Апокалипсис
Шрифт:
Через двадцать минут они стали замедляться и шли все медленнее. Я подобрался ближе и услышал их разговор.
– Пошла быстрее, дура! Хочешь, чтобы меня подстрелили из-за тебя?
Заплаканная девушка, подволакивая ногу, шла рядом с ним. Он держал ее за руку и не отпускал далеко от себя.
Я успел осмотреть его до того, как он оглянулся, а я спрятался за деревом. Впрочем, можно было этого и не делать. Темно.
Итак. Небритый. Европейская наружность. В целом ничем непримечательный мужик. Пройдешь мимо и не запомнишь.
Девушка вновь зарыдала и споткнулась о корень.
Она взмолилась.
– Отпустите меня пожалуйста-а-а-а.
– Заткнись!
– Встряхнул ее похититель, отчего она прикусила язык.
– Смотреть под ноги надо, дура. Как мне теперь тебя через весь лес тащить, если у тебя нога подвернута?
Она заплакала пуще прежнего.
– Да заткнись, я сказал! Черт. Стой. Привал.
Они остановились.
Он толкнул девушку и она, взвизгнув, упала на землю, так и, оставшись лежать. Держалась за ногу и плакала. А он снял с плеча автомат известной мне марки, так как я сам закупил несколько таких для поселения и отошел в сторону. Девушку он оставил в пятне света.
Его задумка была понятна. Он видимо ожидал преследования и оставил девушку как приманку, а сам в это время отошел в темноту и залег в удобном месте, держа на прицеле тропу по которой они шли. Я был сбоку от них и все видел.
Обходить его вокруг я не стал. Незачем. И так достану.
Сняв с плеча ружье, я встал на колено, приставил приклад к плечу и несколько раз вдохнул, выдохнул, выравнивая дыхание. Прицелился в корпус бандита и на выдохе мягко нажал на спусковой крючок. Выстрел. Удар приклада в плечо. Я покачнулся. Ствол от отдачи ушел выше, а бандит раненый в спину взвыл и стал кататься по дну в канавы, в которую залез.
– А-а-а-а.
Надрываясь от боли он, не переставая, кричал. Автомат был откинут в сторону. Это уже агония. Я встал в полный рост, прошел мимо рыдающей на земле девушки, зажавшей глаза ладошками, и выстрелил в мужика еще раз, прерывая его мучения. Обыск и копание могилы для него был потом.
– Долго еще плакать будешь?
– А?
Девушка решилась убрать ладошки от лица и посмотрела на меня.
Совсем молоденькая, заметил я.
– Ты в порядке?
–
– А ты кто?
Она шмыгнула носом и вытерла рукой слезы.
– Это я прилетел к вам на помощь. Видела бот?
– Нет, - она отрицательно мотнула головой.
– Я в доме пряталась.
– Не важно. Я сейчас закопаю этого, - я мотнул головой в сторону, - и будем возвращаться в ваше поселение. Ты идти то сможешь?
– Не знаю. Болит.
Она показала на ногу, распухшую ниже щиколотки.
– Держи, - бросил я ей мазь.
– Втирай медленно и не переборщи. Мазь дорогая. А я пока похороню твоего похитителя по-человечески.
Саперная лопатка у меня складная, в рюкзаке. Много ей, конечно, не накопаешь, но на полметра вглубь земли я заглубился. Сбросив труп в яму, я стал её закапывать. Торопился. Слышен рык зверей. Как бы они нас не учуяли.
Как закончил, подобрал палку, перерубил ее пополам, укорачивая, и вернулся на свет. Девушка встретила меня с радостью. Тюбик с мазью был выдавлен наполовину. Я только страдальчески поморщился и забрал его.
– Это тебе, - вручил я ей корявую палку.
– Опирайся на нее при ходьбе.
– Спасибо, - поблагодарила она меня.
– Вставай уже.
Я помог ей поднять с земли и указал направление.
– Идешь впереди. Не разговариваем. Я буду приглядывать за тобой и за нашей спиной. А теперь вперед. Я хочу вернуться к вечеру.
Прихрамывая и часто-часто оглядываясь на меня, она пошла. Приходилось ее поправлять, когда она сворачивала не туда, но мы вышли из леса без происшествий.
Деревня выглядела жалко. Все строения, кроме тех, что были в центре, сгорели. Огороды рядом с домами тоже. Выжившие, собрались рядом с 'Вепрем'. Внутрь они попасть не могли. Как только я покинул борт, Богдан закрыл за мной аппарель.
– Ой. Все сгорело, - расстроено сказала девушка.
Пока шли от опушки леса к деревне успели поболтать.
– На вас первый раз напали бандиты?
– Да, - она посмотрела на меня с удивлением и растерянностью.
– Нам никто не говорил, что здесь живут преступники.
Вот наивная.
– А живете вы здесь давно?