Арго. Заря мечей

Сотник Глеб

— Каер, видел такое?

— Видел, видел. Ты рассказывал, — ответил Каер, замученный одними и теми же рассказами.

— И что я рассказывал?

— В тюрьме Багряной луны вроде.

— Да! Но я не рассказывал, кто на самом деле лишил меня пальцев… Люк Дервин. Знаешь такого?

— Главарь из банды Кройза, — сказал Адриан, сидящий справа от Вайса.

— Да… Тогда он только лишь был обычным заключенным. И, вот, понравился ему мой амулет. Матушка подарила. Золотой конь на железной монете. На день рождения подарила. До того еще, как ее изнасиловали и убили… Знал я, что ему понравилось!

Отдать не мог, а он и так бы силой отобрал. Спрятал его. Он подкупил охранника, и вдвоем с ним мучил меня два дня. Я спасовал. Сдался. Отдал ему амулет. А пальцы… Сам себе отхреначил, когда осознал свою слабость. На руке не решился – мой инструмент.

— И как такого вора как ты занесло к нам в отряд? — спросил Адриан. Вайс взглянул на него из-под руки.

— Раньше бы – отгрыз уши за такой вопрос. Но сейчас я – новый человек! — Вайс развел руками, улыбаясь.

— Ормунд никогда не смотрел на прошлое, — начал Гон. — Ты, Адриан – божий одуван. А Вайс – уличное отребье из Хори. И скажи мне, кто из вас не пригодился в отряде? То-то и оно… Конечно, в Виверне не место ублюдкам. Помнишь, Ильмари, как там звали того мудака…

— Мартин, вроде.

— Да, точно. На задании обесчестил девушку. Взял силой… Что с ним было…

— Я лично приволок его к ногам Ормунда, — сказал Вайс. — И лично отметелил его еще до того, как притащил.

— Помню одно – лицо в мясо, и одна сплошная мольба. Где он сейчас, в Багряной луне? — спросил капитан, садясь на незанятое место во главе стола.

— А где еще ему место? — спросил Адриан, показывая всем существом свою неприязнь к таким людям.

— Голове его место на пике, а телу – в вольере с голодными собаками. А то, что он сидит там – недочет судебной системы, — сплюнул Вайс на пол.

В помещение зашла девушка:

— Бани готовы! — сказала она и вышла, соблазнительно улыбнувшись.

— Для моей персоны нашлась награда… — проговорил сквозь зубы Вайс. Адриан встал, придержав его за плечо рукой.

— Значит, в баню пойдешь последним. Я хочу помыться в помещении, чистом не только от грязи на подошвах, но и от грязи в деяниях.

Вайс цыкнул:

— Ну и иди, святоша. Зато по-настоящему отдохну сегодня только я!

— Идите, я пойду с Вайсом — кивнул Гон. — Пойди, узнай, есть там для тебя девицы?

— Что значит «для тебя»?

— То и значит, что эту мадмуазель я уже облюбовал, — довольный собой улыбнулся гном. Вайс стукнул кулаком по столу, встал и пошел к девушке на входе – узнавать.

Каер закрыл дверь, и вышел вслед за Ильмари и Адрианом на задний двор. Тут было не так тепло, но, все же, терпимо. Дорожка из камней вела прямо к бане. Другая дорожка уводила к купели и реке. Еще одна – к другим помещениям: крытому бассейну, парилкам, и прочему.

— Я бы сходил на массаж, капитан, — сказал Адриан. — Больно уж ноги устали в пути.

— Хорошая идея. Возьми Каера с собой, с непривычки у него точно все ноги затекли.

Парилка была не сильно большой – пять на пять метров. Адриан занял место на самой высокой ступени, Ильмари – на средней.

— Не люблю я сильный жар, — сказал капитан, присаживаясь напротив паладина. Постояв и подумав, Каер сел рядом с Адрианом.

Он откинул голову назад и тяжело выдохнул, чуствуя, как жар потихоньку выгоняет из него всю усталость, грязь и пот.

Через пятнадцать минут распаренные, красные, все трое вывалились из парилки, закрыв за собой грузную деревянную дверь. Чуть дымясь, прошли горячими ногами по каменной тропе и открыли дверь. Повсюду были разбросаны вещи. Стулья, где сидели Гон и Вайс были опрокинуты, а самих их не было в помещении. Середина стола горела – маленький костер разошелся от сухих цветов, которые стояли посередине него в уже опрокинутой голубой вазе. Ильмари бросил взгляд на то, чем можно затушить огонь. Тут в помещение забежали Вайс и Гон, несущие в руках большой таз с водой, который тут же выплеснули на стол. Огонь потух, еда стекла вместе с водой на пол, рюмки опрокинулись. Прибежавшие переглянулись с Ильмари, Адрианом и Каером.

— И какого хрена? — спросил Ильмари, не сдержав улыбки.

— Я думал, вас схватили! — усмехнулся, не без злости, Адриан.

— Кто нас схватит? Элитный отряд Виверн! — крикнул Гон, икнув после своих слов. — Да это он! Сигарету в цветы потушил!

— А ты опрокинул их потом! — ответил гному Вайс. Гон ударил лысого в колено, и прошел за свое место за столом. Он поднял стул, стряхнул рюмку, налил туда настойку и выпил, не зажмурившись.

— Идиоты… — проговорил Адриан, выйдя в ту же дверь, в которую только что зашел. После на секунду заглянул в помещение. — Ты пойдешь ноги помять?

Каер оглянулся. «У них тут все хорошо будет с капитаном», — подумал парень, и пошел за паладином. Проходя по внутреннему двору, Каер заглянул за забор. Там, около гостевого дома, староста Катай с кем-то ожесточенно спорил. Издалека было не различить ни лиц, ни одежды, но он понял, что это были трое мужчин, указывающих на баню пальцем и что-то яростно доказывавших старосте. Каер толкнул Адриана.

— Смотри, — сказал он паладину. Но тот проигнорировал парня, встретив массажиста — рукастого мужчину, сидящего на стуле у помещения.

— На массаж? — спросил мужчина мелодичным голосом.

— Да, ноги бы помять. Начни вон с парня.

— Адриан…

— Иди, иди, расслабься, — Адриан все же глянул за забор. — Это просто мужики, которые в доме нашем сидели. Что ты с них хочешь? Мы им, видимо, такую попойку сорвали.

Рукастый мужчина увел Каер в приятно пахнущее маслами место и закрыл дверь.

В это время гном допрашивал капитана Виверн в доме:

— И что у него там с отцом? — спросил Гон у Ильмари, наливая капитану вино.

— У Каера? А что тебе до его отца? — переспросил капитан, понимая, о чем речь.

— Да ладно, Мари, просто скажи, — давил Вайс. Ильмари встал.

— Это его личное дело. Я, как капитан, не могу не знать. Но сплетничать не буду даже с другом, — посмотрел он на Гона, стыдливо покрасневшего. Но, может, от настойки. — Если нужно, спросите его. Не думаю, что ему было бы приятно знать, что за спиной в отряде шепчутся.

— Было бы кому… — проговорил Вайс. Ильмари толкнул солдата в лоб, и тот чуть не упал со стула.