Апокалипсис
Шрифт:
«Почему ты не спишь?» — раздалось у меня в голове. — «Тебе необходимо как следует выспаться».
— Мне страшно, — прошептала я. — Пожары, смерти, гибнущие люди. Я боюсь темноты.
В спальне тут же зажегся мягкий, приглушенный свет, но я все равно вздрогнула и зажмурилась, а потом снова обняла себя руками и сжалась под пристальным взглядом мужа.
«Страшный сон?
Смерть тяжело вздохнул, затем взял меня за плечи и притянул к себе. С секунду я была напряжена, но рука супруга медленно провела по моей спине. Потом еще раз и еще. Эти прикосновения меня успокаивали.
«Посмотри на меня», — приказал он.
Я немедленно повиновалась, и его мерцающие в свете ночника глаза взглянули прямо мне в душу.
«Все хорошо, милая, успокойся. Ничего больше не бойся, ты дома, ты в безопасности», — заурчал в моей голове мягкий и завораживающий голос принца Невидимых.
И я ощутила, как он медленно, слой за слоем, убирает из моего сознания все страхи, перетасовывает и выбрасывает картины войн и разрушений, виды гибнущей планеты, бомбежки, сирену воздушной тревоги. Я все еще вздрагивала на груди Смерти, но постепенно ко мне возвращались тепло и покой.
— Я… я… — Перестав, наконец, бояться, я вцепилась изо всей силы в плечи мужа, впилась ногтями, обломанными после недавней борьбы с молнией на джинсах, в его золотистую кожу. — Я больше никогда не последую за тобой. Обещаю.
«Конечно, нет, милая, не последуешь, но неужели ты не подумала о том, что с тобой там могло что-то случиться? Ты бы все равно выжила, ты бессмертна, но… учись уже думать о последствиях своих поступков и об ответственности за них». — Он медленно отклонился назад и посмотрел на меня сверху вниз. — «Ночных кошмаров у тебя больше никогда не будет».
— Спасибо, — шепнула я, снова утыкаясь лицом ему в грудь. — Но Хобо… мне так жаль.
Я шмыгнула носом. Пальцы Смерти погрузились в мои волосы, сжались и потянули, заставляя запрокинуть голову.
«Он нарушил мой приказ».
— Знаю. И в этом виновата я.
«Ты — принцесса, ты не можешь
— Как скажешь. Но… я не могу об этом не думать! — Я немного помолчала, а потом посмотрела в глаза Смерти. — В том мире ты был самим собой, вот как сейчас, почему?
«Наши образы зависят от верований существ в разных мирах, они видят нас такими, какими хотят сами. А теперь ложись и спи!»
Он тихонько толкнул меня на подушки, укрыл одеялом. Он заботился обо мне! А ведь совсем недавно я не знала, позволит ли он мне жить вообще или нет.
— Прости меня, — шепнула я едва слышно, он кивнул. — И… обними меня. Ложись рядом, прошу тебя.
Смерть ничего не сказал, но одежда его исчезла, и он скользнул ко мне под одеяло. Я тут же прижалась к нему, свернулась калачиком у него под боком, обхватила его руку своими руками. Только теперь я начала по-настоящему согреваться. Когда рядом со мной был Он, мой муж. Веки мои сделались тяжелыми, я стала уплывать в сон и тут же почувствовала, как Смерть собрался уходить. Я дернулась.
— Нет, останься! — я умоляла его взглядом и голосом, всеми своими силами. — Пожалуйста, не уходи. Я хочу спать рядом с тобой, хочу проснуться, и чтобы ты все еще был рядом… и держи меня крепко-крепко, хорошо?
«Хорошо», — раздалось у меня в голове эхом, и я наконец-то позволила себе заснуть.
В этот раз без всяких снов. А Смерть лежал рядом.
Я никогда больше не захочу даже думать о грандиозных «фэнтези-сражениях», мне не придет в голову даже краем глаза следить за битвой. Это не приключение. Это воистину страшно! Мне неведомо, в чем провинился тот мир и населяющие его души, я не хочу об этом думать, не хочу об этом знать. Всадники Апокалипсиса — Хирурги мироздания, а, следовательно, причина есть всегда. Может быть, когда-нибудь потом я и разберусь с этим, но пока я не готова. Я — человек, просто человек из обычного мира, и я долго жила среди таких же, как и я, обычных людей. И пусть мой муж и очистил мое сознание, но я никогда не забуду того, что мне довелось увидеть в тот страшный день.