Апостол Смерти
Шрифт:
Куда, к кому идти и что делать я, как обычно не знал, и решил вот уже в который раз импровизировать, начав хоть с чего-нибудь. Главное — войти в реку, а уж течение подхватит и понесёт куда надо.
Довольно долго я слонялся по городу, в надежде поймать зов интуиции или просто наткнуться на что-то, что даст мне направление, но в итоге только потратил время. Куда идти? Вернуться к Сумраку? Нет уж. Пускай расслабляется в ванной с пенкой и депутатской дочкой. Вряд ли она уйдёт оттуда в ближайшие
Антон просил повлиять на некроманта через кого-то, кто знает о роде его деятельности. Вариантов у меня немного, но вряд ли им под силу уговорить Сумрака одуматься, если этого не смог сделать и его лучший друг.
Я отправился к старым знакомым. Каково же было моё удивление, когда вместо Хеллсинга я увидел в комнатушке гостинки занятую ремонтом молодую пару! Стало быть, мой бывший проводник здесь больше не живёт.
В комнате совсем не было мебели, голые стены, на полу содранные куски старых обоев и не распакованные рулоны новых. Симпатичная девушка с кучерявым хвостом подметала пол, а высокий спортивный парень складывал большие куски обоев в мусорный мешок.
— Зашибись! А вы ещё кто такие? — чертыхнулся я, махнул рукой и пошёл обратно к двери.
— Я закончила. Ты всё? — услышал я звонкий как колокольчик женский голос.
— Ага. Скоро там родители помогать приедут?
— Да вот, с минуты на минуты должны.
— Мы, как всегда, вовремя.
— Чего?! — не поверил я своим ушам, круто развернулся, приблизился к парню и заглянул ему в лицо. — Да ла-а-адно!
Кто бы знал, что за несколько месяцев возможно так измениться! Возмужал, повзрослел, поправился и даже нарастил немного мышечной массы. В общем, Хеллсинга — простите, Алексея! — было просто не узнать, особенно с модельной стрижкой без приставучей сальной чёлки. Истощённое бледное лицо посвежело и округлилось, а в некогда стеклянных глазах плясало пламя жизни. Он был полностью здоров, адекватен и счастлив.
Спутницу его я тоже узнал. Медсестра Мария, на которую ему дал наводку Фантом. Я неоднократно видел её в больнице, когда присматривал за своим проводником. Значит, всё получилось, и жизнь мальчика для битья наконец наладилась.
— Ну… молодец, мужик, — пожал я плечами. — Можешь же, когда дядя Никита постарается… Кстати! Алёшенька!
Загоревшийся идеей, я коснулся его плеча и собрался внушить идею связаться с Сумраком, но и тут меня ждал подвох. Я отдёрнул руку, словно бы сунул её в работающий вентилятор. И у него стоит защита!
Леры дома не оказалось. Её мать и младший брат учили стих за кухонным столом, пока на плите варился суп. Майор расхаживал по спальне и что-то грозно выговаривал по сотовому кому-то из подчинённых. Я бы и рад попытаться повлиять на Сумрака через его отца, но помнил данный Игорем урок — сильным личностям, таким как сей офицер милиции, невозможно внушить свою волю.
Где же Лера? Бедная девчонка, надеюсь, не надумала навестить Демида, пока он там «расслабляется».
Я обошёл все комнаты, вышел в подъезд, спустился на первый этаж и уселся на лестницу. Что делать, если Лера тоже окажется под защитой? Кто ещё может знать, чем занимается этот Сумрак, будь он неладен!
С мысли меня сбил прошмыгнувший мимо чёрный силуэт. Я вытянул шею, чтобы разглядеть
— Лера!
Как и Хеллсинг, она тоже изменилась. Верхняя одежда осталась чёрной, но торбу-гробик заменила женственная лакированная сумка. Пирсинга под губой нет, с лёгким макияжем без мертвенной бледности и длинных стрелок на веках Лера стала ещё красивее, чем была.
История повторилась. И снова я как будто бы сунул руку в лопасти вентилятора. Лера тоже была защищена некромантической магией, а значит, я снова упёрся в тупик.
Двери лифта поползли в стороны, Лера зашла в кабину и сразу нажала на кнопку нужного этажа, и я остался один.
Глава 15 «Неприкаянные»
Нас трое. Я, Игорь и Антон. Мы стоим в абсолютно пустом чёрном пространстве, словно запертые в комнате без окон.
Здесь нет света, но мы видим друг друга так отчётливо, как если бы сами светились в темноте. Никого и ничего нет вокруг нас. Три потерянные души без настоящего и будущего, объятые безграничным небытием и жестокой неизвестностью.
Никто из нас не решается заговорить. Я смотрю на своих собратьев и вижу на их лицах одно выражение. Наверное, то же застыло и на моём. В них не страх, вопрос или нетерпение, а понимание того, что мы видим свой последний сон, что откроет нам последние врата. Те, в которые мы так долго стучали без ответа.
Она не заставляет нас долго ждать. Появляется из ниоткуда и медленно, беззвучно шагает вокруг нас.
Подойдя ко мне, ласково гладит по волосам, как любимого сына, и смотрит с особой материнской нежностью. Мне даже кажется, что если я брошусь в её объятия, она крепко прижмёт меня к груди, поцелует в макушку и тихо скажет, что всё обязательно будет хорошо, ведь она так сильно меня любит!
Игорь не удостаивается такой теплоты, но по плечу она гладит его, как самый преданный друг, готовый оказать поддержку и сочувствие. Одно её касание даёт ему понять, что нет никого ближе ему, чем она.
Дальше она не идёт. Стоит между мной и Игорем, касаясь наших предплечий, и смотрит на Антона. Я не могу, да и не пытаюсь понять незримую связь между потусторонней женщиной и неприкаянным духом. Он знает, за какие грехи обделён её любовью, и это не моё дело.
И вот всё меняется.
Мы с Игорем заперты в тесной стеклянной клетке, и не успеваем что-то понять, как начинаем задыхаться. Перед глазами мутнеет, в голове стоит шум, но я всё же замечаю, как по невидимой стене стучит Антон, в попытке нас освободить.
Сознание почти готово покинуть меня.
Я замечаю, что за нашими муками наблюдает Демид. За ним стоит похожая на куклу женщина и держит руку на его плече. На её плече рука адвоката, которого держит за плечо супруга. За ней ещё двое. Вся община стоит за своим предводителем. Скованные одной цепью, они наблюдают за мной и Игорем, как учёные за лабораторными крысами, и ждут результат. Они жаждут его!
Без сил я падаю на колени. Моя голова кружится так, словно я мертвецки пьян, воздуха всё меньше и меньше. На секунду или полчаса я выпадаю из этой реальности и вновь прихожу в себя, открываю глаза и вижу рядом с Демидом её.