Аня

Альбе

– И вы так спокойно к этому относитесь?
– не поверила Аня.

– У меня другой взгляд на семью, - с ноткой снисходительности отозвалась Лаля.
– Я понимаю и принимаю необходимость мужа в коротких связях, это не тайна. Такое поведение для него норма. Он с молодости такой, но при этом Фархат замечательный муж и отец, глава семьи. Когда мы переехали в Россию больше двадцати лет назад, у нас почти ничего не было, а теперь...

Она указала на украшения и продолжила:

– И он, в отличие от многих, не ушел из семьи

и никогда не собирался этого делать. А любовницы - что ж, у каждого свои слабости. К тому же я не знаю, что вы делали, но, вернувшись от вас, он много времени уделил мне, - вдруг улыбнулась Лаля.
– После любовниц такого не бывает.

– Да уж нет, наверное. Я в чем-то понимаю вас, хотя сама смотрю иначе, но ваше предложение...

– Неожиданно. У меня ушло много времени на то, чтобы узнать о вас. Найти было намного проще, - снова улыбнулась Лаля.
– Вы подумаете?

– Я не знаю. С одной стороны, решила завязать, хотя, признаюсь честно, не хватает ощущения власти, а с другой, если я вернусь, неизвестно что будет дальше.

– Мы никогда не знаем, что принесет завтрашний день, - просто сказала Лаля.

– Допустим, я соглашусь, и как вы себе это представляете? Я не могу позвонить Фархату, в силу определенной специфики не могу. Начать практиковать с другими, которых еще надо найти и ждать, пока он сам решит появиться? Насколько я поняла, он не обижен, а скорее оскорблен, - предположила Аня.

– Именно. Вы хорошо его узнали, - задумчиво заметила Лаля.

– Не узнала. Я по-прежнему ничего не знаю, но во время таких сессий многое становится понятно. Я практиковала пятнадцать лет. Разные мужчины, разные характеры, разные отношения, понимаете?
– негромко спросила Аня.

Лаля стала еще более задумчивой:

– Понимаю. Теперь понимаю. Я сильно в вас ошиблась. А как вы относитесь к этим мужчинам?

Аня промолчала, но, видимо, не удержала маску на лице, так как Лаля понимающе кинула:

– Вы их не уважаете за эти особенности? И, наверное, это видно?

– В рамках доминирования это нормально и не так заметно, а что?

– А вы не думали, что ошибаетесь?
– вдруг спросила она.
– Это просто их особенности. Возможно, мой взгляд и мое воспитание неверны, но у каждого слабости: кто-то курит, кто-то пьет, кто-то любит женщин, а кто-то такие игры.

– Возможно. В последнее время я все чаще прихожу к выводу, что была неправа.

– Значит, сможете измениться, - просто сказала Лаля.
– А насчет Фархата, это несложно. У него в пятницу День рождения, я скажу о вашем решении, как подарке от себя и вас, если вы не против. И тогда в субботу он сможет появиться у вас.

– Интересная логика. Я думала ваш визит неофициальный.

Аня снова была в растерянности.

– Так и есть. Это только моя инициатива, - улыбнулась Лаля.
– Но я всегда старюсь быть в курсе жизни мужа. Не с какой-то особой целью, а просто,

чтобы понять реакцию, например, его секретарши. Когда он приехал, словно сбросивший годы, я, разумеется, заинтересовалась. Так что тайны в этом не будет, да и моя охрана сообщит ему о нашей встрече.

– Даже так?

– Да, так. Вас это удивляет?

– Да, - кивнула Аня.
– На мой взгляд, подобное дико, но для меня любые долгие отношения окружающих дикость.

– Вы пока одиноки?
– понимающе спросила Лаля.

– Наверное. Мне трудно судить.

– Тем более. Пока не поймете себя, вам будет сложно прийти к правильному решению.

– Возможно, вы правы. Время покажет.

– Время показывает все.

Еще несколько минут вежливой беседы - и Аня, извинившись, стала собираться домой. Ей нужно было подумать и решить, как быть дальше. Лаля понимающе улыбалась. Яркое воплощение восточной женской мудрости. Ане до нее, как до вершины Эвереста. Когда уже в дверях Лаля снова подняла вопрос о деньгах, улыбнулась теперь уже Аня:

– Лаля, я не беру деньги за свое удовольствие. Когда начала выбирать сама, был только один человек, который платил, потому что мне категорично не нравилось то, что мы делали. Все остальные не платят. Думаю, вы сами понимаете, если бы я захотела - сделала бы пусть не великое состояние, но обеспечила бы себя на долгие годы. А так - живу, как есть. Всего наилучшего.

– И вам того же, - отозвалась Лаля.
– Я позвоню, чтобы узнать решение.

– Не стоит. Я согласна.

– Замечательно, - широко улыбнулась женщина.
– Мне больше не надо думать над подарком.

– Тоже хорошо, - кивнула Аня и, снова попрощавшись, ушла.

Лаля села в машину и, договорившись с охраной о молчании до пятницы, задумалась. Она никак не ожидала такого разговора и такого человека. В первый раз за долгое время Лаля забеспокоилась. После возращения Фархат был сам на себя не похож и, наверное, мог уйти. К счастью, сразу этого не случилось, а теперь Лаля точно знала - не уйдет. Эта Анна действительно другая: сильная и властная, но Фархат ей не нужен, навсегда не нужен, и он это скоро поймет сам. Причин для волнения нет. Впервые за долгие годы она забеспокоилась и, как оказалось - напрасно. Хорошо, что решила поговорить сама.

Неделя пролетела быстро. Работа, начальник, работа и начальник. Весело было до пятницы, пока каким-то образом Аня не поняла, что согласилась пойти с ним на важное мероприятие - День рождения какого-то партнера. Праздник чисто деловой, народу будет толпа, но зато какой уровень. Давид несколько раз напомнил, что Аня должна прилично выглядеть, и дал кучу бесполезных советов. Коллеги с удивлением смотрели на этот спектакль. Потом Элла, одна из настроенных дружелюбно, потому как избежала навязчивого внимания шефа, спросила: