Ариэль
Шрифт:
— Оба — номера нашего старого знакомого.
— Силланпяя?
— Угадал.
Силланпяя нельзя было, по крайней мере, обвинить в отсутствии изобретательности. Он умудрился всюду сунуть свой нос.
Когда я сопоставил это с рассказом невестки убитого автослесаря и с данными о телефонных звонках, то все неясности закончились: Силланпяя и Али Хамид были знакомы и либо Силланпяя пытался выведать у Хамида информацию, либо Хамид был агентом Силланпяя. В любом случае период обоюдной открытости и доверия
Глава 21
Я только-только успел смотаться домой — принять душ и переодеться, чтобы провожать Мэттссон. Доехал на трамвае до Хаканиеми, откуда продолжил путь пешком. Была холодная погода, и, судя по всему, дело шло к дождю.
Хотя я и был уверен, что никакая опасность Вивике Мэттссон не угрожает, но на всякий случай вблизи ее дома решил перестраховаться. Остановился за сотню метров до подъезда и осмотрелся. Я не увидел ничего подозрительного, вернее, вообще ничего не увидел. Промозглая погода не располагала людей к прогулкам, улица словно вымерла.
Я подошел к дому Мэттссон и снова глянул по сторонам. Из соседнего дома вышла пара молодых людей, а вниз под горку скатилась машина, которая объехала здание и повернула в сторону Хаканиеми.
Я нажал кнопку домофона и стал ждать. Ничего не произошло. Я позвонил снова — безрезультатно.
В памяти моего телефона сохранился номер Мэттссон. Я набрал его.
Никто не ответил.
Я наобум потыкал кнопки домофона, пока наконец не попал внутрь. Поднялся на третий этаж и прислушался. Из квартир раздавались звуки обычной жизни, за дверью квартиры Мэттссон, напротив, стояла полная тишина.
Я позвонил в дверь. Никто не открыл. Я заглянул в прорезь в двери для почты, но смог разглядеть только кусочек персидского ковра в прихожей.
Если она решила отправиться на работу одна, то почему не сообщила об этом мне?
Я позвонил в справочную и попросил соединить меня с администратором театра. Вивика Мэттссон на работу еще не пришла.
Я снова позвонил по номеру Мэттссон и прижался ухом к прорези для почты.
Телефона в квартире не было, или он был выключен, иначе я бы услышал звонок.
Я спустился на первый этаж и нашел на доске объявлений телефон домоуправа. Он сразу взял трубку. Я проявил напористость и попросил его поторопиться. Он обещал быть на месте через десять минут.
Позвонил Симолину и вызвал его домой к Мэттссон.
Управляющий появился через восемь минут. Мы вместе поднялись на третий этаж.
Я достал пистолет и попросил дать ключ.
Домоуправ побледнел и протянул его мне.
— Вам лучше уйти.
Управляющий ретировался вниз по лестнице.
Я отпер замок и начал осторожно открывать дверь. Когда промежуток увеличился сантиметров до пяти, заглянул
Тем не менее я держал оружие наготове.
Сначала я увидел собаку Мэттссон. Она лежала мертвой на мягком ковре гостиной.
Дверь в спальню была приоткрыта. Носком ботинка я толкнул ее, чтобы полностью распахнуть. И уже не удивился, увидев Вивику Мэттссон, лежавшую поперек двуспальной кровати с кровавым следом на шее. Она была мертва, как и ее собака.
Я потрогал ее руку. Холодная. Перевернул тело и увидел лицо. Набухший язык торчал изо рта странным цветком. Я смотрел на нее и чувствовал сначала вину, а потом злость.
— Я был уверен, что ей ничто не угрожает, — сказал я скорее себе, чем другим.
Стенман, Симолин и Хуовинен смотрели на меня с сочувствием.
— Паршивая история, — вздохнул Хуовинен и перевел взгляд на лежавший в постели труп.
— Почему она впустила посторонних, если так боялась? — недоуменно спросила Стенман.
Я думал о том же и кое-что вспомнил.
— В квартиру к Таги Хамиду приходили мужчина и женщина. Возможно, в дверь позвонила женщина, и Мэттссон не почувствовала опасности.
Какая-то важная мысль искоркой мелькала у меня в мозгу. Я постарался выкинуть из головы все остальное, чтобы нащупать след этой мысли.
Вдруг я поймал ее.
— Собака!
— Что «собака»? — спросил Хуовинен.
— Я имею в виду не собаку Мэттссон, а собаку той женщины, которую я видел в парке.
Я рассказал им о женщине, которая выгуливала свою собаку в парке Сибелиуса, и о предупреждении своего дяди.
— Если у женщины, которая звонила в дверь, была собака, то другая собачница обязательно открыла бы ей дверь.
— Почему ты не рассказал о собаке? — насупился Хуовинен.
— Я не поверил дяде.
Приехал криминалист.
— Собака застрелена из двадцать второго калибра с глушителем, женщина задушена, как вы видите. Похоже, убийц было двое, поскольку все проделано очень чисто.
— Возможно, они следили за Мэттссон и видели, что она встречалась с вами, а после этого решили убрать ее, — предположил Хуовинен.
— Кто они? — спросил Симолин.
— Каплан и его помощница.
— Почему же он просто не убрался из страны? Какой смысл ему был оставаться и устраивать охоту на Мэттесон? Кто-то тут просто кретин, — сказал я, и все посмотрели на меня с недоумением.
— Что такое?
— Я знаком с Капланом и знаю, насколько он хитрый. Почему же он следит за мной так, что засвечивается, и почему в случае с Мэттссон он засвечивается снова?