Анубис
Шрифт:
И в его голосе прозвучало столько холодной решимости, что не только Том удивленно поднял взгляд, но и Грейвс оборвал себя на полуслове и смотрел на него во все глаза. Могенс предостерегающе сверкнул на него взглядом и подчеркнуто спокойным тоном обратился к Тому:
— Иди, займись своей работой. И не волнуйся, я улажу недоразумение.
Он подождал, пока Том — правда, бросив на Грейвса робкий взгляд, — вышел, а потом повернулся к Грейвсу.
— В чем дело? — спросил он тихим, но таким же угрожающим голосом. — Что ты как с цепи сорвался? Если и есть причина орать на кого-то, то тогда на меня. Я практически принудил Тома показать мне
— Этот глупый мальчишка должен, черт возьми, знать! — зашипел Грейвс. — Там опасно! Он не должен так рисковать! Не теперь, когда мы почти у цели!
— Ну, не так уж это и опасно, — вклинился Могенс. — Во всяком случае, этот «глупый мальчишка» жил там годами, и с ним ничего не стряслось.
— Это другое дело! — все еще возбужденно ответил Грейвс, но уже без прежней ярости, вероятно, потому, что ее объект исчез. — Он тебя подвергал опасности!
— Да? И в чем же разница? Что, моя жизнь ценнее жизни юноши?
— По крайней мере, тебе она должна быть дороже, — выкрутился Грейвс.
Он вызывающе сверкнул на Могенса глазами, ожидая возражений или возмущения на свое циничное замечание. А когда их не последовало, пожал плечами, подошел к своему столу, порылся в жутком беспорядке на нем, нашел портсигар и дрожащими пальцами прикурил сигарету.
— Извини, — сказал он. — Я… — он откашлялся, прежде чем продолжить. — Я немного погорячился. Мне жаль.
— Извиняться тебе надо перед Томом.
На это Грейвс только резко дернул головой и сухо, без тени юмора рассмеялся.
— Что ты выдумываешь, Могенс? Если мы начнем извиняться перед подчиненными, то скоро потеряем авторитет. Том как-нибудь выживет, без душевных травм. — Он выпустил в сторону Могенса целый клуб дыма. — Давай не будем спорить, Могенс. Жаль тратить на это драгоценное время. Осталось всего два дня.
— Два дня до чего?
— До полнолуния. Через ночь на небо взойдет полная луна, я думал, ты знаешь.
Могенс вздохнул:
— А я думал, ты оставил эти глупости.
— Глупости? — Грейвс демонстративно нахмурил брови. Потом бросил сигарету на пол, затоптал ее и решительным шагом вышел из-за стола. — Идем, Могенс.
— Куда?
— Я покажу тебе кое-что из «глупостей». Пошли со мной!
Стук генератора показался Могенсу если не громче, то аритмичнее, чем раньше. Что-то добавилось в него нового — это слышалось только здесь, внизу, — как будто машине стало труднее справляться с тем заданием, для которого она была предназначена. Она по-своему словно сопела. Это был звук, который воспринимался где-то на грани слышимого, и, может быть, именно поэтому беспокоил Могенса еще больше.
По сути дела, Могенс сдался и согласился спуститься с Грейвсом под землю, пусть даже тот и дал честное слово, что в церемониальную палату они не пойдут. Он воспринимал свою уступку как очередное поражение, следующую крошечную брешь в череде других, пробитых в его защите, которые в конечном итоге приведут к ее полному падению. Могенс ненавидел Грейвса и за это тоже.
— Там, по ту сторону.
Они подошли к первой пещере, еще похожей на возникшую естественным образом, в которой стоял огромный рабочий стол Хьямс. Грейвс указывал рукой влево, в полутьму по ту сторону круга света. Могенс последовал
Хотя он бывал здесь уже дюжину раз, он обращал на это помещение ровно столько внимания, сколько было нужно, чтобы, по возможности, быстрее пройти к месту собственных интересов и не пересечься с Хьямс и двумя другими коллегами. Внезапно именно в этот момент он осознал, что ни разу даже не спросил, чем занимались здесь его коллеги.
Жестом он предложил Грейвсу пойти первому. Грейвс хоть и закатил глаза, но уступил. Могенс последовал за ним.
Пещера оказалась больше, чем он предполагал. От нее ответвлялись проходы, по крайней мере, еще в две-три другие. Грейвс, игнорируя их, продвигался дальше, а Могенс пытался хотя бы на ходу заглянуть в них. То, что предстало его взору, не слишком вдохновляло. Пустые провалы разной формы и величины, не выдававшие прикосновения человеческой руки. Одну из пещер Грейвс занял под свой генератор и другие технические приспособления. В темноте, по ту сторону низкого прохода, Могенс не мог ничего разобрать, но оттуда доносился неровный стук генератора, и по земле змеился, как черные гады, целый клубок кабелей в черной резиновой изоляции и каких-то шлангов или рукавов.
— Это та часть подземелья, которую мы обнаружили первой, — объяснил Грейвс, шагая так быстро и уверенно, словно видел в темноте как кошка. — Само собой, тогда здесь все было завалено щебнем и булыжниками. И шагу нельзя было ступить, чтобы на что-то не наткнуться и не сломать шею. Нам с Томом потребовался почти месяц, пока все здесь разгребли, и еще столько же на то; чтобы установить генератор и протянуть кабель.
— Не одни же вы это делали, — с сомнением сказал Могенс.
— Только я и Том, — заверил Грейвс. — Эту проклятую штуку нам пришлось разобрать на части и по отдельности перетаскивать сюда. Но это оказалось еще не самое трудное, куда сложнее было это собрать. — Он усмехнулся. — Без Тома я вряд ли бы справился. Парень просто гений в плане техники. Иногда у меня такое ощущение, что ему достаточно бросить один взгляд, и он уже соображает, как все функционирует.
Грейвс остановился. На какое-то мгновение послышалась возня, и луч керосиновой лампы разогнал тьму. Могенс увидел, что Грейвс стоит перед коротким, неправильной формы переходом, который вроде бы вел в туннель с грубо обработанными стенами.
— Идем, Могенс. Но береги голову. Потолок очень низкий.
Несмотря на предупреждение и невзирая на то, что туннель насчитывал всего несколько шагов, а Могенс шел осторожно, низко склонив голову, он дважды неделикатно шаркнул затылком по твердой скале, прежде чем свет Грейвсовой лампы внезапно потускнел, попав в обширное пространство. Могенс сделал последний широкий шаг и со вздохом облегчения распрямился, а Грейвс тем временем закончил повествование того, о чем говорил в начале туннеля:
— И вот, после того что мы здесь нашли, пришлось призадуматься, не пригласить ли к сотрудничеству кого-то из коллег.
— Если у тебя ничего не выйдет с охотой на монстров, тебе стоит посвататься в какой-нибудь балаган. В тебе есть этот талант, — прокомментировал Могенс.
Грейвс добродушно ухмыльнулся, поднял лампу повыше, и Могенс разом забыл все глупости. Он высоко поднял брови.
Света единственной лампы не хватало, чтобы осветить хотя бы приличную часть помещения, однако он сразу увидел, что имел в виду Грейвс.