Апельсинки для Осинкина
Шрифт:
Я видел много аварий на своем веку. Попадал в такие ситуации, что просто чудом выходил из них живым. Но одно дело я, и совсем другое — Русалочка и Апельсинки. Клянусь, за тот миг, что автобус летел под откос, у меня перед глазами вся жизнь пронеслась, а в волосах прибавилось седых прядей. Я бы не простил себе, если с ними что-то случилось. Но и предотвратить аварию не смог.
Но постарался предотвратить последствия.
Я никогда не был набожным, опять же, профессия не позволяла. Но сейчас молился всем богам, кого сумел вспомнить.
Но расслабляться было рано.
Автобус только чудом держался на месте и не съезжал дальше под откос. Пришлось поторопиться, чтобы все пассажиры скорее выбрались. Их было немного, и только бабка со вставной челюстью (точнее, теперь без нее) создала проволочку. Но и это поправимо.
А вот водителю пришлось хуже всех. Можно сказать, этот Слава принял весь удар на себя. Я аккуратно вытащил его из кабины. Принюхался на всякий случай, зная о любви местного водилы к крепким напиткам. Но нет, в этот день он не злоупотреблял. Выходит — все дело в старой развалюхе.
Ариэль сказала, что Славик был опытным механиком и не вышел бы на линию с поломкой. Это огромный повод задуматься. Пугать Русалочку и Апельсинок не хотелось, но я был вынужден задать важный вопрос:
— По дороге не случилось ничего подозрительного?
Глава 25
Андрей
— Да нет… Ничего такого, — подумав, сказала Русалочка. — Только если…
Она нахмурила рыжие бровки и поджала губы.
— Договаривай, — попросил я. — Любое случайное, на первый взгляд, происшествие может оказаться неслучайным. Чтобы разобраться в произошедшем, стоит учесть все детали.
— Когда мы ждали автобус, мимо остановки проехал Федор Грибов, — выдохнула она, понизив голос до шепота. Как видно, моя Русалочка все еще опасалась этого ублюдка. — Андрюш, он просто проехал мимо, ничего не сказав и даже не притормозив.
— Но вполне мог убедиться, что вы поедете именно на этом автобусе в этот рейс, — заметил я.
— Попахивает паранойей, — заметила Ариэль. — Я накрутила себя, а теперь еще и тебя. Федор Грибов просто проехал мимо. Не стоило вообще говорить это.
Взяв ее за руку, я крепко пожал узкую ладошку.
— Не зря, Русалочка, совсем не зря, — предупредил осторожно. — Поверь: если тебе что-то кажется, скорее всего, тебе это не кажется. Только благодаря этому правилу я много раз выходил из таких ситуаций, из которых, казалось, выбраться невозможно. Будем придерживаться этой теории и теперь.
— Хорошо, — сдалась Ариэль. — тебе виднее. Только… Прошу, будь осторожнее. Не связывайся лишний раз с Грибовым, он злопамятный.
В последнем я не сомневался. Именно поэтому основное подозрение пало на Грибова. Если кто и мог отыграться на беззащитной женщине и ее детях, то только он. Ко мне бы этот
Одно огорчало: доказательств вины Грибова не было никаких, кроме моих подозрений. Предъявить было нечего. Но это пока.
Одному расследовать такие дела сложно, к тому же, за прошедшие годы я слегка утратил боевую хватку. Местной полиции не доверял. Зато нашелся отличный повод пообщаться с бывшим сослуживцем. Тимур Волков дослужился до начальника управления МЧС и заслужил звание полковника не за красивые глаза. Ведомственные награды - тому подтверждение.
Кратко обрисовав ситуацию, я попросил Тимура приехать.
— Чую, Андрюха, у тебя там еще та чрезвычайная ситуация, — заявил Тимур. — Попробую прибыть лично. А ребят попрошу осмотреть автобус.
— Только все надо сделать по-тихому, — попросил я. — Село маленькое, сплетни расползаются быстро. Не спугнуть бы мерзавца.
— Будет сделано, — пообещал Тим. — Говоришь, там воздух свежий и рыбалка? А банька есть?
— Последнее не обещаю, — усмехнулся я, припомнив случай с Антониной. — Но досуг обеспечу.
Своей бани у меня еще нет, а отправлять Тимку к местным женщинам чревато. Они ж его на сувениры разберут. Двухметровый, широкоплечий, да к тому же голубоглазый сослуживец всегда пользовался повышенным спросом у женщин. А теперь к тому же заматерел, окреп совершенно, да и ума-разума набрался. Больше в сомнительные авантюры не ввязывается.
Почти никогда…
— Заметано, за пару дней раскидаю дела и тоже возьму небольшой отпуск, — пообещал верный товарищ, — давно не отдыхал. Да и увидеться лишний раз не помешает. Автобусом тоже сам займусь, опыт имеется.
На том и сговорились.
Автобус, кстати, со дна реки никто поднимать не собирался. Ни о какой экспертизе не велось даже речи. И администрация, и местная полиция махнули рукой на железяку. Только местные бабки причитали, что теперь им не на чем в город ездить. Самые активные (а их по селу немало) писали жалобы. Администрация сдалась и пообещала выделить новый автобус.
Когда – не известно.
Это больше всего расстроило Славика, когда он пришел в себя. Водитель чувствовал себя виноватым, хотя его никто открыто не обвинял. Аварию списали на технические неисправности транспорта, который, в принципе, давно стоило сдать на металлолом.
— Вот те крест! — клялся мне Славик, когда я навестил его в больнице. — Перед отправкой я все проверил-перепроверил. Дядя Слава хороший механик, ты не думай. Да и моя старушка… Она б еще пятьдесят лет оттарабанила, кабы не затонула.
Славик непритворно пустил слезу, сожалея о затонувшей железной подруге, служившей селу верой и правдой.
— Верю, — признался я. Славик действительно не походил на пустослова. — Говоришь, перепроверил все… А после этого отходил от автобуса?
Дядя Слава задумчиво пошкрябал заросший колючей щетиной подбородок: