Аполлон 23

Ричардс Джастин

— А если никто не сможет починить систему? — пожал плечами Дженнингс. — Давайте предположим, что никто не может восстановить её, даже Джексон. И, возможно, просто возможно, Доктор прав. Это не должны быть инопланетяне, но если кто-то намеренно сломал систему на лунной базе, то не имеет значения, насколько хорош Джексон.

— Как вы думаете, кто может за этим стоять? — спросил Доктор. Он почувствовал, что Дженнингс не был убежден в причастности инопланетян.

— Черт возьми, мы заперли там много опасных людей, Док. У любого из них могли

быть друзья, готовые умереть за то, чтобы выпустить их на свободу или просто встретиться.

— Он гном, — сказал Доктор. — Разве я похож на гнома?

Дженнингс нахмурился. — Заговорщик? Вы имеете в виду, что он должен был быть небольшого роста, чтобы пробраться в отделение с оборудованием?

— Нет, нет, нет. Док — гном. А я — нет, — Доктор встал внутри Джипа, покачиваясь из стороны в стороны, когда тот набирал скорость. В конце концов джип подпрыгнул на огромной кочке и Доктор снова сел. — Как же звали этих гномов Белоснежки? Сонный, чихающий, вялый, сварливый, счастливый, застенчивый. По-моему правильно?

— И Док, — добавила Кэндейс. — Совершенно верно.

— Док — это не настроение, что меня всегда интересовало, но это определенно что-то уменьшительное. При чем тут я? Так что не называйте меня Док, ладно, агент Дженн?

Дженнингс улыбнулся. — Хорошо, Доктор. Но все равно, если вы встретите девушку, такую же хорошенькую, как Белоснежка, то дайте мне знать где её найти, хорошо?

— Она на луне, — сказал Доктор. — И я собираюсь её вернуть.

Грехем Хэйнс уже ждал их, когда они вернулись на базу «Гибискус». Он чуть ли не подпрыгивал от волнения.

— Мы начали сканирование до вашего отъезда, Доктор. Оно уже закончилось. Это невероятно! — сказал он Кэндейс.

— Что невероятно? — спросил Волински, выпрыгивая из джипа.

— То, что Доктор сделал с телескопом Хершеля, без связи с «Дианой», да ещё и с помощью дистанционного управления, — Хэйнс восторженно мотал головой. — Этот человек — гений.

— Конечно, — бросил Доктор, быстро шагая мимо них. — Давайте посмотрим, что нам покажет Хершель.

Валински, Дженнингс, Хекер и Хэйнс проследовали за Доктором в кабинет генерала. Хэйнс вывел результаты сканирования на экран компьютера.

— Неплохо для гнома, — тихо пробормотал Дженнингс.

— Простите? — спросил сконфуженный Хэйнс.

— Это выглядит, как простые яркие пятна на темном фоне, — сказал Волински. — Кто-нибудь объяснит мне, что это значит?

— Это значит, что Доктор прав, — сказала Кэндейс.

— Это значит, что у нас проблемы, — добавил Доктор.

— Вот эти оранжевые секции, как полосы в радуге — это всплески энергии, — объяснила Кэндейс. — Калиброванные, так же как и магнитно- резонансная томография. Магнитные резонансы, похожие на мозговые.

— Прибор обнаружил мозговые волны, — сказал Хэйнс. — Если сказать проще.

— И где эти мозговые волны?

— Мы не можем найти источник, — сказал Доктор. — Но транслируются

они сюда… — он показал на конец одной из полос радуги. — Это ваша база «Диана». А точнее, это исследовательское отделение профессора Джексона.

На некоторое время все замолчали, разглядывая картинку на экране.

— Волны транслируются постоянно? — спросил агент Дженнингс.

— Нет, происходят периодические всплески, — ответил Хэйнс. — Но эти всплески совпадают с использованием оборудования. Что истощает энергию, поэтому они обязаны зарегистрировать этот момент, — пояснил он.

— Джексон запускает свою машину, — сказал Доктор. — И в тот же момент происходит всплеск инопланетных мозговых волн. Снова и снова. Это не совпадение.

— И становится все хуже, — сказала всем Кэндейс. — Пока Хэйнс изучал данные, я решила взглянуть на другой конец нашей радуги, увеличив изображение с Хершеля до упора. Все происходит в режиме реального времени, там люди.

Она постучала по клавиатуре Волински, и уже через несколько секунд изображение сменилось на красные лучи, движущиеся сквозь тьму.

— Это происходит постоянно, — сказал Дженнингс. — Верно?

— Верно, — согласилась Кэндейс. — Больше нет зарегистрированных всплесков, но зато есть постоянный поток. Хорошая новость в том, что этот поток не попал на «Диану», он движется вверх. Но чтобы это ни было, оно на каком-то своем пути.

— Подкрепление, — сказал Доктор. — Загрузка, помните? До этого они отправляли мозговые волны, по одному инопланетному мозгу. Как запись файлов на CD диски, по очереди.

— А сейчас? — сказал Волински, показывая на экран.

— Постоянная загрузка огромного количества данных одновременно. Они просто увеличили пропускную способность и теперь могут отправлять более одного мозга за раз.

— Сколько? — удивленно спросил Дженнигс.

Доктор пожал плечами. — Для начала по одному на каждого человека на базе «Диана».

— Для начала? — присвистнув, спросил Хэйнс. — Что потом?

— По одному на каждого жителя Земли, — Доктор посмотрел на мрачные лица товарищей. — Они решили поскорей выполнить свой план и ускорили передачу. Возможно, это их тактика. Или их что-то испугало, и они решили действовать быстрее. Именно поэтому инопланетяне нарушили связь. Вот почему… — он показал на экран, — волны транслируются именно туда. Как только они получат подкрепление, то восстановят связь и более сильные придут на Землю.

— Но почему? Что их так сильно напугало и заставило изменить план? — спросил Волински.

Доктор грустно улыбнулся. — Я. Они знают, что я могу их остановить. Но я не могу сделать это отсюда. Я должен вернуться на Луну, и я думаю, что вы знаете, каким образом это возможно.

Хэйнс взглянул сначала на Волински, а затем на Хекер.

— Вы же не серьезно. Скажите мне, что вы не думаете о том, о чем я думаю, думаете вы.

— Доктор, — сказал Волински. — Нам нужно вам кое-что показать.