Аримт

Никто

– А какая именно они используют Ихву? Сам процесс?

– Мастера могут направлять энергию на изменения материальных предметов. Для самых сильных из них создать крепость за пару дней не проблема, а обыденность. Именно такие люди являются самыми ценными в стране. Потеря одного из них иногда даже хуже, чем потеря армии. Особых талантов красной Ихвы нет, у каждого мастера свой неповторимый стиль. Но особенно выделяются Морвенские гении, их воздушные города по-настоящему прекрасны. Смотри!

Видимо Салему уже очень сильно понравилась архитектура этого континента, раз

он создал картину одного из городов. Передо мной зависло яркое изображение города, который больше был похож на пчелиный улей, но что удивляло еще сильнее, так это его расположение. Всё постройки, соединенные тонкими линиями мостов, висели в воздухе. Казалось, что лёгкая дымка и есть опора этого города. Действительно, удивительное зрелище. Даже в самых смелый мечтах не смог бы представить такое.

– Понравилось?
– улыбнулся мой учитель.

– Да, красиво. А есть ещё какие-то цвета Ихвы? Или их так мало?

– Основных три, но совмещенных оттенков столько же, сколько и Филатов, а про Одарённых я вообще молчу.

– В смысле совмещенных?

– Ну, конечно, я же забыл с кем говорю. Если взять две такие штучки, - в руках мастера появился синий и черный квадрат, - и сложить, то получится что-то новое, - две фигуры из энергии превратились в маленькую фигурку полосатой лошади, полосы были черные и светло голубые, а все её тело синее.

– Спасибо за урок лепки, а как обычные Филаты могут совмещать цвета?

– Ого, даже хороший вопрос! Тут варианта два: либо специальный и довольно редкий артефакт, либо врожденная способность. Бывают Филаты, чей организм вырабатывает два типа энергии, но такое встречается еще реже, чем Одарённые. Ладно, на самом деле есть ещё и третий вариант - подселение демона. Получается что-то наподобие слабого Одаренного или очень сильного Филата с двумя типами Ихвы.

– Прям демон в человеке? А как подсаживают?

– Тебе это точно знать не нужно. Запомни, если встретишь такого воина, то беги как можно дальше. Шансов против него у тебя сейчас нет.

– Ты прям восхищаешься ими, а как же твое любимое? Если не сможешь победить, то хоть сдохни с честью!

– Идиот, я повторил один раз, второго не будет. Или ты просрать свою жизнь и стать одним из многих пленников демона? Вечные страдания хочешь? Ну, тогда можешь обниматься с такими уродами!
– лицо всегда спокойного Салема преобразилось в маску ярости.

– Я понял, понял. Можно последний вопрос?

– Валяй.

– Как уйти отсюда?

– Из Истока? Тебе нужно победить самого себя.

– Нет, обратно в мой мир.

– Не знаю, ты первый такой… Все, урок закончен!
– учитель встал и направился к одной из дверей.

– Салем! Стой, а можешь…

– Опять? Ладно, держи! Мне понравились твои вопросы, - сказал мой собеседник и кинул мне маленький кожаный футляр.

Я улыбнулся, а учитель зашел в ближайший дверной проем. В моей ладони лежала новая пачка сигарет. Да, не такие, в Москве, но все-таки сигареты! Однажды, после вопроса: почему ты такой тупой? Я описал проблему, а на следующую тренировку Салем принес пачку. Оказывается, он прекрасно

владеет всем спектром Ихвы и теперь я знаю, откуда у него появились заветные трубочки. Я даже как-то лучше начал к нему относиться, хоть Салем и не самый приятный человек.

Очередная дверь впустила меня в очень странную комнату, полную факелов, свечей, вообщем, всего, что горит. Не то чтобы, я фанат горящих предметов, но только в ней я могу закурить, зажигалками в Истоке никто не пользуется, а сам огонь добыть я не могу. Поэтому каждый раз приходиться курить в импровизированном аду. А что? Температура и антураж подходящий, только котлов нет.

В таком темпе я жил черт знает сколько. Тренировка, потом лекция, потом тренировка. Салем рассказал, что каждый Одаренный уникален. Например, он может менять структуру Ихвы и именно из-за этого так хорошо работает с разными типами энергии. Я же могу получать память и умения человека, если высасываю его энергию. Вообще, высасывание это не такой уж уникальный талант. Мой учитель мог назвать порядка десяти Одаренных с такими умениями, но вот похищение памяти - мой главный козырь, о котором стоит молчать.

Не понятно сколько я уже тут нахожусь, но стоит признать, что Салем действительно хороший учитель. Создавать оружие из Ихвы я так и не научился, зато теперь могу биться с ним почти на равных. Этот человек смог вбить в меня простую истину - не нужно полагаться на умения, которые получил, поглотив память врагов. Человек обязан учиться сам. И я учился, хотя это было больше похоже на пытки. Каждая тренировка началась с того, что я управлял Ихвой. Я заставлял белую энергию укреплять мое тело, синяя ускоряла меня. Потом начались отработки приемом и тактики боя. Салем не умел обращаться с посохом, так как это делают настоящие мастера этого стиля, но даже его навыков хватило, чтобы усилить меня в сотни раз.

Одновременно с боевой подготовкой я учил историю этого мира, его законы. Оказалось, что фраза Ирвинга про божественный пантеон была простым знаком уважения. В какой-то мере все Филаты - Боги, но младшие. Мы являемся детьми Адмеии - повелительницы Выбора. Вот такая математика. А Хидшалкх это просто Филат на старинном диалекте. Кстати, в процессе обучения мы поняли, что мой дар позволяет учить языки за несколько секунд. Мне достаточно просто прикоснуться к человеку. Вот только теперь появился новый вопрос! Я не высасывал энергию, когда первый раз попал в пыточную комнату, к моему, надеюсь мертвому, другу Ольгерту. Мой учитель в очередной раз назвал меня идиотом, но не смог объяснить случившееся.

Если честно, мозг уже не выдерживал. Каждая тренировка, каждая лекция была все сложнее и сложнее, а спать и есть не хотелось. Не знаю, как развлекал себя Салем, но мне было тяжело и морально и физически. В один из множества промежутков между тренировкой и лекцией ко мне на поляну пришел наставник.

– Опять куришь?

– Салем, вот только не начинай, дай хоть попытаться отдохнуть, у нас скоро тренировка.

– Я по этому поводу и пришел. Не будет у нас занятий больше.

– В смысле?
– мое лицо вытянулось от удивления.