должны мы взвесить, какие утверждения он в сущности уже предполагает. Или в нем утверждается нечто, касающееся действительности сущего, как будто это уже известно из какого-нибудь другого источника, а именно что сущему не могут быть приписываемы противоположные предикаты. Или же закон этот хочет сказать, что сущему не следует приписывать противоположных предикатов. Тогда логика была бы императивом, но не к познанию истинного, а к положению и обработке некоего мира, который должен считаться для нас истинным.
Короче говоря, вопрос остается для нас открытым: адекватны ли логические аксиомы действительному или они лишь масштабы и средства для того, чтобы мы могли сперва создать себе действительное, понятие «действительности»? Но, чтобы иметь возможность утверждать первое, нужно было бы, как сказано, уже знать сущее; что решительно не имеет места. Это положение содержит в себе, следовательно, не критерий истины, но императив о том, что должно считаться истинным [11] .
11
Перевод Е. Герцык.
Так логика становится моралью нашего восприятия мира и подхода к нему – этикой нашей эпистемологии. Отказ от «это неправильно» не в фактологическом, а в нравственном смысле. Наше понимание истины – в области логики, науки, религии, общественной деятельности – остается в этой же категории. Это системы, в которых мы живем, которыми мы пользуемся и которые нам полезны. Они основаны не на том, что происходит на самом деле, а на том, что нам выгодно и что вписывается в наше мировосприятие.
Ключевые даты в истории философии
VI в. до н. э. Начало западной философии: Фалес Милетский.
Конец VI в. до н. э. Смерть Пифагора.
399 г. до н. э. Сократ приговорен к смерти в Афинах.
Около 387 г. до н. э. Платон основывает в Афинах Академию – первый университет.
335 г. до н. э. Аристотель основывает в Афинах Ликей – школу, соперничающую с Академией.
324 г. Император Константин переносит столицу Римской империи в Византий.
400 г. Блаженный Августин пишет свою «Исповедь».