Арго. Заря мечей
Шрифт:
— Так и есть. С чего бы им цепляться к рыбакам? – усмехнулся Левален. Табер посмеялся в ответ на уместную колкость.
— А ты что собираешься делать, Левален? — спросил Ацелас.
— Даже не знаю… — Левален задумался, взял яблоко со стола и откусил так смачно, что сок полился по его руке неприятными, сладкими струйками. — Думаю, постараюсь найти того, кто поможет мне с рукой. Говорят, на Цвейте есть много способов вернуть конечность.
— И такое есть? — продолжал удивляться Табер.
— И такое. Знаю, что они могут вырастить в твоей руке,
— А я видел другое, — начал Ацелас. — Десмон, глава крепости Лоза, приезжал к нам. Вместо ноги ниже бедра у него была такая… прозрачная магическая конечность. Быть может, это тоже отбирает магию. Может, на Цвейте кто-то сможет научить тебя такому? Если потребуется помощь, я буду рад помочь.
— Конечно поможешь, не переживай. После того, как я спас твою задницу, считаю, ты должен мне как минимум руку, — проговорил Левален с серьезным лицом.
— Хотя, может, я скажу деду, что ты хотел сбежать и взял меня в заложники, чтобы покинуть Эленвен. Кто знает, кто знает, — парировал Ацелас. Левален улыбнулся.
— Ну а ты, Табер? — спросил однорукий. — Что ты будешь делать на Цвейте?
— Думаю, просто вернусь к спокойной жизни. Обустрою домик на отшибе, возьму лодочку, буду заниматься тем, чем я умею заниматься. Сказка!
— А что по поводу твоих друзей в Оплоте? — спросил с укоризной Левален. — Как легко ты забыл про них.
— Не нужно меня осуждать! — встрепенулся Табер. — Я не воин и не смельчак, да! Что бы я сделал, придя туда? Защитил бы их от того, от чего не смогла защитить армия? Нет, Левален, я бы лег в землю вместе с ними… Переживаю ли я за них? Конечно! Каждую минуту ругаю себя за то, что не вернулся, и, наверное, буду ругать всю жизнь, пока не сотру это из памяти! Но… погоди. Ведь ты тоже не вернулся к товарищам, когда командир отправил тебя в Эленвен, так? Почему же ты не спас их, не пришел на помощь?
Левален стукнул рукой по столу, расплющив в ладони яблоко.
— Я и не собирался тебя осуждать, лишь хотел узнать, что в твоей голове останется память о друзьях. Но говорить мне о том, что я бросил своих товарищей, ты не смеешь!
Левален встал и быстро направился к Таберу. Ацелас вспрыгнул и встал между мужчинами.
— Левален, стой! Не надо! — крикнул принц.
— Я спасал Ацеласа! Я спасал столицу! А ты снова мне говоришь такое? То я благородная жопа, то я трус! Я тебя сейчас разберу на запчасти и посмотрим, кто из нас трус! Давай, попробуй одолеть инвалида!
Табер стоял уже в нескольких шагах от Левалена, смотря на него испуганными глазами.
— Ацелас, пусти! Он явно забывается!
— Ты задел его… Он лишь ответил не подумав! — пытался держать принц однорукого.
— Тогда извини, — сказал Левален, резким движением бросив Ацеласа на свою кровать и в пару шагов оказавшись рядом с Табером. Легким ударом руки он разбил нос рыбаку, после чего схватил за грудки, поставил ногу позади стопы
— Ублюдок, — проговорил Левален, отвернулся и пошел к своей кровати. Ацелас тут же встал с нее, уступив место инвалиду.
— Я вот о чем думаю, — сказал Левален через несколько секунд, резко успокоившись, когда Табер встал с пола. — Вы, друзья мои, даже безоружного калеку остановить не можете. Может тебе, Табер, это и не пригодится, а вот Ацеласу просто необходимо учиться сражаться. Так что, молодой Альтмер, я буду учить тебя тому, чему тебя не научили в Эленвене.
Ацелас кивнул.
— А ты? Возьмешь бесплатные уроки мастерства? — спросил Левален, смотря на Табера. Тот, скорее от испуга, чем из-за желания, согласно кивнул. — Решено. Пойдемте, найдем какие-нибудь палки и начнем обучение.
Глава 22. Ильмари
Руки Ильмари предательски тянулись к бутылке, но разум останавливал его от необдуманных решений. Он никогда не любил пить, но знал, что многие топят свои проблемы в алкоголе. Потому сейчас капитан и прикидывал, не стоит ли ему расслабиться и отдаться бутылке. Мужчина закрыл кухонный ящик, в котором хранилось вино и сел за стол, держа голову руками. Фабиан снова пропадал в саду под надзором Базилика, устроившегося на свежевскопанной земле. Лиана несколько часов что-то рисовала в подвале. Ильмари не поделился ни с кем из сожителей тем, что случилось на совете. Он и сам не очень понимал, что произошло.
Успокаивало его то, что в последние пару дней Лиана перестала донимать его, вновь превратившись в милую и любящую девушку. Иногда Ильмари забывал, что этой девушке на самом деле в два-три раза больше лет, чем ему самому.
После совета виверны удалились в поместье, оставив Ормунда возле его покоев. Решение короля и поступок Ильмари активно обсуждался. Ни один человек при этом не осудил капитана, даже брат короля. Ормунд и вовсе пребывал в шоковом состоянии. Он не мог увидеть Сирия в том решении, которое он принял. «Пока мы находились на совете, я видел в нем того же молодого, буйного, смешливого парня, который случайно стал королем. Но вот решение насчет Аградора… Не знаю, в чем заключается наш с ними союз, но, мне кажется, Сирий никогда не согласился бы на такое. Особенно, не посоветовавшись с капитаном элитного отряда или братом…», — сказал Ормунд, когда компания проводила его до покоев.
Да и сам Ильмари не понимал решения короля. Было очевидно, что отряд имеет большое влияние на солдат и офицеров. Отослать его во избежание негативных вибраций – очевидное решение, учитывая то, что именно Виверн пострадал от мириума. С другой стороны, связь мириума и Аградора доказана не была. Вся эта ситуация так мучила капитана, как не мучила совесть после смерти товарищей. Только вот отряд уже сформирован, приказ готов. Остается лишь отправиться вместе с Ормундом в Вайтанский лес, пока Кальторн будет медленно катиться в яму.