Арбин
Шрифт:
Все пути были отрезаны, отсюда мне без чьей-либо помощи точно не выбраться, и в эти моменты отчаяния мне казалось, что цифра в моем паспорте ни черта не значила: сейчас я чувствовала себя той девочкой четырнадцати лет, и, кажется, не осознавала всю трагедию случившегося до конца. Какая-то надежда теплилась в моем сознании: ведь не могло все закончиться плохо для человека, который несколькими днями ранее радовался этой жизни, несмотря ни на что? В конце концов, я отмечала свой день рождения, свое восемнадцатилетие, и я была счастлива.
Мой
Мое состояние невозможно было описать даже матом. Страх своими мерзкими щупальцами проникал и подавлял все взбунтовавшееся во мне сопротивление. Страх меня парализовал, хотя я его ненавидела.
Если этот Арбин до сих пор не вернулся ни с какими новостями, то у меня была надежда на то, что ведутся переговоры и все закончится благополучно. Иначе, почему его так долго нет?
О плохом варианте я подумать не успела: мои размышления прервали тихие шаги. Я встрепенулась, а атмосфера вокруг тут же накалилась до невозможности. Привычное звяканье ключей прозвучало рядом, и дверь распахнулась, являя мне хмурого Марата. По его взгляду невозможно было ничего прочесть, как бы я ни пыталась, однако дышать все равно стало сложнее. Каждый глоток воздуха давался мне с трудом.
– Замерзла? – услышала я грубый бас, который никак не вязался с его спокойным видом.
Может, он уже просто привык? Вот так разговаривать со всеми узниками Арбина…
– Да, - тихо призналась я, пока он не начал приближаться, - вас прислали за мной? – с содроганием спросила я, пытаясь сделать тон голоса как можно отважнее.
Марат почему-то поморщился, а затем глубоко вздохнул. Видимо, все то время, что я здесь, он работает без выходных и без сна.
– Арбина еще нет, - коротко.
Я с удивлением повернулась в сторону окошка – еще чуть-чуть и наступит ночь. А ведь обещали, что это мой последний день здесь. Сколько еще можно мучить меня ожиданием?
– Это хороший знак? – выдохнула я, переводя взгляд на моего охранника.
– Честно говоря, нет, - раздалось его уверенное «нет», и я вся похолодела, - возможно, твой дядя не выполнил условия и Арбин с ищейками в городе. Или Виктор убил всех ребят, и Арбин возвращается сюда.
Я встала с пола и двинулась к мужчине, который решил поведать мне немного информации. Марат тут же прищурился, следя за моими движениями, и даже сделал шаг назад.
– Помоги мне сбежать, прошу… - выпалила я, пользуясь возможностью, - пожалуйста!
Он поджал губы и тут же отрезал:
– Я рассказал это тебе не за тем, чтобы ты меня о чем-то просила! Только попробуй сбежать! – грубо ответил Марат, и моя надежда разлетелась в пух и прах, -
В ответ на мой шаг к нему Марат тут же покинул подвал и закрыл дверь прямо перед моим носом.
– Ты даже не представляешь, как можешь погубить мою жизнь! – закричала я, с ненавистью вцепляясь в эту железную дверь холодными пальцами, - а ведь у тебя есть дети, сволочь! Или будут дети, неужели у тебя нет совести, урод?!
Я судорожно вздохнула и зажмурилась, упираясь взглядом в штаны, выделенные мне здесь.
– Дядя не выполнил условий? Не выполнил, да?
Я замолчала и на подкашивающихся ногах двинулась к своему ночлегу. Боже, пусть мои родители не видят всего этого бесправия, пусть они не знают об истинной сущности своего родственника. Если дядя не выполнит условий Арбина...
Я прикрыла глаза. Пусть они не наблюдают за мной, потому что даже мне страшно представить, что меня ждет, а что уж говорить о них? Я подняла взгляд к потолку, принявшись шептать слова мольбы. Лишь бы они не видели мою судьбу!
– Не поможет это, - услышала я тихий голос человека, о присутствии которого уже забыла за всеми размышлениями.
Эта сволочь стояла за железной дверью. Он наблюдал за мной, наверное, насмехаясь.
– А я не о себе, - в таком же тоне ответила я, - хочу, чтобы мои родители не видели поступка дяди.
Вскоре послышались шаги. А на что ты надеялась, Влада? Не будь наивной, хоть он и зашел сюда просто так, не тешь себя глупыми надеждами. Он тебе никогда не поможет, он – верный пес Арбина. И все на этом.
Я не знаю, сколько уже прошло времени, однако вздрогнула я нехило, когда услышала сильный удар. И он явно был не где-то здесь рядом, а в самом доме. Я настолько погрузилась в собственные мысли, что этот хлопок стал для меня сродни выстрелу в самом подвале. Сердце непроизвольно начало колотиться быстрее, и я, наконец, вынырнула из своих переживаний. За все время ко мне так никто и не приходил, а сейчас дома явно что-то происходило, и от этого мне стало не по себе. Сон как рукой сняло.
Мне показалось, что вот он пришел – час расплаты.
Секунды спешили медленнее некуда, а минуты тянулись вечностью. Я вся дрожала, зуб на зуб не попадал, а слова Марата о том, что мне нужно быть готовой ко всему, выбили почву из-под ног, а заодно и уверенность напрочь выгнали из моей головы. Мне не хотелось ни препираться, ни язвить, ни пытаться сбежать, потому что я понимала, что все это приведет лишь к боли, применению силы и так далее по пунктам.
– Дверь! Открыл!
Мои ледяные пальцы сжались вокруг ткани одеяла, когда после лязганья ключей дверь просто выбили из петель одним ударом ноги. Не в силах закричать, я вскочила из своего укрытия и отбежала в сторону, а через каких-то несколько секунд эта громадная железная дверь придавила одеяло и все, что могло быть на нем. Широко распахнутыми глазами я переводила взгляд с двери на стоящего передо мной зверя и обратно.