Апория
Шрифт:
— О, ты так меня любишь? — я умилилась гневу придуманного инкуба.
— Мы же семья, — зловеще отозвался Вилли и погладил меня по коленке.
— А что дальше? — я коснулась тачпада.
— Это только общая предыстория для нового обновления, — отозвался Майкл. — Остальную информацию предоставят перед релизом, но он оттягивается. Из-за скандала.
— Какого? — я с любопытством посмотрела на скромного юношу, который нервозно наматывал на палец шнурок от капюшона.
— Ты вообще хоть чем-нибудь интересуешься,
На экран выскочила ведущая новостей, которая бодрым голосом затараторила:
“На Корпорацию “Модус”, специализирующуюся на выпуске капсул для игр с полным погружением в виртуальную реальность, а также на разработке программного обеспечения, подали судебный иск с обвинением в распространении порноконтента и пропаганде жестокости и нездорового образа жизни среди несовершеннолетних.”
Ведущая связалась с корреспондентом. Рядом с мужчиной стояла разгневанная женщина средних лет и вырывал из его рук микрофон:
“— Жертвоприношения, голые демоны с сиськами нараспашку, секс на кровавом алтаре! Бордели! Проститутки! Алкоголь! И это только капля всего безумия! Они развращают наших детей, мужей и жен! Сутками варятся в капсулах и выходят оттуда зомби, которые не интересуются ничем, кроме отвратительных фантазий извращенцев. Это заговор! Они хотят поработить нас! И контролировать через чипы в мозгу!”
Орущая тетка ударила себя кулаком по затылку:
“ — Они хотят превратить нас в рабов! Уничтожить! Не верьте им! Это рептилоиды в человеческом обличии!”
Видео моргнуло заставкой, и ведущая новостей с фальшивой улыбкой продолжила:
“ — Корпорация Модус отрицает связь с рептилоидами и подает встречный иск против “Борцов Правды”. Фанаты игры “Апория” назвали активистов лживыми и двуличными ханжами. После гневных постов неизвестные злоумышленники распространили в сети видео двадцатилетней давности, на котором Микэла Строг, возглавляющая “Борцов Правды”, запечатлена на оргии с участниками секты “Ласковое солнце”. Активисты заявили, что это ложь, провокация и монтаж.
— Однако независимые корреспонденты нашего канала отыскали бывшего главу “Ласкового Солнца” Анэрэ, который без прикрас рассказал о Микэле Строг.
— Да, я помню Микэлу, — седовласый старик многозначительно улыбнулся на камеру. — Никто не мог похвастаться такой глубокой глоткой, как эта крошка.”
— Слушай, будто о тебе говорят, — Вилли нажал на паузу и широко мне улыбнулся. — Тоже через двадцать лет маразматичкой станешь?
— Серж! — фыркнул Майкл.
— Вильгельм, — небрежно кинул “инкуб”, — или Вилли для друзей. А для близких друзей Вилли Торпеда.
—
— Красивое имя, — Майкл слабо улыбнулся. — Очень музыкальное.
— А мое, значит, тебе не нравится? — ревниво поинтересовался Вилли.
— Ты мне вообще не нравишься! — юноша забрал ноутбук и затолкал его в рюкзак.
— Лгунишка, — хохотнул Торпеда.
— То, что было в игре, — Майкл встал и наклонился к удивленному товарищу, — остается в игре, Вилли. Там я потаскуха, а здесь, мать его, гетеросексуальный мужик!
— Нахрена ты платьица надевал? — Вилли скривился.
— Чтобы на таких, как ты бабки закалачивать, — юноша сверкнул глазами. — Это бизнес, как и милая Мила в панталонах.
— Уже без, — встряла я в гневную тираду Майкла. — У тебя же панталоны украли.
— Новые куплю! — юноша перекинул рюкзак через плечо и гневно зашагал к выходу.
На улице Майкл пнул урну и сел за руль красного двухместного порше, который сорвался с парковки с урчанием сытого хищника.
— Показушник, — цокнул Вилли.
— Завидуешь? — взяла стаканчик с недопитым кофе и печально глотнула ароматной жидкости.
— Завидую, — кивнул Вильгельм и добавил, — но член у меня все равно больше.
— А у меня и члена нет, — я вздохнула. — Грусть, печаль, тоска.
— Я не верю, что он не педик, — Вилли уронил голову на стол. — Разочарование за разочарованием. Я в игре с него не слезу теперь.
— Если ее не прикроют, — я зевнула и покинула несчастного Торпеду, который зубы обломал о серьезного Майкла.
Глава 39. Деловое предложение
Я выскочила на улицу и побежала к белому припаркованном у соседнего дома внедорожнику. Внутри на заднем сидении бесновался Вилли — пританцовывал и подпевал мерзкой попсе, которая лилась из всех утюгов гнусавым мужским голосом. За рулем сидел угрюмый Майкл, который сжимал баранку до побелевших костяшек.
— Садись вперед, — прошипел Майкл, накинув капюшон на голову.
— Зануда, — фыркнул Вилли и одернул цветастую футболку, через тонкую ткань которой прослеживались очертания пирсинга.
— Да знаю я вас, — Майкл надел темные очки, — устроите порно-дискотеку в дороге.
— Фу, какая гадость, — Я села на переднее сидение и пристегнулась. — Я не такая.
Майкл повернул ко мне лицо, и его злой взгляд прожег во мне дыру даже через черные стекла очков.
— Я слишком хорошо знаю вас.
— Какие мы непогрешимые, — я тряхнула волосами. — Чего тебя не к паладинам монахом закинули?
— Мы можем не говорить об игре? — Майкл завел машину. — Я могу понять Вилли, который прожил там приличное время, но ты же там неделю пробыла! И привела мир к апокалипсису! Это же как надо умудриться?!