Апельсиновые войны

жан.пацифист

– Ээ. Что за чепуху ты городишь, жещина?

– Спасибо, что ты со мной.

– Драму тут разводишь. – фыркнул мечник.

– Из-за тебя, идиота.

– Ты пьяна.

– Не правда!

Парень поднял с песка пустую флягу и потряс ею в воздухе.

– Ещё как пьяна. Здесь было ровно 70 градусов и 400 грамм, а теперь они все здесь. – без каких-либо

намерений он легонько хлопнул её по груди. Девушка хихикнула.

– Никогда не умела пить.

– Это хреново. Девушка должна уметь напиваться так, чтобы самой не шагать до дома.

– Что за бред ты несёшь? А как же материнство и дети?

– Мне на это плевать.

– А мне казалось, что ты заботливый и в душе любишь детей?

– Крестись, дура.

– Ха! – она выхватила флягу из его руки и бросила в костёр.

– Что творишь, ведьма?! – мечник вскочил и палкой принялся выуживать из огня довольно плавкий металл. Рыжая засмеялась, потом увидела, что он без рубашки, взглянула на свои рукава.

– О! А я сижу в твоей рубашке!

– Сделала открытие.

– Тебе не холодно?

Зоро наконец выудил свою любимую флягу и пинком отправил её остужаться на мокрый песок.

– Мне бы сюда горячую девку…

– А я чем не гожусь?! – Нами, крякнув пару раз, поднялась на ноги и устояла, уперев руки в боки, около десяти секунд, после чего свалилась обратно. Парень громко заржал.

– Как дитя малое.

– Я тебя привлекаю? – девушка попыталась сделать, вероятно, эротичный жест, но вместо этого получилось что-то вроде наминания собственного лица.

– Ты? Ты не сексуальней этого корыта. – он ткнул палкой, которую всё ещё держал, в сторону лодки.

– Да лааадно. – протянула она. Внезапно рыжеволосая успокоилась, помахала ему рукой.

– Чего машешь, крыша поехала?

– Садись обратно, становится холодно.

Мечник сел, опять закрыв её своей массивной спиной.

– Ты не мёрзнешь?

– Нет.

– Знаешь, было бы разумнее лечь спать в лодку.

– Тогда пойдём.

Оба доковыляли до судёнышка, причём парень практически тащил девушку по песку.

– У меня есть ещё один отличный план!

– Пьяная баба…

Нами сняла с себя его рубашку и улеглась на дно лодки.

– Теперь ты ложись, и можно накрыться твоей тряпкой.

– Не похоже, что ты пьяна.

Рыжая громко икнула.

– Или похоже. – буркнул он, но послушался её совета. Действительно, стало намного теплее и удобнее.

– Зоро, от тебя разит потом. – мучительно простонала девушка.

– Иди к чёрту, ведьма. – усмехнулся в ответ Зоро и прижался к ней сильнее.

– Фууу… Потный мужлан… У меня умер нос…

– Всё. Тихо. Спи. – мечник улыбнулся и закрыл глаза.

К чему приводят пляж, приливы и враньё

Вполне возможно, что глава эта никому не понравится. Потому что в ней, впринципе, нет особой нужды. Зато тут есть пара диалогов, которые.. Ээ.. Помогают раскрыть персонажей? Я без понятия == Могу немного проспойлерить: когда эти двое вернутся на корабль, откроется адовый "звездун", ну вы меня поняли :З

_______________________________________________________________________________

Он открыл глаза, пробуждённый лёгкой качкой и резким наклоном судна из-за набежавшей волны. Под боком лежала какого-то жуткого вида девушка. Зоро привстал на локте и глянул за борт – вода.

– ДЪЯВОЛ!

Нами заворочалась, открыла глаза.

– Ну, щвоты тымарёшь? – неразборчиво протянула она. Вместо ответа мечник безжалостно подхватил её под руки – благо, лифчик ещё как-то держался сам по себе – и окунул головой в морскую воду. Две секунды и, фыркая и отплёвываясь, рыжая голова показалась над гладью.

– Мой собственный рецепт от похмелья. – усмехнулся парень.

– Что… Мы в море?! А как же?.. Чёрт! Видимо вода за ночь поднялась… — тут навигатор заметила, куда уставился Зоро. Чашечки от нижнего-верхнего белья лежали на дне лодки. Девушка быстро среагировала, схватила валяющуюся рубашку и быстро одела её.

– Хах! Теперь я смогу сказать, что видел тебя голой! – заржал Зоро, а потом добавил. – Грудь, как у двенадцатилетней.

– Что?! – Нами издала дикое злобное шипение и принялась, зажмурив глаза, атаковать лицо мечника ногтями. Но руки её были схвачены, сама она была повалена на дно. Ророноа перехватил обе её руки в одну свою ладонь, крепко сжал их, другой рукой залез под свою рубашку, когда-то надетой на него самого.

– Я же сказал, как у двенадцатилетней.

– Что ты делаешь?! – она всё ещё жмурилась и постепенно покрывалась краской.

– То, что давно хотел сделать. – пошло улыбнулся он.

– Л-лодка может перевернуться, оставь меня в покое!

– Кровати подо мной никогда не переворачивались, а лодки и подавно… — прохладная рука скользнула по груди.

– М-мы должны найти корабль!!

– Чем тебе не нравится эта «ладья»?