Аокигахара
Шрифт:
С Берютой мы подробно все «обсудили», и она знает, какие задачи перед нами стоят. Ну а правильно подлетать и выдыхать пламя боевая подруга умеет лучше любого драконьего всадника. Так что на мне только контроль, и очень надеюсь, что вмешиваться не придётся.
— Мы готовы! — голос Арэты оторвал меня от раздумий.
— Да! Начинаем! — объявил я и отправил верне мыслеобраз начала атаки.
Послав мне в ответ «решительный смайлик», Берюта рванулась вперёд и упала в темную пропасть.
Одуренное и ни с чем несравнимое ощущение. Это как на американских горках в детстве
Нет, наверное, было бы здорово пролететь по периметру, выжигая все на своём пути, но дракон — это не Ми-28[3]. Для того чтобы выдохнуть пламя на большую дистанцию, Берюте нужно, чтобы цель находилась прямо по фронту. Поэтому, подлетев, верна зависнет, а затем, упав вниз, пойдёт на следующий заход.
Если повезёт, все ближайшие артефакты в момент атаки разрядятся по нам, и таких заходов придётся делать меньше, чем запланировано.
Отметив краем глаза темные силуэты десятка поддержки, я перевёл взгляд на приближающийся край террасы и внутренне сосредоточился.
Нас заметили метров с трёхсот. Один из «орков» указал рукой на дракона и, обернувшись, что-то проревел остальным. Впрочем, никакого шухера не случилось. Мертвые воины остались стоять в прежних позах, сжимая в руках свои жуткие алебарды, и лишь те, что находились около усилителей, положили свободные лапы на артефакты. Не знаю, мне почему-то казалось, что они будут наводить их на нас.
«Быть может, Арэта ошибся, и это что-то другое?» — мелькнула в голове запоздалая мысль, когда терраса резко приблизилась, и события понеслись вскачь.
Метрах в пятидесяти от перил Берюта изогнулась всем телом и, хлопнув крыльями, затормозила ими о воздух. Желудок скакнул к горлу, и я перестал контролировать ситуацию взглядом, поскольку шея дракона частично перекрывала обзор.
В следующий миг верна атаковала!
Струя алого пламени прорезала ночную темноту и с грохотом ударила в камень, ломая перила и сжигая мертвых гигантов. Я видел только небольшой кусочек происходящего на террасе, и это выглядело ужасно.
По воздействию похоже на одновременный подрыв десятка термобарических гранат.
Толпу чудовищ разорвало на куски, большой участок перил вместе с усилителем и частью колонн исчез в ярком пламени. Гулко застучали по камню доспехи окончательно подохших уродов, тишину огласил яростный рев. Дальше произошло странное.
В моей голове вдруг прозвучал женский чарующий смех, в грудь кольнула ледяная игла, а в следующий миг нам с Берютой прилетела ответка.
Десятки чёрных ломаных линий, наплевав на слепые зоны ударили в верну со всех сторон, и я почувствовал БОЛЬ. Небольшую часть того ужаса, что испытала моя Берюта. По нам прилетело из всех усилителей, и эта черная мерзость наплевала на элементарную логику! Большая часть заклинаний просто прошла сквозь толстые камни, и все они до единого нашли свою цель! А еще этот смех… Какая-то тварь ударила по нашей связи с Берютой, и у неё почти получилось… Только «почти» не считается!
Все это пронеслось в голове
Понимая, что жить осталось считанные секунды, я выставил барьеры в сознании, восстановил с всадником связь и, использовав большую часть Сил, запустил процесс излечения.
Все это за пару мгновений. Тело ещё только начало падать, а я, понимая, что долго летать не получится, поймал крыльями воздух и, восстановив равновесие, влетел на очищенный участок верхней террасы.
О мягкой посадке при таких обстоятельствах не могло быть и речи. Я же не летающий ящер! Многотонная туша обрушилась на площадку и, доломав остатки перил, юзом пошла к дальней стене.
Вот не знаю, что ощущает пилот во время вынужденной посадки, и что там предписывают инструкции, но сам я вёл себя как кошка, которую тянут по паркету за хвост.
Широко расставив при приземлении лапы и разрывая камень когтями, я нёсся к стене, боясь покатиться по плитам и сломать шею второму себе.
Грохот и скрежет мешались с яростным ревом чудовищ. В сознании мелькали встревоженные образы, посылаемые другими драконами, а откуда-то справа слышались знакомые звуки. Короткие автоматные очереди. Десяток уже спешит мне на помощь!
Это гребаное скольжение продолжалось целую вечность. Разбив по дороге частично обвалившуюся колонну и выломав десяток небольших плит, мы с Берютой впечатались боком в стену, и я лишь каким-то чудом сумел правильно сложить крылья, чтобы избежать лишних травм.
Содрогнувшись от чудовищного удара и чувствуя, как процесс исцеления пытается погасить драконье сознание, я поднял морду и из последних сил выпустил пламя в бегущих к нам уродов…
Картинка мигнула, и все тело тут же прострелила дикая боль. В ноздри плеснуло гарью и вонью паленого мяса, по ушам ударил яростный рёв.
Ошалело помотав головой и сообразив, наконец, что происходит, я спрыгнул с потерявшей сознание верны, выхватил меч и быстро оценил ситуацию.
С момента нашей первой атаки прошло не больше пары минут, но мы с Берютой за это время сумели оторваться по полной. Почти половина террасы превратилась в руины. Из двух десятков колонн уцелело только четыре, камни расплавились и почернели, а все находящиеся тут шинда баса-ака превратились в обгорелые трупы. В последний выдох я вложил всю оставшуюся Силу и слегка довернул морду, чтобы сжечь как можно больше уродов.
Все получилось… Из стоящей здесь толпы уцелело всего четверо, и они сейчас как раз шли в мою сторону. Ещё пара сотен «орков» находились в дальней части террасы, и им, чтобы дойти, понадобится не меньше минуты, а пока…
— Первый ответь Барсу! — от созерцания тварей меня отвлёк встревоженный голос Сереги. — Ответь Барсу… Приём!
Ну да… Находясь в драконе, я их не слышал. Арэта, очевидно, докричаться не смог, и друг решил использовать проверенный способ.
— Верна ранена! — коротко доложил я. — А у меня тут намечаются гости.