Апостолы Антимира

Усачева Евгения Олеговна

– Я не могу понять одного: если Майнью знает, что ты сможешь воздействовать на него через девушку, почему он до сих пор не предпринял ни одной попытки её… убить или как-то навредить ей…

– Он не может, потому что в её венах течёт его кровь. Если б мог, она давным-давно бы была уже мертва.

Как же жестоко и цинично прозвучала эта фраза. И я ничем не мог помочь Аиде. Она оказалась втянута в эту нехорошую историю не по своей воле и пребывала в счастливом неведении. Я дал себе слово, что она не должна пострадать.

С каждым днём мне всё больше стало казаться, что это я помогаю колдуну, а не наоборот. Осознание пришло ко мне лишь после того, как дела зашли уже слишком далеко. Мы были нужны друг другу. В

одиночку я бы не одолел Майнью, а он не смог бы сдерживать его силу вечно: от служителя надо было избавиться. И единственный способ это сделать – выбросить его в портал Межмирья, который мог открыть только я. Однако то, что мы оказались друг у друга на виду в нужный момент, вселяло в меня подозрения. Мало того, Аида, которая могла нам помочь, тоже оказалась втянута в эту историю. Её не пришлось разыскивать. Видимо, колдун давно следил за служителем и всё спланировал. Что ж, в какой-то степени, мне это было только на руку. Об отдалённых последствиях нашего союза я старался не думать.

Когда в тот день я позвонил Майнью и сообщил, что хочу встретиться и поговорить, служитель, конечно же, уже знал, что угодит в ловушку. Но выбора у него не было. Наверное, он надеялся расправиться с нами в процессе восхождения, решив, что будет иметь преимущество над слабым человеческим организмом.

Организацией перелёта занималась Аида. И пока всё шло по плану.

***

Я пошёл на встречу с Майнью один. Она должна была состояться вечером в парке. Аида и Владислав остались недалеко от центрального входа. Девушка, словно кукла, не задавала лишних вопросов, находясь под чарами колдуна. Она не хотела ничего слушать, чародей полностью поработил её разум.

Майнью готовился. Когда мы встретились, я почувствовал силу, исходящую от него, которой не замечал раньше.

– Вы меня не послушали… Что ж, все последствия теперь будут на вашей совести.

Меня взбесила эта пафосная бравада.

– Думайте, что хотите, – ответил я, не желая в сотый раз объяснять ему мотивы своих поступков.

Но на какой-то ничтожный момент мне стало жаль Майнью. Моя интуиция будто раздвоилась. Боже! Я не знал, как правильно поступить. И некому было подсказать. Я уже хотел спросить в бессильном отчаянии, действительно ли Антибог представляет угрозу, но разве Майнью сказал бы мне правду? Конечно, он ответил бы, что я должен снять Печать во благо Антимира. Но не успел я открыть рта, как в один миг лицо служителя вдруг скривилось. А в следующее мгновение его объяло слабое ярко-фиолетовое пламя, взявшееся, буквально, из воздуха. Оно не обжигало его тело, но будто сковывало движения. Он не мог пошевелиться. Тут же к нам подбежал Владислав. Его руки чертили в воздухе какие-то замысловатые символы. Он был напряжён и предельно сосредоточен, удерживая Майнью на месте своей силой. Служитель пытался сопротивляться, но ничего не смог сделать. Он только беззвучно хрипел. Всполохи фиолетового огня постепенно гасли, и вместе с ними гасла его сила. Я отшатнулся от колдуна, увидев в нём разительные перемены. Его кожа почернела, а глаза стали ярко-зелёными и светящимися в темноте. Они обрели тот же оттенок, что и источник его силы. Он сам, и так имевший худощавое телосложение, истончился ещё больше.

Когда Майнью повалился на землю без чувств, Владислав пришёл в себя, став прежним. Он небрежно бросил мне верёвки и велел связать служителя, а сам куда-то ушёл.

Только потом я понял, что там, в темноте, недалеко от нас, на лавочке ничком лежала бесчувственная Аида, ведь она была связана с Майнью, и лишь благодаря ей колдун смог ослабить его. Эта манипуляция истощила её силы. Она находилась в глубоком обмороке, как и служитель. Мы дотащили их обоих до машины Владислава. Нашего врага колдун небрежно засунул в багажник, Аиду уложил на заднее

сидение. Мы повезли их ко мне домой.

Меня обуревали сомнения, правильно ли я поступаю. Но дело было сделано. Всё. Я перерезал все пути к отступлению, окончательно выбрав сторону сопротивления.

Владислав посадил и так обессиленного Майнью под замок. Он пришёл в себя вскоре после того как мы приехали и что-то невнятно бормотал.

– Как ты заставишь его отправиться с нами? Не силой же тащить его в самолёт? Путь не близкий.

– Поверь, я его заставлю. У меня есть рычаги воздействия, – таинственно ответил колдун.

– Какие? Это что, тайна? Даже от меня?

– Я же говорил, что могу воздействовать на него через Аиду.

– Воздействовать, но не лишать же воли!

Откуда мне тогда было знать, что Владислав пригрозил убить девушку в случае, если Майнью откажется отправиться к горе. А в случае её смерти, служитель лишался значительной части своих сил навсегда, благодаря их связи, в таком случае он потерял бы часть своей сущности, которая также была бы уничтожена с кровью Аиды, разбавленной его собственной.

Но даже в неведении методы колдуна и его поведение стали настораживать меня всё больше и больше. Он не раскрывал всех своих планов, и что у него на уме, было скрыто даже от меня. Я мог считывать души людей, но мне была доступна основная информация из их прошлого, будущее же я видеть не мог, поэтому и предугадать, как поступит колдун, и чего он вообще хочет, являлось для меня непосильной задачей.

6

Прямого рейса до Катманду не было: пришлось лететь с пересадкой в Дели. Майнью весь перелёт вёл себя спокойно. Он понимал, что мы задумали, но, скорее всего, думал, что сможет нас одолеть возле портала. От близости Межмирья, которое находилось за ним, у служителя могли восстановиться силы, поэтому всё надо было сделать быстро.

Перёлет из Катманду в Луклу занял не более получаса. Погода стояла хорошая. Начиналось лето. Нам надо было успеть совершить восхождение до начала сезона дождей. Времени на подготовку и акклиматизацию не было. Владиславу всё казалось нипочём, да и Майнью тоже, учитывая его нечеловеческое происхождение. Аида находилась под чарами и не могла адекватно мыслить – наше путешествие она воспринимала, как увлекательное приключение, но это, наверное, до первого обморожения или чего похуже. Она не могла насмотреться на своего обожаемого Владика, ловила каждое его слово и была занята лишь мыслями о нём. Вся окружающая красота гор, кажется, совсем её не волновала. Меня, признаться тоже, учитывая историю, в которую я умудрился встрять. Однако глаза, жадные до впечатлений, всё равно выхватывали из окружающей суматохи необычные картины чужой культуры.

В Лукле мы купили снаряжение, и пока ходили по рынкам и магазинам, меня не покидало ощущение тревоги. Она подступала к горлу, сжимала его, словно стальным обручем. Вначале я подумал, что так действует окружающая обстановка: всё-таки мы уже находились на высоте около трёх тысяч метров, но мой организм оказался намного выносливее, чем я себе представлял.

У меня перед глазами внезапно возник рисунок того художника, который лежал со мной в одной палате. «Торжество смерти». Да уж! Многих покорителей «самой-самой» пугали горами трупов, вмерзших в лёд, Я же относился к этим рассказам скептически. Да и после видения Антибога, после той истины о мире, что я постиг, меня бы вряд ли испугал вид трупа. Снизу всё выглядело прекрасно и романтично. Неприступные пики гор белели на фоне ярко-голубого неба, окаймлённые у подножия изумрудными шапками джунглей. Колорит местных деревень, которые мы проходили, в иной ситуации вызвал бы во мне интерес, но не тогда, когда я думал, что вряд ли вернусь живым обратно.