Архангел
Шрифт:
Медленно, неохотно он направился к машине.
Они выехали из города по незаметной улице и повернули на север, по крайней мере им не пришлось проезжать пост ГАИ и уговаривать инспектора.
Было, вероятно, около часа дня.
Дорога бежала вдоль заброшенного и заросшего железнодорожного полотна, уставленного ветхими товарными вагонами, и сначала покрытие показалось им не столь уж плохим. В соответствующей компании поездка могла быть даже романтичной.
Они обогнали красочно разрисованную повозку, которую тащила низкорослая лошадка, низко склонившая голову от ветра, и вскоре
Но вскоре дома исчезли, а потом и река. Одновременно кончилось и относительно плотное покрытие, и колеса начали прыгать в разбитых колеях. Березы и ели как бы сомкнулись над ними. Менее чем через пятнадцать минут они оказались словно в тысяче километров от Архангельска, на самом деле отъехав всего лишь десять. Дорога шла, извиваясь в глухом лесу. Время от времени лес редел и они попадали на вырубку с обожженными пнями, напоминавшую поле после бомбардировки. Или же — и это было более тревожно — дорога вела через сплошную рощу антенн.
Посты радио прослушивания, сказал О'Брайен, подслушивают северный фланг НАТО.
Он начал что-то напевать.
Келсо смог выдержать только два куплета.
— Это обязательно? — спросил он. О'Брайен замолк.
— Мрачный тип, — еле слышно пробормотал он.
А снег продолжал методично падать. Где-то вдали раздавалось эхо выстрелов, очевидно, охотничьих, от этих звуков испуганные птицы поднимались в воздух и с криками летели вдоль дороги.
Они проехали несколько деревень, одна меньше и заброшенней другой, какой-то барак со стенами, испещренными надписями, и спутниковой антенной на крыше — кусок Архангельска посреди пустоты. Людей не было видно, кроме двух детей, изумленно глазевших на машину, и женщины в черном, которая стояла на обочине и подавала им знак остановиться. О'Брайен даже не сбавил скорость, и она замахала кулаком и закричала им вслед.
— Ведьма. — О'Брайен посмотрел на женщину в зеркало заднего вида. — Чем она недовольна? И, кстати, где все мужчины? Валяются пьяные? — пошутил он.
— Скорее всего.
— Ну да? Все? Неужели все?
— Большинство, полагаю. Домашний самогон. А что еще делать?
— Господи Иисусе, что за страна!
Вскоре О'Брайен снова начал что-то напевать, но едва слышно и не столь самоуверенно, как раньше:
— Я брожу по снежной сказочной стране…
Прошел час, за ним второй.
Несколько раз в поле зрения снова оказывалась река, но ненадолго, и это, сказал О'Брайен, потрясающий вид — неохватная масса воды, медленно текущей к морю, а вдали темная зелень лесного массива, по— степенно растворяющаяся в волнах падающего снега. Первобытный пейзаж, подумал Келсо. И представил себе динозавра, бредущего по снежному полю.
По карте трудно было определить, где они находятся.
— Как скажете.
Но следующей деревни все не было. Она так и не появилась, и Келсо обратил внимание, что снег на дороге нетронутый: выходит, много часов ею никто не пользовался. В первый раз машину занесло, они попали в яму, скрытую под снегом, и «тойота» забуксовала, пока колеса не зацепились за твердый грунт. Машину швыряло из стороны в сторону. О'Брайен судорожно крутил руль, пока не выбрался на ровное место. И расхохотался.
— Вот потеха! — Но в его голосе прозвучали нотки неуверенности. Он снизил обороты двигателя, включил фары, весь подался вперед чтобы лучше видеть дорогу сквозь падающий снег.
— Бензина мало. Думаю, у нас не больше пятнадцати минут.
— И что потом?
— Либо возвращаться в Архангельск, либо искать ночлег где-то дальше.
— Вот как? Вы, конечно, имеете в виду «Холидей-инн»?
— Да будет вам. Непредсказуемый!
— Послушайте, если мы рискнем где-то здесь переночевать, мы застрянем в тайге на всю зиму.
— Да ладно вам, за нами пришлют бульдозер. Рано или поздно.
— Рано или поздно! — повторил Келсо. Он покачал головой. И, конечно, вспыхнула бы новая ссора, если бы они, сделав крутой поворот, не увидели дымок над верхушками покрытых снегом деревьев.
Стоя у открытой дверцы «тойоты» и опираясь локтем о ее крышу, О'Брайен разглядывал лес в бинокль. Создается впечатление, что где-то там есть поселок, сказал он, меньше километра от дороги. И показал на едва заметную просеку.
Он снова сел за руль.
— Давайте посмотрим.
Просвет между деревьями походил на тоннель, по ширине — едва пройдет машина. О'Брайен медленно вел «тойоту». Ветки вцеплялись в кузов, молотили по ветровому стеклу, царапали бока. Дорога становилась все хуже. Машину резко кинуло влево и тут же вправо, и вдруг она нырнула носом вниз и Келсо с такой силой швырнуло к ветровому стеклу, что ушиба он избежал лишь благодаря ремню безопасности. Двигатель беспомощно взвыл и заглох.
О'Брайен снова завел его, включил задний ход и осторожно нажал на акселератор. Задние колеса с воем забуксовали в рыхлом снегу. Он попробовал еще раз, прибавил газу. Двигатель отозвался отчаянным воем.
— Вы не могли бы выйти, Непредсказуемый? — Он больше не пытался скрыть тревогу.
Келсо пришлось немало потрудиться даже для того, чтобы открыть дверцу. Он выпрыгнул из кабины и по колено увяз в снегу. Они сели обеими осями.
Он постучал по стеклу и попросил О'Брайена выключить двигатель.
В наступившей тишине слышался легкий шелест снежинок, падающих на деревья. У Келсо были мокрые колени. Неловко переставляя согнутые ноги, он добрался через глубокий снег к водительской дверце, и ему пришлось руками разгрести сугроб, чтобы открыть ее. «Тойота» накренилась носом вниз под углом двадцать градусов. О'Брайен едва сумел выбраться наружу.
— Во что мы врезались? — спросил он и пробрался к носу машины. — Господи Иисусе, похоже, кто-то вырыл настоящий противотанковый ров. Вы видали что-нибудь подобное?