Апостол

Кошкин Дмитрий

Те же, кто окружил меня, разинули рты и снова обрушили на меня свой ультразвук, который я кое-как пережил, но это была лишь затравка. Так как из их открытых ртов тут же вырвались плевки. Я сразу же догадался, что это [Кислотная слюна] и со скоростью молнии ринулся к ближайшему противнику, хватая того за горло.

Перекинув его через себя и выбив «страйк» из нескольких мутантов подальше, я тут же отрубил голову его соседу. Да, позвонки у них были также неразрушимы, но вот связки между костями были всё ещё уязвимы для [Истязателя].

Поэтому голова даже подлетела на полметра вверх, а из шеи хлынул фонтан крови, как это любят изображать именно японцы в своих фильмах.

Силина и Варгал прикрывали бойцов дальнего боя, пока одна половина мутантов рвалась к выходу. Со второй же в это время сражался я.

У нас не было в планах выпускать всех одарённых из тюрьмы. Уверен, большинство из них попали сюда не просто так. И эта обезумевшая орава лишь подтверждала мои догадки.

Какими бы слабыми они не были, но всё же пару костяных клинков вспороли мне живот, разрезав мою жилетку. А чьи-то когти расцарапали всю спину.

— Вот гады! Обновку испоганили! — выругался я, резко разворачиваясь и хватая какую-то истеричку за волосы.

Да, женщины здесь тоже были, хоть и немного. Отшвырнув её в стену и, видимо, сломав ей тем самым хребет, я встретил уколом меча сразу двоих противников, одновременно их нашампурив и приподняв в воздух.

Когда взмахом клинка я заставил их улететь в сторону, то обнаружил, что противников больше не осталось.

— Как там?! Все целы?! — крикнул я в сторону выхода.

— В порядке! — ответила мне Силина.

Вся группа вошла в помещение, и люди заозирались, как-то уже даже обыденно глядя на учинённую бойню.

— Что это за придурки? — спросил наш стрелок по имени Робин.

Я лишь пожал плечами:

— Без понятия.

На этот вопрос я бы и сам хотел узнать ответ. Поэтому тут же связался с Диной, чтобы они там не переусердствовали и оставили как можно больше пленных.

Она меня заверила, что умирают только те, кто сопротивляется. Многие же добровольно сложили оружие и сдались. Так что вся поверхность и остальные этажи почти полностью под нашим контролем.

Удостоверившись, что всё нормально, я подошёл к следующей двери. Она была такая же бронированная, но проблем доставила ещё меньше, так как открывалась в обратную сторону. Поэтому вынес я её одним ударом ноги. Кусок металла упал с диким грохотом, и я первым вошёл в помещение.

И открывшаяся картина была уже куда более понятной. Строившие эту часть тюрьмы явно вдохновлялись американскими наработками в области проектирования всяких исправительных учреждений.

Перед нами раскинулся общий зал со столами и скамейками, а по бокам виднелись многочисленные решётчатые камеры в два этажа.

Но самое интересное это то, что находящиеся здесь заключённые стояли в несколько рядов перед проходом, явно готовясь к бою. Причём мужчины и женщины в данный момент

были вместе. Только парни вышли вперёд, прикрывая собой не столь многочисленных дам.

Тут же голос подал высокий широкоплечий мужик с бородой и сединой на висках:

— Ну что, братцы! Навались!

По его команде первые ряды сорвались с места и довольно скоро оказались передо мной. Бородач оказался ко мне ближе всех, и я на долю секунды даже растерялся, не понимая, как реагировать. Но когда передо мной оказался чужой кулак, думать мне перехотелось. Поэтому, уведя корпус влево и воспользовавшись колоссальным разрывом в ловкости, когда движения противника кажутся будто замедленной съёмкой, я мягко увёл его руку от себя. Затем я развернул мужика в обратную сторону и легонько толкнул в толпу, затормаживая сразу двух нападавших.

Однако остальные и не думали отступать. Казалось, что они собрались идти в последний бой, поэтому будто и терять им нечего.

Я уже думал, что придётся отправлять всех в нокаут и не сразу сообразил, что можно ведь обойтись малой кровью. Но, к счастью, об этом напомнил Варгал. Он появился рядом со мной и издал свой устрашающий рёв. Он сам по себе заставил толпу опешить. А когда я скомандовал всем замереть, применяя [Божественную волю], народ и вовсе застыл не в силах пошевелиться. Вот только не все.

Пока толпа стояла с разинутыми ртами и ошарашенно таращилась на нас с Варгалом, я заметил движение среди людей. А ещё сдавленный женский голос:

— Пустите! Дайте пройти! Да отойди ты, бездна тебя подери!

Матюгаясь, через строй протиснулась не кто иная, как Белла, и, выйдя вперёд, сначала радостно заулыбалась, увидев Варгала. Но когда заметила меня, её челюсть упала куда-то вниз, и её шок мало чем внешне отличался от шока остальных.

— Чего?! — Выдохнула она ошарашенно.

Затем она перевела взгляд на перевёртыша и задала вопрос ему:

— Это кто блин такой?! А ты в чём измазался?!

Тигр флегматично осмотрелся по сторонам и принял человеческую форму.

— Ты сначала объясни, чего вы тут устроили? — усмехнулся Варгал. — Своих не признаёте?

— Так! Кошак! Ты мне тут зубы не заговаривай! Кто это, блин, такой?!

Её палец упёрся в мою сторону, на что я недоумённо вскинул брови. С одной стороны, её реакция была нетипичной. Но с другой, вполне логичной.

— А у тебя оракул забрали? — отвечал ей Варгал. — Сама посмотри.

Белла явно уже давно запросила обо мне информацию, но до этого момента не могла поверить в происходящее. Рядом с ней уже стоял и Данте. Молодой парень с волосами средней длины и смазливым лицом. Он один из первых справился с шоком и теперь, не веря, улыбался:

— Да это же реально он! Белла, это Деменс!

Он не знал, что делать. То ли стоять на месте, то ли бросаться нам навстречу, поэтому просто застыл на месте.