Ариэль
Шрифт:
Силланпяя имел вид мрачного побитого боксера.
— В этом деле есть несколько обстоятельств, которые нас интересуют. Два иностранца, обезображенное лицо, способ убийства, место совершения преступления — самая оживленная и одновременно самая, может быть, важная железная дорога Финляндии. Насколько я знаю, тела еще не опознаны, и мы хотим помочь в идентификации. Для этого сделаем соответствующие запросы. Если они где-то засветились, то это может пролить свет на случившееся. Разумеется, нельзя исключать и того обстоятельства, что преступление
— Есть ли у вас какие-то подозрения?
— Не больше, чем у вас.
Если Силланпяя и врал, это ему хорошо удавалось.
— Что обнаружено у покойников? — спросил Силланпяя.
— У одного — ничего, у другого — карта Хельсинки и оружие. Пистолет упал на крышу поезда, и его нашли позже, в депо.
— А мобильного телефона не было?
— И мобильник. — Я был вынужден это признать.
— Нам нужен телефон. Все, что узнаем с его помощью, немедленно вам сообщим.
— Он сейчас на экспертизе.
— Вы получите информацию о звонках сразу же, как только мы до нее доберемся. Это согласовано с заместителем начальника полиции.
Я взглянул на Хуовинена, и это рассердило Силланпяя.
— Телефон сейчас у другого следователя.
— Где он?
— Очевидно, уже на пути сюда.
— Сообщите ему, что телефон нам нужен немедленно.
Типичный СУПОшник, [11] подумал я. Силланпяя говорил так, будто за ним стояла вся полиция государственной безопасности во главе с ее шефом.
11
СУПО — полиция безопасности Финляндии.
— Попробую связаться с ним.
Я отошел в сторонку и позвонил Симолину:
— Как продвигается?
— Скоро будет готово.
— Тут тип из СУПО приехал, требует телефон.
— Нам все бросить?
— Нет, сколько времени вам еще потребуется?
— Максимум минут десять.
— Запиши все звонки, как исходящие, так и входящие, и текстовые сообщения. А потом снова включи запрос PIN-кода. Пускай парни из СУПО разгадывают его сами.
Я вернулся к машине:
— Будет здесь в течение получаса.
Хуовинен посмотрел на меня задумчиво. У него на такие дела особое чутье. Он протянул мне сложенную вчетверо распечатку:
— Официальный пресс-релиз, распространенный через СТТ, [12] если интересно.
Я прочитал. Хуовинен был на редкость краток. Было очевидно, что такой пресс-релиз не мог удовлетворить журналистов.
— Я обещал дополнить его вечером. Хочешь что-нибудь добавить?
12
СТТ — Новостное агентство Финляндии.
Повисла тишина. На Оксанена всеобщее молчание произвело гнетущее впечатление.
— Я позвоню Арье и спрошу про
— Хорошо, — сказал Хуовинен. Вид у него был отсутствующий.
Хуовинену исполнилось сорок семь лет, но в волосах уже проглядывала седина. Вообще у него была незаурядная внешность — настолько, что во время учебы в полицейском училище он подхалтуривал на одной швейной фабрике моделью, демонстрируя мужскую одежду. Он был дважды женат. Вторая его супруга — виолончелистка эстонского происхождения.
Хуовинен очнулся:
— Не делай ничего, чего не стал бы делать я.
В устах Хуовинена это означало, что руки у меня развязаны. Он умел спрямлять углы, пожалуй, лучше, чем кто-либо другой в управлении полиции.
Силланпяя тоже заговорил:
— У меня есть и другие дела. Где этот ваш следователь, я могу забрать телефон прямо у него?
— Я не догадался спросить, но он буквально с минуты на минуту будет тут.
Силланпяя посмотрел на меня в свойственной ему манере — с недоверием. У него явно было гипертрофированное желание все контролировать. Возможно, это издержки профессии.
Хуовинен застегнул темно-серую шерстяную куртку:
— Вы справитесь и без меня, мне надо на Кирк-кокату. [13] Если что — звони. О совещании сообщу позже.
Он сел в машину и укатил.
— Телефон работает? — спросил Силланпяя.
— Нет. Вероятно, он выключился или повредился при ударе о крышу поезда или о землю. А вы сможете его включить? — спросил я с невинным видом.
— Почему же не сможем?
— Мы хотели бы получить всю информацию о звонках сразу же, как только вы ее раздобудете.
13
На улице Кирккокату в Хельсинки располагается Министерство внутренних дел Финляндии.
— Разумеется.
Силланпяя с такой легкостью бросил свое обещание, что оно не вызвало у меня ни малейшего доверия. К счастью, благодаря Симолину я надеялся оставаться на несколько шагов впереди.
— Разумеется, почему нет? — добавил Силланпяя, и я стал верить ему еще меньше прежнего.
Вернулся Оксанен, вид у него был оживленный. Явно уладил еще какое-то дело, связанное с ралли.
— Арья сейчас будет… Можно съездить на предусмотренный законодательством обеденный перерыв?
— А что с камерами наблюдения?
— Арья привезет список. И я сразу начну с ними разбираться.
— Не пропадай надолго. На чем ты поедешь, машина ведь у Арьи?
— Приятель подхватит.
Оксанен заспешил встречать товарища. Работа явно мешала его кипучей деятельности, связанной с хобби.
— Кто-то сказал, что ты еврей, — ляпнул Силланпяя.
— Кто-то был прав.
— Вчера слышал еврейский анекдот. Рассказать?
— Не стоит отказывать себе в удовольствии.