Апполион

Арментроут Дженнифер Ли

Акаша ожила в моей правой руке, когда я вскинула руку. Молния света изверглась из моей ладони, промчавшись более десяти футов и врезавшись в правый край валуна. С громким треском валун раскололся.

Люк бросился прочь с пути, но все же его осыпало обломочной россыпью. Он согнулся, готовый поцеловать землю.

–

Упс, - вздрогнула я.
– Прости?

Потирая спину, он отмахнулся рукой и прихрамывая направился в сторону Дикона, который пытался скрыть свой смех.

–

Заткнись, - заворчал он.

–

Ты должен

лучше понимать, что значит находиться так близко, - ответил Дикон.

Я вздохнула и повернулась к Солосу.

–

У меня ужасный прицел.

Солос кивнул.

–

Немного неуверенно.

–

Немного?
– мои брови приподнялись.

–

Ты попадаешь в цель, и я полагаю, это единственное, что имеет значение.

Взглянув на Айдена, я обнаружила, что его внимание сейчас было сосредоточено на спарринге между Леа и Оливией. Обе девушки были изумительными борцами и в равной степени соответствовали друг другу, а Айден находился в абсолютно инструкторском режиме, выкрикивая команды своим глубоким, необычайно мелодичным голосом. Я осознала, что скучала по такому индивидуальному вниманию.

Блин, я скучала по огромному количеству внимания.

Одно оставалось неизменным в течении этих трех дней - что-то определенно происходило с Айденом. Не то чтобы он избегал меня. Каждую ночь он присоединялся ко мне в кровати, прижимал к себе, и держал всю ночь. Но ничто не заходило дальше этого, даже несмотря на то, что я ощущала его желание. Он всего навсего не делал никаких шагов в этом направлении, и я не имела понятия почему это происходило. Я была более, чем уверена в том, как я оказывалась обернутой вокруг него было признаком того, что я скучала о счастливых временах.

Я прикусила нижнюю губу, когда повернулась назад к последнему валуну, встряхнув плечами. Не было больше кошмара о Сете, слава богам. Часть меня предполагала, что это имело отношение к тому факту, что я не засыпала до тех пор, пока не уснет Айден. Может быть всего лишь знание, что он был здесь, помогало, но он не приходил спать до позднего вечера, и обычно это означало, что мне потребуется еще пару часов, чтобы отключиться, и когда он просыпался с первыми лучами солнца, просыпалась и я. С того момента, как я была вовлечена в ежедневные тренировки по управлению акашей, я была измождена, словно жертва демона.

Но я прогнала прочь усталость. Как однажды сказал Маркус, я была кем угодно, но не глупой. Я знала почему Аполлон хотел, чтобы я работала над акашей. Он готовил меня к битве с Сетом. И мне потребуется всё, что есть в моем арсенале, чтобы избежать передачу силы, которая поставит точку во всем.

Была неустранимая проблема в тренировках для дуэли с Сетом. Как я должна бороться с ним, когда все что требуется ему, это просто прикоснуться и прошептать несколько слов на греческом?

Да, мы были обречены на провал.

Паника стучала у меня в груди, когда мой взгляд перемещался по всем тем, кто окружал меня. Если все пойдет не так,

что вполне вероятно, все они будут подвержены риску. Леа может закончить, как её сестра, Оливия как Калеб, Люк и Солос, как каждый Страж, который был убит Люцианом и его армией. Маркус может кончить как моя мама.

Мой взгляд остановился на Айдене.

Дикон встал и теперь стоял рядом со своим старшим братом. В лучах солнечного света его светлые локоны становились бледно-платинового оттенка. У братьев был одинаковый поразительный цвет глаз, но на этом сходство заканчивалось. Они были подобно инь и ян, ночь и день, стоящие рядом.

Руки Дикона были сомкнуты вокруг чего-то, и когда он поднял голову вверх, неподдельная улыбка растянулась на его губах и его серебристые глаза ярко заблестели. Айден рассмеялся, независимо от того, что сказал Дикон.

Они могут закончить как их родители.

Страх, который пришёл на смену панике, стянул мою кожу. Я потерла висок, заставляя дыхание стать равномерным. Никто не умрет. Это не случится. Мы все уже достаточно настрадались.

Но была Судьба. Плата по счетам не работала, когда дело касалось Судьбы. Её попросту не волновали прошлые заслуги, ну или она их не признавала.

Хотелось рухнуть на холодную, сырую траву и расплакаться, подобно озлобленному, толстому ребенку.

–

Алекс?
– тихий голос Солоса вырвал меня из моих беспокойных мыслей.

Я кивнула и сосредоточила свое внимание на последнем камне. Что мне не нравилось в применении акаши, так это тот факт, что гул в моей голове становился в эти моменты сильнее, будто высвобождение самого могущественного элемента каким-то образом воздействует на связь. Никто из Аполлионов даже и не подумал обсудить это в прошлом, поэтому у меня не было никакого понятия, было ли это правильным умозаключением.

Вызвав акашу, я высвободила её. Молния синего света была невероятно интенсивной, осыпаясь от собственной мощи. Все стихло и затем разделся еще один треск. На этот раз она попала в камень в самый центр и валун не взорвался, а превратился в кучку пыли.

Солос испустил короткий свист, пока пристально рассматривал пыль и опаленную под нею землю.

–

Напоминай мне, чтобы я никогда не выводил тебя из себя.

Я выдавила улыбку, когда отходила назад, позволяя гулу акаши успокоиться. Нагнувшись, я схватила свою воду.

Краем глаза я наблюдала как Оливия нанесла удар с разворота, который откинул Леа на несколько футов назад.

Айден захлопал.

–

Отлично, Оливия, - и затем обратился к Леа, - ты замешкалась. Если бы ты не колебалась, ты бы блокировала этот удар.

Кивая, Леа поднялась и смахнула с себя пыль. Она быстро вернулась в позу и продолжила тренировку.

Слабая, но досадная боль расцветала в моем виске, заставляя мой правый глаз дёргаться. Я отбросила бутылку и повернулась к Солосу. После разрушения валунов, я была передана Маркусу для работы над элементами.