Апофеоз
Шрифт:
— Уничтожить богов и установить новый порядок, — усмехнулся я. — А вы недооценили пришедших в ваш мир демонов и в своей гордыне решили, что легко с ними расправитесь… Не забывай, я видел и твои воспоминания.
— Они не демоны, — Весла поморщилась, будто от зубной боли. — Мы уже очень давно отрезали демонические планы от всех остальных планов Оминариса, но всё же знаем и как их определить, и как уничтожить. Мы проверяли…
— Как бы то ни было, я уничтожил Саэлис, а душу бедной девочки отправил на перерождение, — я резко вернулся к теме. — Вы бы это сделать не смогли. Ты не думала, что я действую сейчас так же, как та четвёрка тысячу лет назад?
— Мы всего лишь хотим вернуть всё на свои места, — богиня склонила голову с взглядом полным покорности, вот только перед этим в её глазах на мгновение сверкнул гнев. Или мне показалось? — Никакого неравенства и принуждения. Если мы и используем тебя, Неназываемый, то только для того, чтобы не повторить своих ошибок. Я уже говорила: я всегда приму тебя, каким бы ты ни был! Ты прав, я виновата, и я смиренно принимаю твой гнев.
— Прости её, и этого будет достаточно, — мягко сказал я, открыл забрало и добавил: Миель и Витурия теперь вместе, их души у тебя… отпусти всю ту горечь, что ещё жжёт тебя. Любовь и ненависть — две стороны одной и той же монеты. Но я не хочу, чтобы у богини Любви оставалось неудовлетворённое желание мести.
— Будь по-твоему, — Весла громко выдохнула. — Я прощаю тебя, — она подняла голову, и я почувствовал острый магический импульс, ушедший куда-то ввысь. Она вновь посмотрела на меня и лукаво улыбнулась. — Однако у меня всё ещё остались неудовлетворённые желания…
Я рассмеялся, и этот смех будто вывел из ступора всех свидетелей нашего разговора. Подошёл Ханнар и стал докладывать богине, я повернулся к своим. Хельга бухнула кулаком по груди, её жест повторили два оставшихся гвардейца. Гильт повесил молот на пояс и встал за моей спиной, шипы на его теле медленно втягивались внутрь. Ванорз, тоже потрёпанный, вблизи это стало хорошо заметно, радостно бросился ко мне в порыве чувств, и я приобнял его, похлопав по спине. Хамель и Ярна тоже подошли, но держали себя сдержанней.
Я скомандовал всем привести себя в порядок, а сам поспешил к раненым. Первым делом отыскал гвардейцев. К сожалению, Гильт оказался прав: двое были мертвы. Одного звали Бартель, а вторым оказался совсем молодой паренёк по имени Беренд — именно он прикрыл собой лорда. Третий, Йост, был без сознания, но жив, и я быстро подлечил его, перелив позитивной энергии.
Потом я бросился помогать жрецам, и, пожалуй, мы ещё даже половины не осмотрели, как меня отвлекли. Остатки войска добили оставшихся демонов и сейчас выстроились перед шатром. На взгляд, сотен десять… наверняка Ханнар мог бы назвать точное число, но я не хотел его ради этого беспокоить. Ни одного жреца или мага среди тех, кто собрался в отряды, я не увидел — все они были заняты ранеными, многие разбрелись по полю в поисках выживших. Лучников тоже было очень мало.
— Дети мои! — вышла вперёд богиня. — Сегодняшняя битва была ужасна. Мы заплатили чудовищную цену. И я не могу обещать вам, что этого не повторится… Но все вы стали сегодня участниками величайшей победы! Неназываемый сразил Саэлис!!!
Выстроившиеся эльфы взметнули к небу своё оружие и огласили воздух радостными криками.
— Но не просто победил пришедшую извне сущность, выдающую себя за богиню, а окончательно её уничтожил! Самозванка больше никогда не вернётся! Раскол среди Перворожденных закончен. Больше не будет саэлин и драэлин, больше
Весла подождала, пока смолкнут восторженные крики, и продолжила:
— Мы победили здесь, но остались ещё двое пришлых. И чтобы сразить их, понадобятся ещё большие усилия. Мерзкий порядок пришлых будет стоять, пока стоит столица Империи, думаю, все вы это понимаете. А чтобы взять столицу, нам надо лишить Империю земель. Теперь, когда раскола больше нет, нам предстоит освободить Суплейн и ударить по столице с севера. Лорд Форка взял всю ответственность за мятеж на себя и просил не наказывать его внука, возглавляющего сейчас гарнизон города. Он утверждал, что они откроют ворота и сдадут город на нашу милость. Так идите и проверьте это. Если это так, пусть они выводят всех и позаботятся о раненых. Если же нет… они познают гнев своей матери!
Воины снова закричали и потрясли оружием в воздухе, после чего отряды развернулись и зашагали к городу. К богине и лорду подвели коней.
— Настала пора разобраться с Даниелем, — Весла повернулась ко мне. — Ты с нами?
— Позволь мне сделать это, — я выделил слово «мне», и их глаза расширились от удивления. — Боюсь, ты проявишь излишнее милосердие, — богиня собиралась возразить, но я не дал ей этого сделать. — Даже если нет, это твой старый знакомый, да и не гоже матери принимать такие решения. Благодаря Близости ты всё увидишь. Отправляйтесь с войсками, я скоро вас догоню.
Я ожидал возражений, но богиня молча поклонилась, повернула коня и поскакала к уходящим отрядам. Остолбеневший было Ханнар растерянно повторил поклон и, пришпорив коня, направился вслед за ней.
Глава 29
— Ну ты даёшь! — весело воскликнул Ванорз, и я повернулся к нему. — А нам что делать?
— Приглядите за ранеными, — Хельга, стоявшая рядом, отсалютовала, принимая приказ. — Если что, отправляйтесь с ними в город. Гильт останется с вами, так я всегда вас найду. Ярна, полетели к ставке противника.
Драконица без лишних слов обратилась, и мы снова направились к шатру противника. Поле битвы заволокло фиолетовое марево от испаряющихся трупов демонов, и это придавало ему некую атмосферу нереальности; впрочем, может, так было и лучше, поскольку дымка затрудняла видимость и скрывала под собой изуродованные тела павших эльфов.
Ярна приземлилась на площадке, где раньше находился портал, и я спрыгнул с её спины, компенсируя падение взмахом крыльев.
«Не перекидывайся, — приказал я драконице, пока ещё сидел в седле. — Я быстро».
Распахнув плотно затворённый полог, я решительно шагнул внутрь. Лорд Даниель сидел на кресле за столом, устало склонив голову; его окружали шестеро воинов из свиты. Они даже мечи свои не обнажили, обратив все взгляды на старика. Даниель поднял голову и сделал им знак рукой. Воины поклонились, с опаской, я бы даже сказал, с суеверным ужасом посмотрели на меня и, обойдя по сторонам, вышли из шатра.
— Правильное решение, — похвалил я его и мой спектральный голос прозвучал с усмешкой.