Арбалет

Верещагин Павел

– Что? – Продавец оглянулся на стеллаж у себя за спиной.

– Так это... Арбалет!

Продавец, может быть, и удивился, но вида не подал.

– Что интересует про арбалет?

– Все! Есть желание его приобрести.

Продавец кивнул.

– Какой показать? Большой, маленький или средний?

– Средний.

Лицо продавца выразило одобрение: правильный выбор. Он придвинул к стеллажу табурет-лесенку, на которой сидел, осторожно снял с кронштейна арбалет, выдвинул на прилавок перед Бурцевым

специальный мягкий коврик и положил на него оружие.

Бурцев осторожно взял арбалет в руки и, почувствовав его уверенную тяжесть, опять испытал легкое волнение.

– Вы для себя? Или в подарок?

– Там посмотрим.

Продавец выждал некоторое время, давая Бурцеву возможность сжиться с вещью.

– Хорошая покупка, – осторожно похвалил он. – И вещь красивая, чтобы на стену повесить. И выстрелить можно, если что...

– Если – что? – ухмыльнулся Бурцев.

– Если, например, разбойники. Или другие лихие люди, – с приятной улыбкой сказал продавец и замолчал.

Потом исподтишка посмотрел на Бурцева.

– А это, случайно, не вы звонили сегодня? – осторожно спросил молодой человек.

– Звонил? Куда? – весьма натурально удивился Бурцев.

– К нам. По поводу арбалета...

– Нет! Я не звонил.

– Да, – согласился продавец. – Я, наверное, перепутал.

– Ну ты давай, давай, трынди! – посоветовал Бурцев. – Что из тебя каждое слово нужно вытягивать? Как-никак покупатель к тебе пришел!

Парень с приятным достоинством улыбнулся.

Симпатичный такой паренек.

Ведь, если задуматься, люди обычно поворачиваются к продавцам не самой привлекательной своей стороной. Любой человек, пришедший за покупкой, охвачен мнительностью, нерешительностью, подозрительностью в сочетании с крайней доверчивостью, скупостью в сочетании с заносчивой уверенностью, что он достоин только самого лучшего, некомпетентностью, самонадеянностью, а главное, дикарским желанием потратить полушку, а добра накупить на алтын. На месте продавца очень легко сделаться циничным, наглым и вообще разувериться в человечестве.

Но этот парнишка, похоже, ничего, не ожесточился. Он продолжал смотреть на Бурцева с вежливым интересом, уважением и вроде даже с симпатией.

На последние слова Бурцева он расплылся в хитроватой улыбке.

Бурцев понял, что у него, похоже, на лице написано, что он уже созрел и пришел в магазин с твердым намерением сделать покупку. Так что опытный глаз продавца видит: говорить что-то в этой ситуации – только портить дело.

– Давай, давай! Отрабатывай, – проворчал Бурцев. – Как-никак я не три копейки пришел потратить!

Мальчик согласился. Он сделал сосредоточенное лицо и начал пояснять.

– Средневековый арбалет... Приклад из ореха. Инкрустирован дорогими породами дерева.

Устройство для натяжки тетивы – бронзовое. Как и спусковой механизм. Убойная сила на двадцати метрах примерно соответствует мелкокалиберному огнестрельному оружию.

– А мне говорили, как у автомата Калашникова... – разочарованно протянул Бурцев.

Мальчик в сомнении посмотрел на Бурцева, но спорить дипломатично не стал.

– А никаких разрешений и лицензий на него не надо. Паспорт свой покажете и все.

Бурцев так и предполагал.

– Стрелы кедровые. С металлическим наконечником. Специальная балансировка. Тетива из натуральных бычьих жил...

– Ага, – догадался Бурцев. – Потому что синтетика не держит нужное напряжение.

– Ну вот видите, – улыбнулся продавец. – Вы уже все сами знаете.

Бурцев кивнул. Все, что рассказывал продавец, ему уже успел сообщить разговорчивый Айвазовский. А что, собственно, еще он ожидал услышать?

– Китайский, небось? Made in China?

Мальчик не стал возмущаться и уверять, что это – исключительно европейский товар.

– А что сейчас не китайское? – Он философски вздохнул и развел руками. – Но эти арбалеты сделаны по лицензии французской фирмы «Ле Гран». Стопроцентный контроль качества.

Бурцев кивнул: ну это само собой разумеется.

– А это что, правда, лазерная копия?

Продавец внушительно наклонил голову.

– Шестнадцатый век. Средневековая Франция. Оригинал хранится в парижском музее Лувр.

Бурцев одобрительно посмотрел на парня. Про Лувр – это очень хорошие слова. Они производят на покупателя очень положительное впечатление.

– А гарантия на него есть? – спросил Бурцев.

– Конечно! Один месяц после продажи.

– Не густо...

Мальчик развел руками: что есть, то есть. Его бы воля – он, может быть, дал бы и пожизненную, но, к сожалению, его никто не спрашивал.

– Да тут, собственно, и ломаться нечему, – заметил он. – Если в первые дни брак не проявился – будет служить вечно. Внукам своим оставите!

– Это как пить дать! – согласился Бурцев. – Сто пудов!

Он еще раз повертел арбалет в руках и положил его на прилавок.

– Ладно! Уговорил! Беру! Боливийскими рупиями можно расплатиться? – спросил Бурцев.

Молодой человек вежливо улыбнулся, отдавая дань клиентскому юмору.

– Хотелось бы все же рублями...

Бурцев вздохнул:

– Тогда выписывай в рублях.

Продавец выписал чек, сам же пробил на кассе нужную сумму, разыскал где-то под прилавком подарочную коробку и принялся за упаковку.

– Если стрела сломалась от удара о твердый предмет – гарантия не действует, – продолжал сообщать он, укладывая купленный арбалет в специальной бархатное ложе.