Арестант

Константинов Андрей Дмитриевич

— С Новым годом! — глухо ответил Андрей.

Стаканы звякнули.

Выпили, закусили колбасой, откусывая ее прямо от палки.

— Странно

мы встретились, — сказал наконец Зверев.

— Странно… а может быть, нет. Думаю, что мы рано или поздно где-нибудь пересеклись бы.

Закурили. Дым, выписывая узоры, поплыл по комнате.

— А ты, Саня, как здесь оказался? — спросил Андрей.

— Хочешь знать? — Зверев хмыкнул. В принципе, на зоне не принято лезть в душу и интересоваться тем, как по правде все было, кто как на нары залетел. Захочет человек — сам расскажет, и с подробностями — если дурак. Но дураков мало, поэтому если послушать умных — то все, почитай, невиноватые, сплошь подставленные, под произвол угодившие…

Но Обнорский не был похож на провокатора. И Звереву

вдруг почему-то очень захотелось поговорить с этим странным парнем откровенно. Известно, что, с иным собеседником разговаривая, можно и самому себе неожиданные вопросы задать, да и неожиданные ответы найти… Те вопросы, от которых раньше бегал, и те ответы, которых раньше боялся…

Зверев вытащил из пачки сигарету, щелкнул зажигалкой — маленький огонек неожиданно глубоко отразился в его глазах, придав лицу странное, почти волчье выражение…

— Долгий рассказ получится, земляк… Целая история… Знать бы еще, чем она закончится…

Зверев снова замолчал, и в ночной тишине стал слышен приглушенный стенами пронзительно беспощадный вой ветра…

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ