Апофеоз

Винокуров Юрий

Что, в общем-то, неудивительно: я как главный Краб взял себе самого толстого и главного акционера Консорциума Арена.

— Оборонительный порядок, — скинул я отряду позиции. — Прикрывайте.

После чего раскрабился Крабом, открывая ложемент. Тот самый «полевой аргумент» надо блин делать своими руками. Неохота-а-а… Но надо, блин.

Вылез из ложемента и потрусил к захваченному, согласно тактической карте, зданию.

— Здание под контролем, главнокомандующий Краб! Цели захвачены!

— Угу, — кивнул я донному у входа. — Сдаваться этот

Дорс не желает?

— Никак нет, главнокомандующий Краб! Эмоционально нестабилен, ведёт речь исключительно обесцененной лексикой, необоснованно угрожает. Могу воспроизвести, главнокомандующий Краб!

— Нахер, — отмахнулся я. — И вообще, донный — не учись плохому. Я тебя сам потом научу. Тащи этого придурка сюда.

— Слушаюсь, главнокомандующий Краб!

И стал я морально готовится. Дело в том, что полевые пытки… вещь мерзкая. Они вообще мерзкая, но полевые, которые допросом иногда называют — особо. Это надо в сжатые сроки, чем быстрее, тем лучше, заставить человека, которых нихрена не будет заставляться. И боль, которой в общем-то можно любого сломать (за исключением уж совсем отбитых, вроде бывают мутанты, просто помирающие), неважно насколько сильная, далеко не всегда помогает. Шок, адреналин там всякий, или можно переборщить и пытаемый вообще вырубится. А время дорого, он не вырубленный нужен.

И, соответственно, по писарской, да и не только, науке, для максимально быстрого и надёжного результата нужны калечащие методы. Чтоб из шока «ни хрена не скажу и не сделаю, сволочи!» в шок «на всё угу» ввести.

Мерзко, но надо, вздохнул я. Это, банально жизни спасёт, и своих и даже придурков аренных.

— Что такое, сэр? — вдруг отмыслетекстил Дживс, пока я хмуро наблюдал за тащимым раками телом.

Тело отличалось изрядной округлостью, дёргалось и материлось, как сволочь. Но был это и вправду крупнейший акционер.

— Да не охота, а надо Дживс.

— Вы про пытки, сэр?

— Угу.

— Так не пытайте, сэр.

— Блин, партнёр, ты охерительно здорово сказал! — ядовито отмыслетекстил я. — А этих придурков на обшивке убивать. Да и у нас не факт, что потерь не будет.

— Хм, сэр. Напоминаю вам: Вега, совет директоров.

— Бли-и-ин. Просто забыл, Дживс. Точнее старался не вспоминать — мерзко. Но в данном случае лучше, — повеселел я.

— Всегда к вашим услугам, сэр.

В общем, подумал я с минуту, повспоминал как колдунствовать мозготрах «на всё угу», ну и через пару минут дядька радостно и с песней отзывал аренников с обшивки станции.

Причём хватило только его приказа — будучи самым толстым, он был и «главнокомандующим».

Вот всё зашибись, только ни хрена, встряхнулся я. Ну ладно, с аренными справились, ай молодцы. А морда казлиная, блин, где?!

И начал я теребить народ на тему работы сигналок. И нихрена, блин! И рачьё, Серпами облетавшее народ на кораблях — выдавали гордый нуль.

— Блин, партнёр, похоже зря летали, — через полчаса выдал я.

Нет, всякое, конечно, бывает, но места, где есть живые — мы проверили.

И отклика на присутствие эфирной сволочи — нет. В технике он заныкаться в теории мог. Но учитывая на его реакцию на предложение это сделать — слабо верится.

— В плане охоты на казла — похоже на то, сэр. Но явно не «зря», сэр.

— Ну так-то «да», — признал я, отслеживая отчёт раков о захвате пилотов. — Но затевалось-то всё не для этого. Может помер, козлина, всё-таки?

— Совсем исключить такой вариант я не могу, сэр. А возможно — восстанавливается после нанесённых вами повреждений. Или посчитал что это ловушка. Или…

— Возможно, возможно, — буркнул я. — Бесит! Ну да ладно, так, займёмся порабощением этих придурков. Ещё бы их выпнуть из Сектора…

— Так зафрахтуйте транспортный корабль, сэр. Их довольно много в системе.

— Логично. Ладно, сейчас на станции разберёмся — займусь.

И принялись мы разбираться. Отсеивать менеджмент, вязать долгами, переправлять на Кистень. Как и трофеи — Досы в пустоте не валяются, а тут хоть и хлам, но ремонтопригодный. И переделываемый, при желании.

И Нади чуть жуткую рыбодевку не отпустила! Нехрен-нахрен, не хочу чтоб это чудище со мной в Секторе обитало! Пусть в Стригеле обитает, там у аристо извращенства всякие востребованы!

В общем, оказалось у нас около пятидесяти морд и рыл аренных деляг и высшего менеджмента консорциума, с огромными долгами, на них навешанными.

А козлина так и не появился. Народ из системы Арена уже стал потихоньку сваливать, так что вряд ли «опаздал», болезный.

Ну а у меня глаз зацепился за название корабля в списке в системе болтающихся.

— Привет, Гокс, — обратился я к знакомому торгашу, первому клиенту станции Инея, точнее их доставивший, капитан корыта «Рачительный».

— Здрасти, твоё лордство. Резко ты их и быстро, прям красота! И вот как ты дозволил, так я туда куда дозволил не ходить — не ходил! — обрушил на меня поток сознания дядька.

— Ты это… — попробовал я отойти от контузии. — Помолчи и послушай, вот.

— Слушаю, твоё крабское лордство! — с готовностью выдал капитан.

— Вот, хоть один человек меня правильно титулует! — важно воздел я клешню, отключив селектор. — Так, у нас полтинник человек. Неплохо образованы, опыт управления, всё такое. Задача — доставить с долговыми контрактами в Сектор Стригель и там эти контракты реализовать. Справишься?

— Чего ж не справится, справлюсь. Только, а если выкупать не будут?

— Блин, да хоть доплати! — хмыкнул я. — Компенсирую. В разумных пределах! Тьфу, блин, — сплюнул я. — Так, доплата, если не будут брать — в разумных пределах. И её, разумную, я полностью компенсирую.

— Как твоей лордственности изволится. Сделаю, исполню. А сколько…

— Нормальный фрахт устроит? — хмыкнул я.

— Устроит, лорд.

— Ну принимай товар тогда.

Вот и головной болью меньше, довольно заключил я. Правда Арену до сих пор разгарб… трофеили, под чутким Лориным руководством.