Апрель в Лондоне
Шрифт:
— Благодарю, — сухо произнес он.
— Вы чай допили? — спросил Эйприл, в несколько глотков выхлебав свою кружку. — Тогда идемте, вы ж вроде поговорить хотели… Мам, деньги я на полке оставила, как обычно!
— Да, я видела, — отозвалась Сара. — Очень кстати, Огасту опять ботинки нужны…
Подозрительные знакомства и бурная деятельность Эйприл ее, конечно, нервировали, но не до такой степени, чтобы устроить дочери скандал. Сама видела, кого берет в семью, чего ж теперь на девочку пенять? Тем более, та в последнее время заметно похорошела,
— Идемте, мистер, — подбодрила Эйприл. — Потом доедите, если что…
Снейп молча встал и последовал за ней: палочка оставалась у нахальной девицы, ее страховала домовуха, и связываться с обеими у него не было ни малейшего желания. Возвращаться к Дамблдору с пустыми — в прямом смысле слова — руками он не желал.
Эйприл проводила его на задний двор, уселась на козлы для пилки дров и поболтала ногами.
— Ну так чего вы от меня хотели? — спросила она. — Что вам велено разузнать?
Снейп впервые увидел ее при свете дня, без макияжа, непричесанную и одетую в какое-то маггловское тряпье. Тьфу, она же и есть маггла, спохватился он.
Эйприл не была красива, даже симпатичной ее назвал бы не каждый. Да, веснушки, вздернутый нос, ямочки на щеках, рыжеватые волосы, зеленовато-карие (или все же серые?) глаза — милая девушка! Только взгляд ее, тяжелый и оценивающий, принадлежал бывалой женщине не самого кроткого нрава (в чем Снейп уже имел несчастье убедиться).
— Имейте в виду, — добавила она, — о Малфое я ничего не скажу. Он положил мне очень щедрое жалованье, и я не могу отплатить ему черной неблагодарностью. О, видите, как научилась заворачивать?
Эйприл хихикнула, но Снейп даже не улыбнулся. Судя по всему, Азкабан очень сильно поменял Люциуса, раз уж тот взял в услужение магглу и доверил ей сына, на которого дышать боялся!
Северус помнил, как однажды, будучи приглашен на вечеринку, вышел в сад и застал в беседке плачущую Нарциссу. Она хорошо его знала, но так и не сказала, в чем ее беда, хотя Снейп и догадывался. Увы, Нарцисса была слишком хорошо воспитана, чтобы разговаривать о чем-то личном с посторонними. Через полчаса она уже танцевала с мужем, улыбалась и выглядела, как обычно…
И он прекрасно помнил, как счастлив был Люциус, узнав, что у него родился сын. («Еще бы я забыл ту попойку…» — невольно подумал Северус.)
А потом случилась эта гнусная история с арестом, с усыновлением, со всем прочим, и Снейп, прежде вхожий в дом Малфоя на правах если не друга, так близкого знакомого, вовсе потерял туда доступ. Старый Дуайт был прав: из тюрьмы вышел совершенно иной человек, не прежний Люциус. Этот, новый, был злее и беспощаднее; должно быть, прежде его смягчала Нарцисса. Теперь же рядом с Малфоем оказалась маггла, которой он явно доверял, но которая вряд ли могла оказать на него положительное влияние. Скорее уж наоборот.
— Вас
— Вы правы, — осторожно сказал Снейп.
— А я тут причем?
— Вы сыграли не последнюю роль во всей этой истории, поэтому…
— Баш на баш, мистер, — перебила девушка, внимательно глядя на него в упор. В упор — но не в глаза, видимо, Люциус предупредил. — Я расскажу вам то, что мне известно о Гарри, а вы взамен поведаете мне о Драко. Очень, знаете ли, хочется узнать, зачем все это было устроено! Кем и как, я и без того знаю, но вот смысл… смысл ускользает.
Снейп подумал немного. В принципе, он ничего не терял: она наверняка почти обо всем догадалась, а к истории с Малфоем-младшим как раз он лично касательства не имел… ну, почти не имел.
— Хорошо, — кивнул он наконец.
— Тогда вы первый, — сказала Эйприл, болтая ногами. — Драко угодил в приемную семью после Гарри, да… Как это произошло, я примерно представляю: он был в больнице, когда арестовали родителей, а потом его выкрал этот… ну как его?
— Сириус Блэк, — сквозь зубы ответил Снейп. — Он близкий родственник Нарциссы, так что и красть не потребовалось…
— А как же отчетность? — поинтересовалась девушка. — И почему мистеру Малфою сказали, что Драко умер?
— Отчетность… — Снейп криво усмехнулся, огляделся и присел на поленницу. — Трудно ли подделать эту отчетность, если за дело берутся такие люди?
— Я так поняла, что Блэк был человеком Дамблдора? — уточнила Эйприл.
— Именно. Как и Джеймс Поттер.
— Но почему-то он теперь в Азкабане… — пробормотаа она. — Ладно, шут с ним, давайте дальше про Драко! За каким лешим потребовалось отдавать его куда-то на сторону, магглам? У меня есть своя версия, но я хочу услышать вашу!
— Гм… Как вы понимаете, мисс, Люциус — человек далеко не бедный и влиятельный. Он ведь был правой рукой… вы понимаете, кого.
— Был… — с непонятной интонацией протянула Эйприл. — Но я не улавливаю логики, мистер! Одно дело, если бы мистера Малфоя шантажировали сыном: мол, отдашь денежки, выдашь какую-то информацию, будешь верно служить силам добра и света — тогда увидишь сына. Он сидел бы смирно и не рыпался… А тут… ерунда какая-то. Капиталы и так конфисковали, допросить тоже могли, а сын… Вы ж его лучше моего знаете: когда мистеру Малфою стало нечего терять, он осатанел, только поэтому, наверно, и выжил в этой вашей тюрьме!
— Я предполагаю, что расчет был именно на то, чтобы сломать его, — неохотно произнес Снейп. — Сделать так, чтобы у него и мысли не появилось впредь лезть в политику и бизнес. Нарцисса… не выдержала. Люциус крепче, но…
— Но и он почти сдался, — негромко сказала девушка. — Хотя… Не знаю, не знаю. Быть может, если бы я не заявилась к нему на огонек, через некоторое время он бы оклемался и принялся не просто возвращать отобранное, а мстить. А судя по всему, мстил бы он долго, жестоко и с огромным удовольствием!