Апостол
Шрифт:
Вот только в той картине, в которой вы сейчас представили, уменьшите яркость примерно на девяносто восемь процентов. Ведь я по-прежнему находился в бездне. Узкие улицы окутывала вездесущая тьма. Ведь осветительные кристаллы под потолком почти не давали света. Даже с [Очами тьмы] можно было лишь едва различать очертания строений. И надо было смотреть в оба, чтобы не провалиться через отверстие в земле обратно на этаж, с которого я только что выбрался.
Требовалось попробовать осмотреться более основательно. Для этого я подошёл к ближайшему деревянному дому, чтобы запрыгнуть на него и тут
Пожав плечами, я всё же запрыгнул на дом и озадаченно почесал затылок. Что-то было видно на расстоянии едва ли пары сотен метров. Дальше взгляд упирался в серую дымчатую пелену, окружавшую этот город. Но самое интересное, что чуть дальше среди деревянных зданий я увидел нечто напоминающее церковь.
Это было полным бредом. Вряд ли где-то в одном из поглощённых миров могли исповедовать христианство. Но из любопытства я решил проверить.
Спрыгнув на землю, я зашагал в ту сторону, глядя под ноги, дабы не провалиться в один из тоннелей на нижний этаж. Именно поэтому я и не заметил летящий в меня удар, нанесённый искривлённым клинком. Однако я машинально выставил руку, и удар пришёлся на предплечье правой руки.
Клинок высек искры из намотанной на руку цепи, а я сурово уставился на возникшего из ниоткуда врага.
[Отголосок]. Эпический монстр. Преобладающие характеристики — ловкость, сила.
Выглядел монстр занимательно. С первого взгляда можно было даже подумать, что это никакой не монстр, а разумный. Просто редко встретишь монстра с таким количеством экипировки на теле. Вот только тот факт, что из-под его доспехов шла какая-то мглистая дымка, выдавал в нём существо иного порядка.
В гляделки мы с ним играли недолго. Через пару секунд Отголосок вновь оказался возле меня, и я заблокировал его взмах костяным клинком левой руки. А правой сделал укол мечом.
Клинок [Истязателя] не пробил доспех. Зато отбросил противника далеко назад, оставив на броне внушительную вмятину. Я не спешил бросаться в атаку. Мне было интересно понаблюдать за действиями противника. Он же, в свою очередь, не вёл себя, как типичный монстр. Вновь застыв, он буравил меня взглядом горящих глаз из прорезей своего шлема, будто раздумывая о чём-то. Но вскоре он вытянул руки в стороны, и округу огласил пронзительный визг.
Мне стало от него не по себе. Не то, чтобы я испытал страх. Просто в антураже заброшенного, почти что постапокалиптического города, такой резкий звук ощущался слишком чужеродно. Но на самом деле чужеродным здесь был только я. И это мне спешили объяснить другие местные обитатели.
Со всех сторон начали появляться новые Отголоски. И самое интересное, каждый из них был индивидуальностью. Разная экипировка. Разное оружие и даже, когда дело касалось преобладающих характеристик, описание также менялось. Основные характеристики у всех у них отличались.
Даже внешне явно прослеживалась
Первый Отголосок вновь попытался на меня напасть, и я понял, что игры кончились. Отведя его саблю в сторону костяным клинком, я схватил его голову второй рукой, предварительно выронив меч, и тут же нанёс укол в прорезь шлема.
Но тут меня ждала неудача. Нет. Связка была исполнена идеально. Я даже сам не ожил от себя такого, но эпическая ловкость сейчас не давала мне отставать от незаурядного ассасина. Вот только мой укол противник даже не заметил. Клинок будто пронзил пустоту внутри шлема.
После этого я повалил врага на землю и со всей силы всадил [Истязатель] ему в грудь. На этот раз меч пробил доспех, пригвоздив Отголосок к земле. Но тот по-прежнему был жив и дёргал конечностями, как жук на иголке.
Самое странное, что пока я возился с этим противником, остальные не спешили нападать. Но стоило ему упасть на землю, как в меня полетела стрела от стоящего неподалёку лучника.
Я уже почти уклонился от выстрела, но тут снаряд взорвался с не очень яркой вспышкой, но очень сильною ударной волной. Такой, что у меня аж уши заложило и, кажется, из них пошла кровь.
— Ну, ты у меня сейчас отгребёшь! — выругался я и высвободил свой меч.
Но ринуться на лучника мне не дали. Стоило мне отвернуться от первого поверженного противника, как в мою левую ногу вонзился всё тот же искривлённый клинок.
Я автоматически ушёл в сторону, и это позволило мне пропустить мимо себя вертикальный удар снизу вверх. Оказалось, что первый боец совершенно никак не пострадал. Даже несмотря на то, что его нагрудник сейчас был похож на полуоткрытую консерву. Но это, кажется, не доставляло ему никаких неудобств.
Тем временем лучник зевать не собирался и выпустил мне под ноги очередную взрывную стрелу. Взрыв поднял мою набедренную повязку, коим выступало полотенце из онсена, и я на секунду невольно показал всем окружающим свою голую задницу (и не только).
— Скотина! Больно же! — прокричал я, хватаясь за пах.
Это меня только разозлило. Практически не оборачиваясь, я снёс ринувшегося на меня со спины «саблиста» и побежал к лучнику.
Тот, как ни странно, не спешил отступать. Вместо этого он встретил меня сразу тремя взрывными стрелами, которые на секунду меня задержали, заставив прикрываться мечом. Но через мгновение я уже был возле лучника.
Тот успел лишь выставить вверх своё оружие, пытаясь защититься от моего удара. Я же просто с диким рычанием опустил на него [Истязателя]. Причём опустил клинок я плашмя. Что буквально вмяло стрелка в землю.
Его кожаная с металлическими вставками экипировка стала похожа на растёкшийся по земле блин. И я уже хотел было вернуться к первому противнику, всё ещё находясь под взглядами окруживших меня Отголосков. Но тут краем зрения я заметил, что лучник на самом деле не погиб.
Стоило мне отойти на метр от его останков, как он снова начал подниматься и приобретать прежнюю форму.